Чтение онлайн

Куст орешника, откуда минуту назад донесся треск, ничем не отличался от своих собратьев – ветки не качались, листья почти не шелестели, разве что от ветра. Решив, что шум – не что иное, как слуховые галлюцинации, отец Василий двинулся дальше.

Он прошел несколько метров и вдруг почувствовал опасность.

Резко обернулся и увидел огромную тень, летящую прямо на него. В следующее мгновение он свалился на землю, тело пронзила нестерпимая боль, а во рту появился солоноватый привкус крови.

Отец Василий не сразу понял, кто этот человек, который секунду назад с молниеносной беспощадностью свалил его с ног. Лишь когда на запястьях расстриги защелкнулись наручники, он узнал нападавшего.

И тотчас услышал дикий душераздирающий вопль, а спустя мгновение понял, что это кричит он сам…

На следующий день, ближе к вечеру, в мастерской на Арбате раздался телефонный звонок.

Константин Панфилов ждал его, но ответил не сразу. Не спеша отхлебнул из чашечки крепкий, свежеприготовленный кофе, затянулся сигаретой и лишь затем снял трубку:

– Слушаю?

– Добрый вечер, – голос генерала Фалунчука звучал гораздо увереннее, чем сутки назад. – Ты не против, если я загляну к тебе в гости?

– Милости прошу.

Константин положил трубку, снова глубоко затянулся и посмотрел на часы. Затем взял пульт и нажал на кнопку. Из двух огромных колонок полилась музыка – проникновеннейший полонез Михала Клеофаса Огинского «Прощание с родиной», известный широкой публике просто как «Полонез Огинского».

«Что может быть приятнее этих божественных звуков? – подумал он и закрыл глаза. – Как здорово пить кофе, сидеть в мягком кресле и никуда не спешить. Можно расслабиться и подумать о чем-то приятном… В такие минуты не верится, что где-то в мире идет война, что люди способны убивать друг друга, что существуют ложь и ненависть, зависть и предательство… А ведь все это было, есть и будет. Хотелось бы верить, что рано или поздно все будут жить в любви и согласии. Но вряд ли мне повезет. Вряд ли я дождусь этого. В мире так много сильных людей, но куда меньше умных, честных и бескорыстных. Меня тоже нельзя назвать бескорыстным. Ведь за свою порой очень даже грязную работу я получаю немалые деньги…»

Размышления Панфилова прервал звонок в дверь.

Константин выключил музыку и бесшумной походкой направился в прихожую.

Генерал Фалунчук, грузно дыша, переступил порог мастерской:

– Никак не могу привыкнуть, что мне уже не сорок и даже не пятьдесят. Поднимаюсь в твой «скворечник» и, бывает, боюсь, что сердце не выдержит…

– Здравствуйте, генерал, – Константин с улыбкой протянул руку и, пожав прохладную ладонь Фалунчука, вдруг подумал, что и рукопожатие у генерала не такое уж и крепкое.

Фалунчук, словно прочитав мысли Панфилова, тяжело вздохнул:

– Ну что ж, Константин, веди в свои апартаменты. И кофейку не забудь сварить. Или, может, выпьем чего-нибудь покрепче? Ты как?

– Я, в общем-то, положительно, – рассмеялся Панфилов. – Операция под кодовым названием «Пропащие ангелы» завершена, а по такому случаю можно и выпить.

– А ты шутник, – хмыкнул генерал в прокуренные усы. – Это же надо такое придумать – пропащие ангелы!

– Это не я придумал, а отец Василий. Я лишь немного подкорректировал, – поправил Константин, проходя в комнату. – Кстати, как он?

– Ничего. Заговорил. Выложил все как на духу. Только помял ты его немного. Даже пришлось врача вызывать. Но жить будет.

– С божьей помощью, – не удержался от язвительного замечания Панфилов.

Фалунчук неодобрительно покачал головой, подошел к столу, положил на него свой неизменный потертый портфель и щелкнул замками. Вытащил бутылку армянского коньяка «Вазисубани» и пухлый конверт. Коньяк поставил на стол, а конверт протянул Панфилову:

– Это тебе.

– Спасибо, – Константин небрежно сунул конверт в карман и выжидающе посмотрел на генерала. – Валерий Андреевич, выкладывайте, с чем пожаловали? Ведь вы никогда просто так не появляетесь.

– Мне бы твою проницательность, – вздохнул Фалунчук и покосился на бутылку. – Ну что, Константин, неси стаканы!

Панфилов укоризненно покачал головой и не сдвинулся с места.

– Валерий Андреевич, вы не ответили на мой вопрос.

– Отвечу, отвечу, – проворчал Фалунчук. – Вот только выпьем по маленькой…

Константин направился на кухню, искренне недоумевая, почему генерал, обычно прямой и открытый, сегодня говорит загадками. Он сполоснул широкие бокалы, вытер их насухо и вернулся в комнату.

Генерал Фалунчук демонстративно оживился, хотя в его глазах явно читались тревога и напряжение. Выпили по глотку молча, без всяких тостов, и лишь после этого генерал заговорил:

– Сегодня ночью я допросил отца Василия. Он назвал имена преступников, но подобраться к ним законным путем, к сожалению, не представляется возможным. Уж слишком надежная у них крыша…

– Полковник Погоржельский и бизнесмен Джавадов?

– Да. Ты был прав. И Погоржельский, и Джавадов – оба причастны к уникальной авантюре с акциями. План выкачивания денег из Министерства обороны принадлежит Джавадову, а полковник Погоржельский – виртуозный исполнитель. Эти двое опасны и… неуязвимы. Как это ни прискорбно, но факт остается фактом – сидят себе как ни в чем не бывало.

– Но почему?! – удивился Константин. – Разве не вы, генерал, утверждали, что показания отца Василия помогут доказать их вину? Вы настоятельно требовали, чтобы я притащил вам этого святошу живым и невредимым. Я выполнил ваш приказ, хотя, честно признаться, у меня руки чесались разрядить в этого мерзавца всю обойму. Отец Василий на допросе сдал своих дружков с потрохами? Тут ни один адвокат – ни Цадва, ни Гучерена, ни даже сам Резников – не отмажет. И тем не менее вы заявляете, что ситуация не изменилась – акции по-прежнему у Джавадова, а Погоржельский продолжает работать в ФСБ.

– Ты, как всегда, прав, – вздохнул Фалунчук. – Но не забывай, в какой стране мы живем. Здесь по-прежнему деньги решают все. Или почти все. Банкир Александр Рязанский со своим «МБС-Пром» и огромной сетью филиалов кинул три года назад полтора миллиона вкладчиков, а сегодня преспокойно «возраждается». Вот и наш Джавадов пользуется в определенных кругах безукоризненной репутацией. Слышал о скандале, который разгорается между Генпрокуратурой, Таможенным комитетом и одной из спецслужб?

– Да я как-то в лесу сидел последние дни…

– Скандал довольно-таки запутанный, но если быть посвященным в некоторые детали, то кое-что станет понятным. На протяжении последних десяти лет некоторые отечественные спецслужбы уделяли определенное внимание работе с крупным бизнесом. Например, служили «крышей» для бандитов-отморозков, а иногда и сами организовывали фирмы для негласной поддержки отраслей, контроль за которыми со стороны государства не должен ослабевать ни в коей мере. Помогало это и в получении вполне легальных денег, необходимых для оперативной работы. И фирм таких, по моим сведениям, почти две сотни, а годовой оборот составляет не один миллион долларов. Ну а «куратором» этого хлопотного хозяйства был сначала один из замов руководителей КГБ, а впоследствии – ФСК.