Чтение онлайн

– Поехали, – генерал решительно направился к выходу.

Лето подходило к концу, поэтому уже в восемь вечера над Москвой сгущались сумерки. Во дворе дома, в котором якобы обитала фирма «Геркулес», торгующая бытовыми товарами, играли ребята младшего школьного возраста. Трое мужичков рабоче-крестьянского происхождения громко обсуждали тему европейского кубка. Мат стоял на весь микрорайон, но, похоже, любителей футбола это ничуть не смущало. Клебаничев поискал глазами машину крепыша, интуитивно надеясь, что вычислит ее сразу. Ведь недаром говорят, что тачку выбирают под стать своему характеру и внешности. Однако среди иномарок, выстроившихся около подъезда, было столько разномастных автомобилей, что глаза разбегались.

Крепыш не заставил себя долго ждать: помахивая ключами, он вышел из подъезда минуты через три и бодрым шагом направился к салатовому «Пежо» с затемненными стеклами. Только сейчас Клебаничев заметил у машины тоненькую фигурку зеленоглазой красавицы и принялся корить себя за то, что не подошел к девушке раньше.

– Натали, на переднее сиденье, а вы, генерал, – назад, – приказал крепыш, отпирая дверь.

Клебаничев глубоко вздохнул, краска медленно прилила к его щекам – он не привык, когда к нему обращались таким пренебрежительным тоном. Но ради Светланы решил промолчать и четко следовать указаниям крепыша. Молча забрался на заднее сиденье и уставился в окно с самым невозмутимым видом.

«Надо взять себя в руки, – мысленно приказал себе он. – Нельзя показывать этим людям свои слабости. Нельзя давать им повод для насмешек и жалости…»

Крепыш повернул ключ в замке зажигания, выжал газ, и «Пежо» тронулся с места.

После получасовой езды по московским улицам генерал Клебаничев наконец понял, куда они направляются. «Пежо» плавно скользил по Варшавскому шоссе, обгоняя другие машины, водитель тихо насвистывал шлягер уходящего лета, а девушка, достав из сумочки косметичку, трудилась над своей и без того яркой внешностью. Генерал же занимался тем, что пытался вспомнить, где он мог видеть эту красотку, но так и не пришел к определенному выводу.

Миновали Южное Бутово, Новокурьяновку, затем свернули с главной дороги направо. Перед взором Клебаничева предстал дачный поселок. Почти каждый участок был обнесен высоким забором, из-за которого выглядывали самые разнообразные, порой причудливые коттеджи. По всему было видно, что здесь проживают отнюдь не бедные люди. Во многих окнах горел свет, впрочем, это было неудивительно – дачный сезон еще не окончился. Но, судя по всему, в этих симпатичных домиках можно было жить и круглый год.

Крепыш остановил машину возле коттеджа, стоящего на самой окраине. Трижды прозвучал звуковой условный сигнал, имеющий два тона, после чего металлические ворота поползли в стороны. Генерал успел заметить, что участок охраняют по меньшей мере двое вооруженных громил.

Проехав на территорию, обнесенную забором, крепыш заглушил двигатель и скомандовал:

– Выходите оба! Генерал, следуйте, пожалуйста, за мной…

«Ого, его речь обогатилась новыми выражениями, – удивился Клебаничев, молча выбираясь из салона. – Пожалуйста, спасибо – эти слова явно не из его лексикона. Он наверняка позаимствовал их у хозяина. Временно, разумеется. Не вызывает сомнений, что этот парень всего лишь посредник и, находясь на хозяйской территории, старается вести себя так, как здесь принято».

Генерал, разминая затекшие ноги, прошелся по бетонированной дорожке в сторону дома. Дом как дом, ничего особенного. Каменный, оштукатуренный, но с огромными пуленепробиваемыми окнами. Балкон, крепкие деревянные двери, черепичная крыша. Он мог принадлежать кому угодно – «новому русскому», если судить по охране, государственному служащему (та же охрана, но за счет государства) или отечественному мафиози. Поразмыслив, Клебаничев решил, что третий вариант скорее всего наиболее верный.

Тем временем крепыш, перекинувшись парочкой слов с громилами, предложил генералу пройти в дом. Клебаничев поднялся по ступенькам, толкнул дверь и переступил порог апартаментов.

И сразу же окунулся в мягкий полумрак. Тихо звучащая «Лунная соната» приятно расслабляла, а тлеющие угольки в камине придавали встрече несколько интимный характер. Холл освещал только слабый светильник, и поэтому генерал не сразу заметил человека, удобно устроившегося в кресле. Лишь после того, как тот негромко кашлянул, Клебаничев повернулся в его сторону. Из-за слабого освещения генерал не смог как следует разглядеть этого человека, отметив лишь тот факт, что владелец дачи был худощав.

– Добрый вечер, Игорь Петрович, – любезно поздоровался хозяин. Его голос был вкрадчивым и бархатным, точь-в-точь, как голос незнакомца, звонившего генералу.

– Добрый вечер, – отозвался Клебаничев.

– Проходите, садитесь, – предложил хозяин. – Что будете пить? Джин, водку, виски, коньяк? Только одно условие: наливайте себе сами. Столик с напитками перед вами.

– Спасибо, пить мне что-то не хочется, – отказался Клебаничев. – В данный момент у меня только одно желание – я хочу, чтобы моя дочь побыстрее вернулась домой.

– Для этого одного вашего желания мало.

«Сволочь, он еще пытается острить, – с неприязнью подумал генерал. – Но почему этот человек ведет себя так нагло? Почему решил лично встретиться со мной? Создается впечатление, что он вообще ничего не боится. Наверняка он уверен на все сто, что я соглашусь на его условия, лишь бы Светлана вернулась домой живой и невредимой… Впрочем, он прав. Он хорошо изучил меня, знает, гад, за какие ниточки дергать. Наверняка в курсе, что деньги меня никогда особенно не интересовали».

– Вы любите полумрак? – неожиданно спросил незнакомец.

– Я предпочел бы разговаривать с вами при более ярком освещении.

– Желание гостя для меня закон, – с помощью пульта дистанционного управления хозяин увеличил освещенность холла и чуть уменьшил громкость музыки.

Теперь у Клебаничева появилось больше шансов рассмотреть этого человека. В нескольких метрах от него, утопая в кресле, сидел мужчина средних лет в элегантном сером костюме, но без галстука. Его темные волосы были гладко зачесаны назад, подбородок тщательно выбрит. Указательный палец украшал золотой массивный и вычурный перстень. Это делало его похожим на цыганского барона или на гомосексуалиста, однако генерал был почему-то уверен, что незнакомец имеет традиционную сексуальную ориентацию.

«Где я мог его видеть? – подумал генерал. – На презентации? Вряд ли. В министерстве?.. Какие глупости! Где еще?.. Вспоминай!»

– Как-то нехорошо получается, – прервал затянувшуюся паузу хозяин. – Я знаю, как вас зовут, а вы – нет.

– Что ж, давайте познакомимся.

– Называйте меня Степаном Степановичем. Как вы успели догадаться, это не мое настоящее имя, но вам ведь надо как-то ко мне обращаться. Думаю, нам придется провести вместе не один час. Поэтому отныне для вас я – Степан Степанович.