Жизнь Энн
Шрифт:
– И когда же ты собираешься ее делать, если меньшее что для этого нужно - сходить в библиотеку, а не ходить по школе под руку с Адамом, - отталкивает меня в сторону и проходит внутрь дома. Теряю др речи от такой наглости, но решаю не акцентировать на этом внимание. Пока!
– Я не хожу с ним под руку. Твой брат сам ко мне цепляется, все никак не отвяжется, хотя я ему уже сто раз сказала, что не хочу иметь с ним ничего общего. Может хоть ты ему объяснишь это!
– О, - тяжело вздыхает, проходит вперед по коридору и открывает дверь в мою комнату, - Я тебя предупреждал. Радуйся, что Адам все еще хочет быть с тобой, хоть я не понимаю этого, потому что иначе он просто начнет операцию по уничтожению Энн.
– Я помню, жизнь в школе не будет и бла бла бла.... Ты уже говорил.
Деймон с интересом во взгляде рассматривает мою комнату: светлые стены, мягкое одеяло на кровати и шкатулку на столе. Осторожно берет ее в руки, заводит ключик. Комнату сразу же заполняют волшебные мелодичные звуки в которых слышны печаль, горе и напоминание о моем прошлом.
– Отдай, - забираю из рук шкатулку и осторожно, словно она хрустальная возвращаю на место, - Для чего вообще врываешься в мой дом?
Одна бровь парня взлетает вверх в недоумении от моего вопроса, то ли от выражения лица, а губ касается невеселая улыбка.
– Я бы тебе не советовал идти сегодня на озеро, - тихо говорит.
– Деймон, - тяжело вздыхаю, - Опять эти твои штучки. Почему бы не советовал ? Что опять не так?
– Просто не советовал бы. Хотя бы раз послушай меня.
– Если ты хочешь предупредить меня о чем-то, то делай это нормально.
– Я и делаю, - отходит и встает у окна, - Ты просто могла бы уже убедиться, что зла тебе не желаю, - что-то странное слышится в его интонации, незнакомое ранее.
– Знаешь, - начинаю, - Возможно ты скажешь, что я дура или еще что, но я так не могу. Ты и твой брат словно сговорились против меня и придумали удивительный план сведения с ума. Я ничего, абсолютно ничего не понимаю. Ни Адама, который никак не отстанет, ни тебя, всего такого хорошего, типа ангела, который все предупреждает о чем-то, но о чем, не понятно!
– последние слова звучат на повышенном тоне, - Мне это надоело. Ты поцеловал меня..., - выдаю, не сдержавшись, - Там, на озере, а потом оттолкнул так, словно я использованная игрушка твоего брата, хотя сам знаешь, что это не так. Ты приходил ночью, успокаивал меня... После наших разговоров мне не снились..кошмары. А теперь.., - сажусь на кровать опустив голову, - Теперь они снова меня преследуют, появляются каждую ночь. И я не могу понять, хороший ты или плохой, оберегаешь меня или, наоборот, толкаешь на необдуманные поступки. И я знаю, что ты мне ничего не должен, что мы друг другу никто...., но давай тогда мы решим это раз и навсегда. Если мы никто, если тот поцелуй был ничем, то не приходит больше, не смотри так!
Все это время Деймон стоит ко мне спиной: она напряженная, твердая, словно держит тяжелый груз на своих плечах. Он не оборачивается, чтобы что-то ответить, не прерывает мой монолог, от него нет вообще никакой реакции.
– Деймон, - зову, - Просто скажи мне, для чего это все? Скажи, что мы больше не общаемся, что ты больше не придешь!
– я знаю, что не имею права этого делать. Что мы никто друг другу, но почему-то боль, которая притупилась, уменьшилась после аварии родителей выплескивается сейчас из меня, как горячая лава из жерла вулкана. Она обжигает внутренности, уничтожает сердце, выжигает дыры в душе. И умножает боль. Снова и снова.
– Ты права, - наконец оборачивается. Лицо словно кусок льда: без единой эмоции на нем. Глаза словно замерзшие озера: пустые и холодные, - Я больше не приду. Из-за лабораторной не расстраивайся, я попрошу чтобы тебя заменили на Кену.
