Чтение онлайн

Павел

Двери метро с шипением открываются, выпуская поток влажного воздуха в станцию. Я выхожу в поток людей, низко надвинув кепку, и становлюсь еще одним лицом в бесконечной толпе Лондона.

Лондон всегда мне подходил. Я провел здесь достаточно времени за эти годы. Российские олигархи любят скупать элитную недвижимость, а за деньгами следует организованная преступность. В этом городе есть энергия, которую я ценю — неумолимый ритм любой крупной метрополии, сглаженный определенной британской сдержанностью.

Я никогда не ожидал, что Хоуп Кинг поселится в стране, в которой провела большую часть своей жизни. Это казалось слишком очевидным для человека, пытающегося исчезнуть. Но, возможно, в этом и заключается гениальность. Она скрывается у всех на виду, делая ставку на то, что мы ее не заметим.

Что мы и сделали, на некоторое время.

На ее поиски ушло шесть месяцев. Девушка придумала, как исчезнуть. Никаких кредитных карт, никаких мобильных контрактов, никаких цифровых следов. Никаких социальных сетей, никаких адресов электронной почты, по которым мы могли бы ее отследить. Она жила полностью вне системы, платя за все наличными, существуя в пространстве между официальными записями. Единственная причина, по которой мы ее нашли, — это то, что арендодатель настоял на предъявлении удостоверения личности с фотографией для аренды. Наша система отметила это, как только оно попало в онлайн-базу данных.

Впечатляюще для человека, который никогда раньше не был вынужден сам заботиться о себе.

Но я здесь не для того, чтобы восхищаться ее навыками выживания. Я здесь, чтобы выполнить свою работу, чтобы обеспечить гибель Хоуп Кинг и любую возможность возрождения Черной компании.

Я уже неделю в Лондоне, изучаю ее, как любую другую цель. Наблюдая за ее работой, составляя карту ее распорядка дня, изучая ее привычки. Собирая информацию. Мне нужно знать, с кем она контактирует, каковы ее планы, и уничтожить все, что может стать угрозой.

Но пока что я вижу только женщину, пытающуюся заработать на аренду, а не кого-то, кто замышляет восстановить империю.

Хоуп Кинг, за которой я слежу, работает двойные смены в дерьмовом пабе, терпит пьяных придурков, а потом спешит домой через опасные районы.

В наблюдении за Хоуп есть что-то захватывающее. Наблюдать, как она выживает, как приспосабливается к жизни, столь далекой от ее привилегированного воспитания.

За эти годы я устранил десятки целей, но никогда не испытывал потребности изучать кого-то подобного. Никогда не хотел понять, кто они на самом деле. Никогда не терял сон, размышляя о том, что ими движет.

Именно поэтому я собираюсь зайти в паб, где она работает.

Потому что что-то в ней зацепило меня и не отпускает.

После сегодняшнего вечера, когда эта одержимость уйдет из моей головы, я сделаю то, зачем пришел сюда. Легче сказать, чем сделать, но долг есть долг, и я не из тех, кто оставляет работу незавершенной.

Я потягиваю кепку ниже, поворачивая за угол к пабу, чтобы скрыть лицо от дождя и камер наблюдения, которые могут меня снимать.

Я делаю паузу, чтобы перевести дух, прежде чем толкнуть тяжелую деревянную дверь, на моем пальто все еще висят капли дождя. Если бы я думал, что есть вероятность, что она меня узнает, я бы не пришел сюда. Но поскольку на мне была тактическая маска, а в коридоре было темно, я не считаю это риском.

Паб «Lamb and Flag» видел и лучшие дни. Ну, лучшие десятилетия. Вокруг окон облупилась краска. Кислый запах старого пива смешивается с сигаретным дымом, пропитавшим все поверхности. Мужчины толпятся у бара в три ряда, сжимая пинты в потемневших от времени руках. Их глаза прикованы к плоскому экрану, установленному над ними, на котором показывают сегодняшний матч Премьер-лиги.

Толпа взрывается ревом, когда одна из команд забивает гол, и голоса поднимаются в знак триумфа или разочарования, в зависимости от того, за какую команду вы болеете. Я продвигаюсь глубже в паб, запоминая выходы и каталогизируя лица. Эта привычка привилась мне много лет назад.

И тут я вижу ее. Она стоит за барной стойкой, наливает пинту, наклонив голову, чтобы послушать, что говорит один из постоянных посетителей. Черт, она прекрасна. Она смеется, и ее богатый голос прорезает хаос паба.

Ее волосы ниспадают свободными волнами ниже плеч, они длиннее, чем на фотографии, которую Максим показал мне несколько месяцев назад. На ней облегающая черная футболка, подчеркивающая ее нежные изгибы, и джинсы, обтягивающие ее миниатюрную фигуру.

Она поворачивается, оглядывая толпу с непринужденным вниманием человека, проверяющего своих клиентов. Но когда ее темные глаза останавливаются на мне, воздух наполняется напряжением, как от искрящегося в воде провода под напряжением.

Боже, возьми себя в руки.

Но я не могу отвести от нее взгляд. Боже, она такая маленькая. Мои руки, наверное, могут обхватить всю ее талию. Эта мысль пронизывает меня жаром, и я внезапно понимаю, что приход сюда, возможно, был ошибкой.

Я снимаю кепку и провожу пальцами по волосам. Когда я поднимаю глаза, ее взгляд снова встречается с моим. На долю секунды кажется, что воздух меняется, сгущается. Она быстро отводит взгляд, и румянец поднимается по ее шее.

Хорошо. Я не единственный, кто чувствует это притяжение.

Рядом с ней появляется симпатичная рыжая девушка. Это другая барменша, которую я видел во время наблюдения. В то время как рыжая девушка излучает смелую уверенность и рассчитанную сексуальность, Хоуп движется с тихой грацией. Она не пытается быть сексуальной, она просто такая.

Ее коллега наклоняется и шепчет ей что-то на ухо. Хоуп качает головой, но я чувствую, что ее внимание снова переключается на меня. Я сдерживаю улыбку, делаю вид, что не замечаю, и вместо этого проверяю свой телефон.

Наконец рыжая слегка подталкивает ее ко мне. Хоуп, кажется, колеблется, но затем берет себя в руки. Она выпрямляет плечи и нервно приглаживает волосы.

Это чертовски мило.

Когда она наконец подходит, я улыбаюсь ей широкой, обезоруживающей улыбкой. Я могу быть милым, когда хочу.

— Привет. — Ее голос теплый, но в нем слышится нотка застенчивости. — Что тебе принести?

Я откидываюсь на спинку стула, разглядывая ее. Вблизи она еще более потрясающая. Без макияжа, за исключением легкого слоя туши и блеска на губах. Когда она заправляет прядь шелковистых волос за ухо, я замечаю на ее шее изящный нефритовый кулон.

— Что ты порекомендуешь? — спрашиваю я.

Она бросает взгляд на краны, затем снова смотрит на меня с ироничной улыбкой.

— Ну, если хочешь пойти по безопасной дорожке, я бы выбрала бутылку. Разливные напитки здесь не совсем... чистые.

Я тихо смеюсь.

— Спасибо за предупреждение. Тогда бутылку. Выбирай.

Она достает из холодильника местное пиво. Открывает бутылку, наливает пинту и сдвигает ее по барной стойке ко мне. Я вижу, что ей интересно, кто я такой. С моим шведским акцентом и тем, что я на голову выше всех мужчин в этом заведении, я выделяюсь.