Чтение онлайн

– Хорошо, но какое все это имеет отношение к нашим баранам?

– Самое непосредственное. Ведь полковник Погоржельский, упреждая удар, заявил на закрытом совещании силовиков, что именно Джавадов весьма ощутимо спонсирует вверенную ему секретную школу… Черт, это оборотень, сущий дьявол. Ему даже меня удалось ввести в заблуждение. Сегодня под его началом сотни курсантов секретной школы. Погоржельский способен на самые непредсказуемые авантюры, на самые безрассудные поступки. С ним нельзя воевать в открытую… Ты понимаешь, что я имею в виду? – Генерал Фалунчук требовательно взглянул на Константина.

Тот задумался.

– Даже если допустить, что они будут арестованы и осуждены, то у нас в России пока еще действует мораторий на смертную казнь. Если я вас правильно понял, Погоржельского и Джавадова необходимо ликвидировать и как можно скорее? И это должен сделать я?

Панфилову показалось, что Фалунчук вздохнул с облегчением.

– Все дело в том, что у тебя есть немалый опыт… – Фалунчук смущенно кашлянул и вновь взялся за бутылку. – И, честное слово, заменить мне тебя некем.

– Вообще-то говорят, что нет незаменимых.

– Вот уже несколько месяцев на рынке цветных металлов идет самая настоящая война, – как ни в чем не бывало продолжил генерал. – Совершено пять заказных убийств руководителей различных фирм и предприятий. Контрольные пакеты акций крупнейших комбинатов по производству и переработке никеля теперь у Джавадова. По нашим сведениям, он собирается покинуть Россию. Покинуть навсегда.

Константин Панфилов слушал генерала рассеянно. Он думал о том, что его жизнь уже давно превратилась в адский марафон – погони, ликвидации, постоянное внутреннее напряжение и смерть, дышащая в затылок. И финиша этого марафона не видно. Криминальная обстановка в стране не улучшается, бандитские группировки растут, словно грибы после дождя. Законник, задержанный с поличным и помещенный в камеру, нередко тотчас оказывается на свободе стараниями многоопытных адвокатов и высоких покровителей.

А ведь пора бы уже и остепениться, пора бы свести риск до минимума.

«Но разве я смогу жить по-другому? – пронеслось у него в голове. – И где гарантия, что через пару месяцев отдыха меня вновь не потянет сюда, в мастерскую? Нет, я, конечно, могу попытаться отказаться от задания, сославшись на усталость. Но ведь именно я заварил эту кашу. Именно я проморгал убийц Кузьмина в аэропорту. Я согласился помочь генералу Клебаничеву отыскать его дочь. Так что, Жиган, это дело надо довести до конца. А вот тогда можно будет передохнуть, а еще лучше – рвануть в Чечню да самому попытаться отыскать и вытащить из плена братишку Игната».

В первых числах октября от известного российского бизнесмена Виталия Джавадова, который совсем недавно стал владельцем контрольного пакета акций «Тугулникеля», ушла жена.

«И чего ей не хватало?» – в сердцах выругался Виталий, обнаружив на кухонном столе записку, которой Илона уведомляла его о своем решении.

Хотя, если откровенно, жена у Джавадова была некрасивая, как-то враз постарела, и он давно уже не занимался с нею любовью, предпочитая проводить вечера в компании куда более молодых и симпатичных девчонок. И все же ему было страшно обидно, потому что он уже привык к ней. Привык, например, к тому, чтобы каждое утро она подавала ему в постель чашечку кофе.

«А впрочем, это неважно! – вдруг подумал Джавадов и достал из мини-бара початую бутылку виски «Чивас Ригал». – Ушла, ну и ладно! Значит, наследника родит мне другая – помоложе и покрасивее!»

Плеснул в широкий стакан с массивным дном порядочную порцию, по давней привычке разбавил наполовину пепси-колой, залпом выпил этот коктейль и принялся строить планы на будущее.

После того как его приятель и давний компаньон полковник Погоржельский вместе со своим помощником угодил в автомобильную катастрофу, Джавадов перестал спать по ночам и усилил свою охрану. Он знал, что ни у ФСБ, ни у Генеральной прокуратуры нет веских доказательств его причастности к незаконному получению кредита, знал, что невозможно доказать его непосредственную причастность к взрывам и убийствам, но все равно боялся.

