Чтение онлайн

Минин совсем не ожидал такого ответа от ИИ и остаток ночи он провел совсем без сна. «Глупая машина, не зря тебя прозвали «Позорной Дусей», думал он – «она посчитала, что Рот типа “Дункан Маклаута” – ищет очередного «бессмертного горца»! Видимо в ее настройках долголетие это наивысший приоритет. Глупая машина, она и понятия не имеет, как за деньги можно купить все: паспортные данные на 96 лет, отличную физическую форму и здоровье». Обычно, Минин, работая с институтским ИИ после получения не корректных его выводов, просил оплатить выход на более мощную Китайскую систему. Но в этот раз этого сделать он не мог. Все должно было храниться в тайне.

«Однако, есть вполне интересный вывод этой безмозглой ИИ»– далее, размышлял Минин. Он мог быть спокоен, что Рот будет проверять его ракушки – делать опыты с ними, проверять их старость, местоположение. Он всецело мог доверяться его Заключениям, как специалиста. А еще больше – его запросам в разные научные и околонаучные организации с просьбой продать «раковины 5-7 тысячелетней давности».

«Это чертовски хорошо!» – размышлял Минин. Он может поставлять дешманские раковины и далее старику Роту за сумасшедшие деньги, подделывая справки и чеки об их стоимости.

Но это разнилось с его теорией о химических маркерах раковин. А если Рот реально проверяет его раковины? Как же узнать, что делает Рот с его раковинами?

Целую неделю Минин изучал оборудование для слежения объектов. Просмотрев видео посещения замка еще раз – он понял, что Рот имел в своем замке современные детекторы следящих устройств и множество установленных глазков камер. А вход явно был оборудован автоматическим рентген сканером. Установить у него “обычные” камеры слежения во все многочисленные помещения не представлялось возможным.

Он изучил массу различных типов и систем слежения и остановился на современной, но мало применяемой трипольной системе сбора информации. В объект внедрялись микроскопические источники импульсного излучения программируемо изменяемых параметров и не фиксируемых в отдельности. Однако, объект, находящийся по воздействием, не менее трех источников излучения, сам становился излучателем тонких магниторезонансных полей. Расшифровывая по индивидуальной программе параметры этих полей, счетчик предоставлял 3Дэ картинку объекта в реальном времени. Сложность этой системы была в неясности картинки, малой дистанции слежения и требуемой мощности обрабатываемого центра расшифровки. Огромным плюсом системы были: приемником излучения от объекта могла быть любая заземленная объемная металлическая поверхность (крыша, забор, металлокаркас здания), получение аудио информации и гарантированная скрытность системы.

Американское оригинальное оборудование имело сумасшедшую стоимость, продавалось только спец службам и имело санкционный запрет реализации в РФ. Однако, китайские «товарищи» на своих «барахолках», предлагали интересным людям аналоги этого шпионского оборудования по, хотя дорогой, но адекватной целям, цене. Минин на выходные поехал в Харбин, где это оборудование продавали в одном из офисов ТЦ на окраине города, без отзывов на него и за наличные юани, что явно указывало на подпольное происхождение. Минину продемонстрировали его работу и выдали комплект с предупреждением, что оборудование сложное в настройке.

Купив китайскую подделку, Минин хотя и не сомневался в «не хорошем» качестве, но настроив оборудование четко, по откровенно корявой китайской инструкции, получил «вообще нулевой результат».

Источники не излучали и не программировались, счетчик не понимал, где и какое излучение и не расшифровывал никаких сигналов. Картинка была – просто сплошное черноточие, аудио ряд – шипение разной тональности.

Справившись с первым желанием «вернуть гауно систему» Минину стало жалко потраченного времени на поиск и приобретение оборудования. Однако, его откровенно задело, что китайцы (пацан лет 17 ти) смог его настроить при продаже, а он, дипломированный специалист, не смог разобраться – и он еще целый месяц провод за проводом, файл за файлом, винтик за винтиком разбирал этот красиво упакованный, но пока совершенно бесполезный набор оборудования. Его, истинного увлекающегося и доводящего всякое начатое дело, тем более в новой для него отрасли, до конца, – захватил этот процесс. Он перелопатил тучу инструкций и книг, скачал и изучил гигабайты инфы с инета, поэкспериментировал с десятками разных источников, дорого купленных и полученных им самостоятельно. Он заплатил еще тысячи рублей за сотни испытаний на стендах и опытных столах – И через месяц сделал вывод о невозможности исправить этот комплект «высочайшего качества оборудования», ввиду явного технологического и программного несоответствия. Это оборудование не могло работать ни при какой степени сложности настройки. А картинка объемного слежения предпродажного показа – было просто записанное видео, конкретно для офиса в Харбине для компьютера, абсолютно не связанное с оборудованием. Оно запускалось при определенном порядке нажатия клавиш. Его тупо кинули… Единственное, что там реально могло давать результат – это сканер излучения. Когда он и его разобрал и добрался до главного компонента (объемного датчика) он с удивлением обнаружил, что тот изготавливался в РФ, на Самарском заводе радиоэлементов Поволжской ОЭЗ.

