Чтение онлайн

Выкрутился. Теперь он нормальный авантюрист и сталкер, живущий одним днем и не думающий ни о прошлом, ни о будущем. Вот и думал он о женщинах вообще, не имея в виду Лотту. Правда, его абстрактная мечта была хрупкой пепельной блондинкой с темными глазами… Ну так мечта на то и мечта… А вообще, женщин он любил всяких, избегал только крупных и то потому, что они на его фоне казались еще крупнее. О семье и детях он не думал. Ни один сталкер, находясь в здравом уме и твердой памяти, детей не заводит. У сталкеров не бывает нормальных детей.

В храп вклинился другой звук, и Маркиз сразу насторожился. Храп мешал, и Маркиз бесцеремонно ткнул Макса ногой в бок. Храп тут же стих. Сон у сталкеров в зоне чуткий. Теперь среди тишины отчетливо раздавался звук шагов. Макс не шевелился, но крутил глазами по сторонам. Маркиз напряженно вслушивался, пытаясь определить направление: в Зоне это трудно, звуки доносятся отовсюду одновременно. Макс приподнялся и сел таким плавным движением, будто был в воде. Почти одновременно они перекатились за деревья. Маркиз встал и прижался к стволу, он был достаточно худ, чтобы спрятаться за ним. Макс, чьи плечи ни за какое дерево не поместились бы, распластался на земле, втискиваясь в невысокую бледную траву. Маркиз уже знал, что эта травка при соприкосновении с кожей действует как крапива, умноженная на кактус, а Макс и лицо в ней прятал. И правильно делал. Лицо болеть перестанет, а неизвестная опасность бог весть чем обернется.

Шаги стали громче. А ведь в Зоне царит тишина. Всегдашняя тишина. Чуть вздрагивала земля. Ой-ой.

Маркиз, наполовину превратившись в Призрака, бесшумно подтянулся и влез на нижнюю ветку, и так аккуратно, что не шелохнулся ни один листик. Он пристроился поудобнее, пригнувшись, выглянул сквозь ветки и сразу увидел того, кто шел по Зоне, не разбирая ни «ведьмина студня», ни «серебряной паутины», ни «божьих плевков»… Маркиз оцепенел. Он ждал либо своего брата-сталкера, либо, на худой конец, Сталкера, который уже перестал быть человеком, мутанта в каком угодно облике… Первое, что ему сказали, когда он пошел в Зону: «Здесь нет ничего живого. Только Сталкеры, и не дай тебе бог с ними встретиться». А это был не Сталкер. Это было… это было неизвестно что. Маркиза охватил такой страх, что он покрепче вцепился в ветку, чтоб не упасть. Внизу Макс чуть приподнял голову и снова ткнулся носом в траву.

Прямо на них шло существо колоссальных размеров. То есть не менее двух с половиной метров роста. Огромное, сложенное, как человек. Как уродливый человек. У него было две руки, две ноги, голова и мощный торс. Руки были длиннее, чем у человека. И на этом сходство с человеком кончалось.

Тело его блестело, как амальгама, местами отливая фиолетовым, бирюзовым… да всеми цветами спектра оно отливало, как дешевая бижутерия, как бензиновое пятно в луже. Грудные мышцы выдавались вперед не хуже, чем у чемпиона мира по культуризму, с учетом размеров, конечно. На руках было по четыре длиннющих пальца, многосуставчатых и заканчивающихся красными когтями минимум в десять сантиметров. Бицепсы были толще маркизовой талии. Существо нагнулось (Маркиз увидел здоровенный горб у него на спине и вполне динозаврий гребень), сорвало толстый стебель «макового дуба», повертело его в руке и выбросило. А «маковый дуб» был полутораметровым растеньицем с большими красными цветами и стеблем, прочным, как древесина дуба. Килограмм этого растеньица стоил две штуки, а чтобы отпилить кусочек, нужны были две ножовки и три часа. Существо же сорвало цветочек, как Маркиз бы сорвал василек в чистом поле, понюхало и бросило…

Ступни у него были тоже огромные, с обезьяньи длинными пальцами с мощными когтями.

Смотреть на его голову не хотелось вовсе, особенно после первого взгляда. Голова была непропорционально маленькая, абсолютно нечеловеческой формы, с выступающей далеко вперед лицевой частью, коровьими ушами, пламенеющими алыми коровьими же рогами и глазами необычного разреза, сапфировыми со светящимися алыми зрачками. Впечатление было такое, будто это чудовище раскрасил ребенок. Никаких полутонов: амальгама, сапфир и рубин.

Существо шло прямо к ним. Маркиз едва удержался от предупреждающего возгласа, когда оно ступило на участок выжженной земли. Это было что-то вроде маленькой «комариной плеши». Если на это маленькое пятнышко черно-бурого цвета ненароком наступит сталкер, отодрать его ногу никакой возможности не будет, только отрубить, что однажды и сделал Макс со своим напарником. Маркиз эту торчащую ногу видел, то есть то, что от нее за два года осталось… А существо продолжало грузно топать дальше. За ним волочился короткий крокодилий хвост, усеянный алыми шипами.

