Чтение онлайн

– Конечно, не станет, - сказал я.

– То-то и есть! Правильно!
– подтвердил мистер Омер.
– Так вот, сэр, ее двоюродный брат... вам известно, что она выходит замуж за своего двоюродного брата?

– О да! Я его хорошо знаю, - ответил я.

– Само собой разумеется, - сказал мистер Омер.
– Так вот, сэр, ее двоюродный брат - он, оказывается, на хорошем месте и зарабатывает неплохо очень благодарил меня (и вообще, должен сказать, держит он себя так, что я о нем наилучшего мнения), а потом пошел и снял такой уютный домик, какой мы с вами только можем пожелать. Домик этот уже обмеблирован сверху донизу, чистенький и аккуратный, как кукольная гостиная. И если бы болезнь бедняги Баркиса не приняла дурного оборота, были бы они, верно, теперь мужем и женой. Но вот приходится откладывать.

– А как Эмли, мистер Омер?
– осведомился я.
– Все такая же, как вы говорили, беспокойная?

– Ну, знаете ли, ничего другого ожидать нельзя, - отвечал он, снова потирая свой двойной подбородок.
– Ей предстоит перемена, разлука, и все это для нее, если можно так выразиться, уже не за горами, а в то же время как будто и за горами. Смерть Баркиса вызвала бы отсрочку, но небольшую, а вот болезнь его может затянуться. Как вы сами понимаете, положение неопределенное.

– Понимаю, - сказал я.

– И вот Эмли все еще немножко грустит и немножко волнуется; сказать правду, пожалуй, даже больше, чем раньше, - продолжал мистер Омер.
– С каждым днем она как будто все крепче и крепче привязывается к своему дяде, да и с нами не хочется ей расставаться. Стоит мне сказать ей ласковое слово, а у нее уж и слезы на глазах... А если бы вы видели, как она возится с дочуркой моей Минни, вы бы этого никогда не забыли! Боже мой, как она любит этого ребенка!
– задумчиво проговорил мистер Омер.

Пользуясь благоприятным случаем, я решил спросить мистера Омера, прежде чем наша беседа будет прервана возвращением его дочери и зятя, знает ли он что-нибудь о Марте.

– Эх, ничего хорошего!
– отвечал он, с глубоким огорчением покачивая головой.
– Грустная это история, сэр, с какого боку к ней ни подойти. Я никогда не думал, что у этой девушки дурные задатки. Я бы не стал упоминать об этом при моей дочке Минни, - она, знаете ли, тотчас начала бы мне перечить, - но я никогда этого не думал. Да и никто из нас не думал.

Заслышав шаги своей дочери раньше, чем услышал их я, мистер Омер прикоснулся ко мне трубкой и в виде предостережения зажмурил один глазНемедленно вслед за этим вошла Минни со своим мужем.

Они сообщили, что мистеру Баркису плохо - "хуже и быть не может", что он без сознания, а мистер Чиллип только что, перед уходом, горестно объявил в кухне, что Медицинский колледж, Колледж хирургов и Ассоциация аптекарей, даже если собрать их всех вместе, не в силах ему помочь. Врачам и хирургам, сказал мистер Чиллип, уже нечего здесь делать, а все что могут сделать аптекари - это отравить его.

Услыхав такую весть и узнав, что мистер Пегготи находится сейчас там, я решил немедленно туда отправиться. Пожелав спокойной ночи мистеру Омеру и мистеру и миссис Джорем, я пустился в путь с чувством, что совершается нечто очень важное, и мистер Баркис превратился для меня в какое-то совсем повое, неведомое существо.

На осторожный мой стук в дверь отозвался мистер Пегготи. При виде меня он удивился меньше, чем я ожидал. Так же встретила меня и Пегготи, когда она спустилась вниз. И то же самое мне случалось наблюдать впоследствии: думаю, что в ожидании грозного события все другие события и нежданные перемены ничто.

Я пожал руку мистеру Пегготи и прошел в кухню, пока он потихоньку запирал дверь. Там, у очага, закрыв лицо руками, сидела малютка Эмли. Подле нее стоял Хэм.

Мы говорили шепотом, время от времени прислушиваясь, не донесется ли шум из комнаты наверху. В последнее мое посещение я об этом не подумал, но как странно было сейчас не видеть здесь, в кухне, мистера Баркиса!

– Доброе вы дело сделали, что приехали, мистер Дэви!
– сказал мистер Пегготи.

– Что верно, то верно, - подтвердил Хэм.

– Эмли, моя милая!
– воскликнул мистер Пегготи.
– Да посмотри же! Приехал мистер Дэви. Приободрись, милочка! Неужто ты ни словечка не скажешь мистеру Дэви?

Она вздрогнула всем телом - я и сейчас это вижу. Когда я прикоснулся к ее руке, она была холодна - я это и сейчас чувствую - и казалась бы совсем безжизненной, если бы не высвободилась из моей руки. А потом Эмли медленно поднялась со стула и, подойдя с другой стороны к своему дяде, молча и все еще дрожа, припала к его груди.

– У нее такое любящее сердечко, что ему не под силу это горе, - сказал мистер Пегготи, приглаживая своею большой заскорузлой рукой ее пышные волосы.
– Оно и натурально, мистер Дэви, что молодые непривычны к таким вот испытаниям и вдобавок робки, как моя птичка... оно и натурально!

Она еще крепче прильнула к нему, но не подняла головы, не проронила ни слова.

– Время уже позднее, моя милая, - сказал мистер Пегготи, - а вот и Хэм пришел, чтобы отвести тебя домой. Ну, ступай с ним - у него тоже любящее сердце. Ну, как же, Эмли? Ну, как, моя красоточка?

Звук ее голоса не коснулся моего слуха, но мистер Пегготи наклонил голову, как бы прислушиваясь, а затем сказал:

– Позволить тебе остаться с дядей? Да неужто ты об Этом меня просишь? С дядей остаться, моя птичка? Да ведь твой муж - он скоро будет твоим мужем ждет, чтобы отвести тебя домой! Ну, кто бы мог подумать, что эта малютка прилепится к такому заскорузлому старику, как я!
– сказал мистер Пегготи, с невыразимой гордостью озирая нас обоих.
– Но в ее сердце больше любви к дяде, чем соли в море... глупенькая Эмли!

– И Эмли права, мистер Дэви!
– заявил Хэм.
– Раз Эмли этого хочет, да к тому же она так встревожена и напугана, я ее оставлю здесь до утра. Да уж и сам останусь!

– Э нет!
– возразил мистер Пегготи.
– Это не годится... чтобы женатый человек, или почти что женатый, взял да и пропустил рабочий день. Не годится и так - днем работать, а ночью ухаживать за больным! Ступай домой и ложись спать. За Эмли не тревожься, о ней здесь позаботятся, уж я-то знаю.

Хэм дал себя уговорить и взялся за шапку. Даже когда он поцеловал Эмли - я не видел, как он к ней подошел, но чувствовал, что природа наделила его сердцем джентльмена, - она еще крепче прижалась к своему дяде, словно отстраняясь от своего нареченного. Я бесшумно закрыл за ним дверь, чтобы ничем не нарушать тишины, царившей в доме; когда же я вернулся, мистер Пегготи все еще с ней разговаривал.