Весь этот месяц он продолжал слать Роту раковины и исправно получать по 3-3,5 тысячи долларов за штуку. Он делал качественные подделки счетов, рекомендаций и писем от «зарубежных партнеров», а также весьма развернутую аннотацию «исследований» этих раковин. На самом деле «ракушки» он крал из музея своего института, в котором они пылились еще с советских времен. Четко выдерживая график поставок раковин, он мог планировать «ракушечный бюджет». Он уже стал оценивать свои дорогостоящие покупки в «ракушках». Для смены авто требовалось 3 ракушки, для смены квартиры – 12 раковин, а на постройку дома – еще 25 ракушек.

Этот месяц Минин много работал. Он далеко отодвинул планы по устройству собственного семейного счастья, практически перестав встречаться с Настей и поставив ее (и себя) в двусмысленное положение. Времени на букетно-конфетный период катастрофически не хватало. Деятельность в институте, поиск и изготовление поддельных документов для Рота и, самое основное на что у него стало уходить время, – на исправление дорого купленного оборудования. Более месяца напряженного поиска «настроек» и удручающий результат. Он обращался к «китайским товарищам» и не раз. Получив на первое письмо ответ, полный презрения к его «тратам и ущербу» с выражением недоумения претензией к «высочайшему качеству продукта», китайская фабрика «забила» отвечать письменно на его обращения и заблокировала его телефон. Еще две недели он пытался привлечь «товарищей» через «своих людей» в Китае. Но как только речь заходила о взыскании средств с китайской фабрики – всем им «было некогда». Минин еще раз убедился в глубоко потребительском отношении «Великого Китая» к гражданину своего молодого протектората, вообще ко всей Дв ОЭЗ РФ. Через официальные китайские каналы Минин не стал делать запросы – это требовало пояснений покупки «шпионского оборудования» госслужащим. Что могло повлечь «интерес органов» с обеих стран.

В общей сложности на китайскую «подделку» он потратил почти «2 ракушки» и полтора месяца работы. За эти деньги и за это время можно было попытаться заиметь информатора из окружения Рота. Можно было просто купить у охранной фирмы записи с камер слежения внутри замка Рота. Минин был страшно раздосадован неудачей и бездарно потраченными деньгами и, главное, временем, отношениями с Настей. Но – так бывает, долго и упорно к чему то идешь и – «стена». Наверное, «Шпионский подход» не был правильным, не свойственен «ботанику Минину», и подсознанье не реализовывало решения. Возможно, «он был еще не готов» и небеса не пускали на «новый уровень» с открытием Ротовских ракушечных маркеров серебра.

Впрочем, он все это время отправлял Роту фальшивые раковины «с разных концов мира» и исправно получал плату. У него появились деньги, появились другие интересы и возможности. Важно было не упустить эту «синицу в руке».

Он решил увеличить количество поставок ракушек, так как нашел в Китае поставщика раковин различных форм и размеров. Правда раковины имели изъян – выжженный лазером иероглиф поставщика. Пока Минин вел переписку с этим поставщиком на предмет поставки раковин без иероглифа – Настя полностью прекратила с ним отношения. По слухам (а коллектив института в котором они оба работали хотя и был солидным, но утаиться от злых языков еще никому не удавалось) Анастасия стала «ходить с бизнесменом из окружения директора». На просьбы о встрече она отвечала уклончиво и долго. Сообщения мессенджеров не просматривала. Минин злился, но понимал, что сам упустил ее. Проклятые ракушки… Проклятый Рот…

В один из жарких июльских дней его вызвал Директор и попросил проконтролировать поставку в Поволжскую ОЭЗ РФ производимых институтом биосинтетических материалов. Один из давних партнеров института отказался оплачивать поставки ссылаясь на некачественные составляющие и проблемы с таможней. Минин под благовидным предлогом решения таможенных вопросов вызвался в командировку в Самару – столицу Пов ОЭЗ РФ.

В Самару он привез русский датчик, обнаруженный им в, разобранном до винтика, китайском оборудовании для «трипольного слежения». Минин лелеял надежду повлиять на китайских партнеров через обращение этого завода, либо попытаться получить компетентное заключение о невозможности его работы в китайском варианте.