И все....
Это все...
Он говорит эти слова так просто и легко, что я даже не понимаю почему же меня душит обида на него?! Почему его выражение лица словно разрушает меня изнутри!? Почему моя душа, как зеркало разлетается острыми осколками?
Не знала, что когда-нибудь снова почувствую такую же пустоту... Не знала, что кто-то сможет сначала простыми словами, рассказами закрыть глубокие раны, а потом снова их разорвать, с новой силой, вот так...одним взглядом.
Выходит из комнаты под мое молчание. Быстро проходит по коридору и хлопает входной дверью. Не встаю, чтобы проводить его. Не встаю, чтобы догнать.
Я опустошена. Снова сломана. Опять не понимаю, почему это происходит именно со мной.
До вечера ничего не делаю. Даже с кровати не встаю. Телефон разрывается от звонков Аиши, а я не могу заставить себя сделать хотя бы какое-то движение.
Наверное я слишком впечатлительная к чужим словам, эмоциям, поступкам, иначе объяснить свое состояние сейчас не могу. Какая мне вообще разница, что у нас с Деймоном? Да и могло ли быть вообще что-то? Разве он на что-то подобное намекал? Нет, в отличие от Адама, он ни разу не сказал даже короткого предложения об отношениях. Он не скрывал, что проводит время с Кеной. А поцелуй... Хм....Кто же в нашем возрасте не целует кого-то другого ради любопытства? Ради простой попытки?
Громкий стук в дверь заставляет встать с кровати. На крыльце стоит Аиша с широкой улыбкой, но заметив мое выражение лица, она сползает с ее лица.
– Что случилось?
– девушка проталкивается в дом, как и Деймон перед этим, направляется в мою комнату. Аиша знает все: и про родителей, и про Джона, и про Адама, и про аварию, и про Деймона и о его предупреждениях. О его помощи.
– Деймон заходил, - мой голос стал охрипшим,- Сказал, что не надо не идти на озеро.
– Почему?
– удивлению подруги нет предел,.
– Может он что-то знает?
– добавляет, заметив, что я и сама не знаю.
– Аиша, может, действительно, не пойдем?
– Как это не пойдем? Ты еще ни разу не была на вечеринке на озере. А еще там будет Адам, так что скучать точно не будешь.
– Что-то мне не хочется. Да и сама знаешь, как я хочу видеть Адама рядом.
– Так Энн, неправильный у тебя настрой. Плохой. Будем исправлять.
Подруга включает ноутбук и выбирает на нем сборник летних песен драйвовых, бодрых, веселых. Пританцовывая достает мои вещи из шкафа и бросает на кровать, взглядом указывая присоединяться и выбрать одежду на вечеринку.
Не сразу, но все же заряжаюсь ее позитивом. Боль в сердце от горя и одиночества никуда не уходит, так и остается со мной, но становится немного менее ощутимой.
Теперь мы вместе танцуем, орем песни и подбрасываем платья, топы и шорты в воздух. В дело еще идет косметика и различные украшения: серьги, браслеты, подвески на тонких цепочках. Мы цепляем их друг на друга, весело смеясь.
К семи вечера полностью готовы и одеты. Я отказалась от вечернего платья и каблуков, сказав Аиши, что это странно, поэтому мой выбор остановился на легком платье, джинсовой куртке и кедах. Завершением образа стал маленький декоративный ранец, который последний раз брала в тот день, когда попала в аварию с Адамом.
Кстати о нем...
Парень, как только выходим, встречает нас на дорожке рядом с моим домом приглашая сесть в новенькое авто.
– Нет, я пойду пешком, - отрезаю. Настроение сразу падает до отметки ноль.
– Энн, перестань. Неужели земля остановится, если ты сядешь со мной в машину? Я трезвый. Обещаю, буду ехать медленно, - просит.
Если бы не слезный взгляд Аиши, то пошла бы пешком, честное слово, а так сажусь на заднее сидение вместе с подругой. Автомобиль стремительно стартует с места. Адам за рулем видит мои испуганные глаза в зеркале и уменьшает скорость пожимая плечами, словно извиняясь.