Чтение онлайн

– Тебе сколько тогда лет было? – решил уточнить Иннокентий, параллельно в этот момент убирая ножом косточки из дольки лимона.

– Десять. Сестре – четырнадцать.

– Она у тебя всё еще в Витебске живёт?

– Да. Как уехала в 1985м, так никогда и не было желания сюда возвращаться. Раньше-то одна страна была.

– И в гости ни разу не приезжала? – удивился Иннокентий, разливая уже по третьей рюмке.

– Ну как не приезжала? Приезжала с мужем, с этим придурком лысым. Не знаю, что она в нём нашла, в этом солдафоне. Красивая девка была, а полюбила придурка.

– Ты ревновал её что-ли?

– Ну как тебе сказать. Мать ведь у меня рано умерла, ты знаешь. Мне всего шестнадцать лет было. После этого какое-то время Люська мне мать заменяла. Я ей всегда доверял, вместе всё же росли. Она меня перед отцом часто выгораживала, когда я где-нибудь проказничал.

– Да, лучшие воспоминания всегда из детства.

– Это точно, Кеша.

– Я тут новости в последнее время смотрю, дак ничего понять не могу. Твоё казино накрыли, мусоров стали убивать по городу, люди взрываются в тачках, какие-то алкаши на полной скорости врезаются в деревья. Лихие времена действительно вернулись. Всё по спирали идёт как будто.

– Время циклично. Надо опять со стволом за поясом ходить. Я столько денег просрал после этого ограбления. Если найду этого Телегина, то точно башку ему оторву. Прямо при всех, в этом казино.

– Пол кровью зальёшь, и костюм опять запачкаешь, – усмехнулся Иннокентий.

– Ничего, жена постирает. Она у меня тоже в последнее время обнаглела. Куда-то всё ходит со своими подругами, волосы завивает, а дома иногда пожрать нечего. Часто с ней сейчас ругаюсь. В этой маете действительно сложно уследить за жизнью.

Все проблемы Константина дружно вылезали наружу, когда он начинал расслаблять свой организм крепким алкоголем. Раньше он себе такого не позволял, но с возрастом чаще ты становишься менее строгим к себе, да к тому же с хорошим другом всегда можно выговориться. Кто, как не Иннокентий, его выслушает и даст совет или поможет делом.

– Вот поэтому я никогда и не женился. Столько нервов приходится тратить с этими бабами, – заметил Иннокентий. – Я помню, жил в начале девяностых с одной дурой, дак даже готовить толком ничего не умела. Ели мы эти ножки Буша, если помнишь.

– Ясный перец, помню, как такое можно забыть, – вставил Константин.

– У неё из этих окорочков очень странные супы получались. Всегда всё прокисало. Один раз всё протухло в холодильнике, дак даже в квартире потом воняло, когда я всё в унитаз вылил. Зато английский язык знала, – улыбнулся Иннокентий.

– Надо же. Кому он был нужен тогда?

– Один раз мы как-то к деду моему пришли, он почти всю жизнь в ОБХСС проработал, я тебе как-то говорил об этом.

– Да, я помню, – подтвердил Константин, разлив еще по рюмкам коньяк.

– Он тогда ел какую-то консерву, тоже гуманитарка от американцев. Светка, её так звали, прочитала на банке, что эти сосиски являлись собачьей едой.

Константин в этот момент слегка рассмеялся.

– Вот американцы паршивцы, собачьи сосиски в жестяных банках нам посылали, – сказал он после смеха и очередной выпитой рюмки.

– Самое-то главное, они съедобные были. Никто не отравился. Если бы Светка не прочитала этикетку, никто бы и не подумал, что это для собак.

– Да, ну и время было, – сказал Константин, взяв дольку шоколада. – Я тут подумал, может у смотрящего попросить помощи в поиске этих уродов, кто меня обчистил.

– Не думаю, что он согласится тебе помогать. Ты ему никогда не нравился. Еще с тех пор, как ты был заместителем мэра. Тем более, тем самым ты распишешься в своей беспомощности, если к нему обратишься. Давай лучше мои ребята, когда вернутся из отпуска, продолжат следить за квартирой этого Телегина. Глядишь, что-нибудь да выгорит, – предложил Иннокентий.