С каждым шагом Маркиза окатывало волной ужаса. Он с трудом удерживался от того, чтобы не сорваться с дерева и не драпануть, не разбирая дороги. Поэтому он сделал то, чего в Зоне никогда не делал: стал Призраком. Целиком. Призрак не знает, что такое страх. Этот рефлекс у него отсутствует.

Зато это знал Макс, суровый и мужественный Макс, никогда никого не боявшийся. Он сделал как раз то, чего так хотелось Маркизу. Призрак отключился, а сталкер по прозвищу Маркиз рванулся на помощь старшему напарнику. На существо ему было уже плевать, с существом можно разобраться позже, важно остановить Макса.

Макс бежал, оря что-то непонятное, то ли «дьяволы», то ли «демоны», и, когда Маркиз его все-таки догнал и повалил на землю, было уже поздно. Обрывки «серебряной паутины» свисали с его одежды вперемежку с клочьями «синего пуха» и шипами чертополоха. Плюнув на все, Маркиз начал отдирать шипы: они имели обыкновение втягиваться внутрь через кожу, и тогда человек умирал так, что лучше бы ему умереть сейчас. Пух и паутина непредсказуемы, а шипы – штука страшная.

– Демон, малыш, – вдруг отчетливо произнес Макс. – Это демон. Кто их видел, кто о них говорил, всегда умирают. Если выберешься отсюда, никогда о нем не говори. Никому! – Он схватил Маркиза за воротник и подтянул к себе. – Никому не говори, слышишь? Ты любопытный, но никого не спрашивай о них. Только выберись отсюда, малыш. Ты хороший сталкер. Только о демоне не говори. Клянись!

– Я себе не враг, – сказал Маркиз.

– Клянись, щенок!

– Клянусь, – пообещал Маркиз. – Если выйду отсюда, никому не буду говорить, никого не стану спрашивать.

– Не навлекай на себя беду, мальчик. И на других.

– Я обещал, Макс. Я знаю цену таким обещаниям.

– Да, малыш, ты не за бутылкой болтнул, ты мне обещал. Я умру, так что ты умирающему обещал. Мне терять нечего, я тебе скажу, что знаю. Демоны живут в темной части, куда мы не ходим. Видишь, здесь темнее. Сюда никто не ходит, никогда, я сбился с дороги… ты прости меня, малыш. – Маркиз улыбнулся и кивнул. – Они убивают, если на них напасть. Если их не трогать, они не тронут. Они насылают ужас. Ты заметил? – Маркиз опять кивнул. – Я не удержался, вот результат… Не беги от них. Если ты пройдешь с ним рядом, но не будешь бояться, он не тронет. Только не беги. Только не нападай. Без всяких твоих карате и кунг-фу. Они твердые, как скала. Их глаза не пробить ножом. Они неуязвимы. Когда они кричат, люди умирают. Не дразни демона. Просто пройди мимо. Ты помнишь дорогу? – Маркиз кивнул третий раз. – Теперь иди. Незачем тебе видеть, как я умру. Возьми вот это, Кресту отдашь, тогда он будет знать, что ты меня не бросил, что ты в моей смерти не виноват. И сам договорись об условном знаке. – Он сунул Маркизу в руку синий кристалл, затейливо оплетенный серебряной проволокой – маленький подарок Зоны. – Иди.

– Не пойду, – спокойно ответил Маркиз. Помимо бинта, йода и пластыря, он носил в аптечке шприц и пару ампул морфия. Он засучил Максу рукав и сделал укол. Морфий в Зоне действует не так, как вне, но все-таки действует. Макс начал ругаться и гнать Маркиза, но тот сидел на месте. Для сталкера лучше умирать не одному.

Все кончилось очень скоро. Морфий в Зоне приближает смерть и уменьшает боль. Для Макса не было ни единого шанса выпутаться. Шипы чертополоха втянулись в тело, а что они там делают, никто не знает. Тела сталкеров из Зоны не выносят. А в Зоне не хоронят. Она не любит, когда людей опускают под землю.

Маркиз забросал Макса травой и листьями, предварительно взяв то, что могло ему пригодиться: фляжку с коньяком, две плитки шоколада, нож и пачку сигарет. Деньги, найденные в этот раз подарки Зоны, золотые часы (Макс любил дорогие вещи) остались при хозяине, хотя никто Маркиза не осудил бы. Да любой взял бы ценные вещи, и Макс тоже, но у Маркиза были свои принципы.

Он разложил все по карманам, а синий кристалл – в самое надежное место. Условный знак… неплохо придумано. Сталкеры своих в Зоне не бросают, но новичок есть новичок, даром что три года ходит. Надо будет договориться с Луи или тем же Крестом. И вещь есть подходящая – брелок для ключей, «черная брызга» необычной каплевидной формы, тоже оплетенная серебряной проволокой.