«Скоро мои мучения закончатся, – подумал Джавадов и вновь плеснул в стакан изрядную порцию виски. – Свалю из этой проклятой страны и буду управлять делами из-за границы».

В середине следующего месяца Виталий Джавадов собирался улетать в Тель-Авив. Улетать не в командировку, а навсегда.

«Наверное, этот отъезд и стал последней каплей, переполнившей чашу терпения. И поэтому Илонка ушла… Ну что она, патриотка хренова, видит в этой грязной и нищей России? Дерьмо на улицах, попсу и чернуху по телику. А так перед ней раскрылся бы весь мир».

Неожиданно Джавадову показалось, что из окна дома, стоящего напротив, на него кто-то смотрит. Он задернул шторы, нервно поежился и принялся мерить шагами огромную, тридцатиметровую кухню. Джавадову стало страшно. Страшно, несмотря на то что в соседней комнате находились двое крепких парней, двое бывших спецназовцев, готовых в любую секунду броситься на защиту хозяина. И все-таки страх не отпускал Джавадова ни на мгновение.

В памяти разом всплыли примеры, когда и десятки телохранителей не смогли помешать опытному киллеру отыскать цель в перекрестии прицела и плавно нажать на спусковой крючок. Виталий был уверен, что Погоржельский разбился в своем «Мицубиси» не без посторонней помощи. Какой, к черту, гололед в такое время года! Ясно как божий день, что тут поработала ФСБ, какой-нибудь сверхзасекреченный отдел по устранению нежелательных личностей. И не исключено, что следующей жертвой может стать он сам, преуспевающий бизнесмен Джавадов.

Ему вновь захотелось выпить, и он решил не отказывать себе в этой маленькой радости. Пьяниц Джавадов не любил и считал, что глушить свое горе или тревоги в бутылке – глупо и недальновидно. Долив еще немного виски, Джавадов потянулся к сотовому телефону, лежащему на столе. Набрал номер личного водителя и приказал подогнать «Вольво» к подъезду. Мысль отправиться в казино «Савой» пришла спонтанно. Виталий даже не успел осознать, почему его вдруг потянуло в это заведение. По натуре человек бережливый, Джавадов терпеть не мог просаживать деньги впустую. Но в это мгновение он неожиданно осознал, что долго жил как-то не так. Слишком правильно, что ли? Вставал по будильнику, берег свое здоровье, старался особо не расходовать энергию на девочек. Не слишком усердствовал в дружеских застольях, увлекся охотой. Довольно много занимался на тренажерах, посещал бассейн с сауной, по-прежнему с удовольствием играл в теннис, хотя многие в последнее время переключились на дзюдо и горные лыжи. Он жил словно впрок, ради будущего и искренне презирал людей, которые за вечер могли просадить целое состояние.

Но теперь все встало с ног на голову. Установленные им самим правила, которыми Джавадов так гордился, рассыпались на глазах, словно карточный домик.

Всепрощающая и покорная Илона ушла. Ушла, наплевав на все. Полковник Погоржельский, этот неуловимый гений зла, мертв. Разбился в лепешку, да еще вместе с верным помощником Валентином! Хотя за его спиной стояла огромная власть и сила. А деньги, деньги, заработанные с таким трудом и риском, завтра могли вообще не понадобиться. Поэтому Джавадов решил отправиться в «Савой» и испытать свое везение.

Виталий заглянул в гостиную, где находились охранники, и предупредил, что отправляется в казино. И хотя бодигарды внешне ничем не выказали своего удивления, Джавадов понял, что они искренне изумлены его решением. Эти охранники служили у него не один месяц и за это время успели досконально изучить привычки хозяина.

Обычно в одиннадцать вечера, если не было никакой важной презентации или фуршета, Виталий уже спал в своей постели. А тут на тебе – казино! Естественно, это не могло не вызвать удивления. Однако парни были опытными охранниками и никогда не обсуждали планы своего хозяина. По крайней мере, вслух.