– Ты им отпуск даёшь? – удивился Константин.

– Все ведь должны отдыхать. Один рыбачить любит, дак уехал в Астрахань что-ли или еще куда-то, – поведал Иннокентий. – В общем, на следующей неделе они вернутся, там и посмотрим, как дальше действовать.

– Хорошо. Сделаем, как ты предложил, – согласился Константин.

Они продолжили сидеть в рабочем кабинете Иннокентия, пока бутылка коньяка полностью не опустела.

В пятницу Сергей и Барбара легли спать попозже, но в субботу всё равно проснулись в 4:00. Чтобы не будить Дэни своим шараханьем по квартире, они спустились на улицу на крыльцо, чтобы просто посидеть на ступеньках. Благо Вячеслав в этот момент был в сети, можно было хоть с ним попереписываться. Сим карты они с Галей приобрели, но звонить им Сергей не захотел, ведь из-за громких разговоров он мог разбудить соседей, проживавших на первом этаже. Вячеслав предложил брату посетить сегодня Эмпайер Стейт билдинг, но Сергей с Барбарой подумали, что в субботу там будет много туристов, плюс жара, поэтому они решили перенести это дело на понедельник. Там как раз обещали только 79 градусов по Фаренгейту (плюс 26,1 по Цельсию), вместо сегодняшних 87 (плюс 30,5 по Цельсию). Тогда Вячеслав предложил всем сходить завтра на пляж Брайтона, чтобы посмотреть окрестности этого знаменитого русскоязычного района, а заодно и просто искупаться в Атлантическом океане. Сергей согласился, но он знал, что они на Брайтон еще сегодня заглянут. Там имелся филиал Банка Америки, где работали русскоязычные сотрудники. Им надо открыть там счета и перевести на них какие-то свои деньги. В первый раз в банк, где только англоязычные сотрудники, им не хотелось идти. Сергей, хоть и работал в Перми в банке в отделе рисков, не знал всех терминов на английском, чтобы грамотно изъясняться. Вячеславу с Галей тоже нужно было открывать счета в американских банках, но они не захотели сегодня это делать.

Барбара же, сидя на крыльце рядом, решила проверить, что за школа находится недалеко от них на 21 авеню. Оказалось, что у этой школы были плохие отзывы в Гугле. Ученики жаловались, что учителя не уделяют им должного внимания и вообще безразличные и грубые. Плюс сами ученики друг над другом издеваются. В школе наблюдалась какая-то анархия.

– Посмотри, здесь ученики прямо в Гугле жалуются на школу, которую мы проходили мимо на 21 авеню, – Барбара протянула свой телефон Сергею, чтобы он тоже это увидел.

– Надо же, – Сергей глянул в экран. – Судя по отзывам, это не начальная школа, как я тогда подумал, а средняя. Какая-то ученица написала, что лысый физрук был очень грубым и уделял ей ненужное внимание. Эта школа – полный бардак. Когда пришёл новый директор, всё полетело в чёртовой матери. Плюс столовая слишком маленькая, – после этих переведенных с английского слов Сергей немного заулыбался.

– Тебе это забавным кажется? – удивилась Барбара.

– Да нет, просто вспомнил, что у нас один физрук в соседней школе, тоже лысый, домогался до учениц, и его посадили на пять лет за это.

– А я сразу подумала про Нагиева, когда он лысый играл физрука в сериале.

– Тут значит, тоже есть проблемы в школах, которые есть и у нас. А Дэни так хвалила свою профессию. Видимо, этот район не такой удачный, раз школа плохая.

– Меня больше удивляет, что ученики в Гугле жалуются на школу. В наше время, когда мы учились, такое сложно было представить, – заметила Барбара.

– Да у нас и сейчас, наверно, не знают, что в интернете можно такие отзывы оставлять.

– Ты проверял, тебе ответил в фейсбуке Денис Гуцелюк по поводу моей просьбы? – Барбара решила сменить тему.