Чтение онлайн

– Ну, а куда его еще?

Этот вопрос все оставили без ответа.

– А вы заметили, что в чеках не указывается НДС, как у нас, а только налог с продаж? Или это одно и то же? – решил поинтересоваться Дмитрий.

– Чисто технически это разные налоги. НДС начисляется на всех стадиях производства товара, и на самом деле, на выходе он получается больше, чем 20 процентов. Это обдираловка, конечно же. А налог с продаж здесь всего 8,875 процентов, и он не облагается на продукты, а только на готовые блюда, если вы, например, покупали оливье сегодня. И начисляется он только один раз и на кассе, поэтому его и не вписывают в ценник на полках. Ну, еще на одежду дороже 110 долларов берут этот налог. Лекарства налогом не облагаются, – сказал Сергей.

– Зато здесь большие подоходный налог и налог на частную собственность, – возразила Барбара.

– Зато здесь нет транспортного налога, а только акцизы на бензин, и вообще нет столько акцизов, сколько у нас, – возразил Сергей в ответ. – К тому же, в России налоги примерно одинаково на всех распределяются в зависимости от потребностей, а здесь, кто богаче, тот и платит больше. Потому что здесь больше прямых налогов, а не косвенных.

– Интересно, а юридические лица, какие здесь налоги платят? – задался вопросом Дмитрий.

– Я не знаю, я этот вопрос не изучал. Но не думаю, что больше, чем в России.

– Я тоже так думаю, – сказал Дмитрий.

– Блин, я иногда чувствую себя полной дурой, когда вы на такие темы общаетесь, – вставила Аня.

– Все не обязаны знать эти темы. Не упрекай себя, Аня, – сказал Сергей, посмотрев на Аню одобряюще.

– Я это понимаю, но все равно хотелось бы тоже поддерживать беседы…

– Давайте, если завтра не так жарко будет, сходим на какую-нибудь из смотровых площадок на Манхэттене, – предложила Барбара всем.

– А вы этот пропуск приобрели уже? – спросил Дмитрий.

– Да, я тебе ссылку кину на их сайт, – сказал Сергей. – И скажите номера своих телефонов.

Они обменялись своими нью-йоркскими номерами телефонов, и Дмитрий с Аней засобирались уже уходить.

– До завтра тогда, – сказал Дмитрий, когда они стояли в проходе двери в квартиру.

– Я надеюсь, вы эту квартиру в Ист Нью-Йорке не станете покупать, – улыбнулся Сергей.

– Да нет, конечно. Будем в аренду искать, только хрен знает где, – произнес Дмитрий.

– Мы уже присмотрели один вариант. Если что, то и вам подскажем, – добавила Барбара.

– Пока, – сказала Аня, и они с Барбарой поцеловались в щеки на прощание.

– Смотри, как дешево в чёрных районах продают квартиры, – заметил Сергей, когда они остались вдвоём в квартире.

– Кто захочет, кроме чёрных и латиноамериканцев, жить в таких районах. Я думаю, никто не захочет ходить по улицам и оборачиваться, чтобы не получить шальную пулю или тычок ножом в бок.

– В таких районах всегда надо носить волыну при себе, даже если это запрещено по городскому закону.

Они решили пойти на кухню и приготовить себе какой-нибудь обед. Придётся привыкать к этой жаре и влажности, которая на самом деле бывала точно такой же и в Перми иногда. Также еще предстояло отходить от джетлага.

В субботу днём, но уже в Перми, Константин Таранов, подпольное казино которого ограбили Сергей и компания, сидел в офисе своего давнего друга Иннокентия Оспешинского. Предстояло обсудить текущие дела, а также подумать, как дальше действовать. В такой беседе без спиртного было не обойтись. На рабочем столе Иннокентия вместо ноутбука стояла бутылка коньяка, нарезанный дольками лимон, а также плитка горького шоколада. Иннокентий достал две рюмки из ящика стола и отправился в туалет, чтобы их сполоснуть. Он ими пользовался крайне редко, поэтому они немного запылились.

– Ну, как у тебя продвигаются дела по поиску этого придурка крупье, с помощью которого те паршивцы смогли тебя обчистить? – спросил Иннокентий, когда вернулся за стол и стал разливать коньяк.

– Да, не особо успешно. Уже прошло два с половиной месяца, а толку никакого. Парней своих я тогда потерял, я тебе рассказывал…

– Это ты про тех, которых на крыше убили? – перебил Иннокентий.

– Именно. Они у меня были одними из лучших, а в итоге одного застрелили, а второго сбросили с крыши, – Константин чокнулся своей рюмкой с другом, и сразу поморщился после выпитого. Пришлось быстро закусывать лимоном. – Хороший коньяк, крепкий такой.

– Да, мне тоже нравится эта марка, – подтвердил Иннокентий. – Мои ребята, которые следили за тем юристом, тоже его потеряли. С работы он уволился. Я уже с другими юристами общался в той строительной конторе по поводу своего торгового центра. Неужели молодежь нас начинает обыгрывать, и наше время проходит?

– Да ни хрена. Наш век еще не закончится лет двадцать. Старые правила все еще за нами, но в этой ситуации я, конечно, дал маху. Я давал задание другим своим ребятам пройтись по соседям, где жил этот Телегин, чтобы предложить им денег, если они увидят этого придурка, чтобы сообщить мне, дак никто дверь не открыл.

– Сейчас люди осторожными стали – кому попало двери не открывают. Никому уже не доверяют, не то что раньше, – Иннокентий решил разлить сразу по второй рюмке.

– Там с этим подъездом еще одна ситуация приключилась, – продолжил Константин, – ребята у меня маленькую камеру поставили в подъезде, и через два дня пришли алкаши бухать в подъезд и сломали её.

Иннокентий слегка улыбнулся после слов друга.

– Не везет, Костя, не везет.

– Я вообще не понимаю, что за народ у нас в городе живёт. На улице лето, а они пьют в подъезде. Раньше ведь всегда только во дворах пили, а тут в подъезд припёрлись.

– Дождь, наверно, был. Сейчас какой-то циклон накрыл город. Сам никогда не любил дождливое лето, – Иннокентий опрокинул вторую рюмку коньяка и закусил долькой шоколада. – Я помню детство, когда рос в бараке, дак почти каждый день кто-то пил во дворе. Играли в карты, домино, лото. Весело было. Нам, пацанам малолетним, иногда самогона немного наливали. Единственное было плохо, что канализации не было. Зимой ходить в туалет практически на улицу было не особо приятно.

– Да и запах этот. Та еще награда за смелость, – усмехнулся Константин, снова закусывая лимоном, сок от которого брызнул ему прямо на пиджак. – Вот черт, у тебя есть салфетка?

– Сейчас достану, – Иннокентий встал из-за стола, чтобы достать салфетки из шкафа, расположенного слева от окна.

– У тебя тут прямо есть удобства на все случаи жизни, – сказал Константин, вытирая пиджак салфеткой, которую только что передал Иннокентий.

– Это секретарша как-то покупала, а я ими почти не пользуюсь.

– Ясно. Я дак, когда вспоминаю детство, то сразу первое всплывает, как я со старшей сестрой коров пас в поле. Уходили с раннего утра, брали немного еды и до вечера оставались там. Собака с нами еще бегала. Ляжешь в поле на траву, смотришь на небо и думаешь, что всё хорошо будет впереди, – Константин после этих слов заломил руки за голову и скрестил пальцы. – А потом еще сено косил литовкой.