Чтение онлайн

– Смотрел твои расчеты. На бумаге - красиво. Из трех миллионов, кои шведы с железа имеют, оттянуть себе хоть четверть - дело великое. Вроде всё сходится, кроме одного: почем ты знаешь, что купцы тебе денег дадут?

– Не дадут наши, можно спросить у английских: эти на любую глупость дают. Объяви, что умеешь добывать золото из навоза - на другой день желающие вступить в интересаны ворота вынесут. А под русское железо тридцать тысяч фунтов собрать - проще некуда. Дело разумное и выгодное.

– Выгодное - только для кого? Прибытки себе заберут, труды нам оставят.

– Не смогут. Мажоритета у них не будет. Но конечно, сначала надо в России компаньонов поискать. С британцами интерес не сходится: они по другую сторону прилавка. Разве в самой крайности...

– Нет. Ни в какой крайности сего не дозволю. Король Георг великую желюзию к нашей потенции имеет, и не преминет вредить. Своих найдем: Демидовым прикажу.

– Государь, лучше по-другому. Ежели приказать - боюсь, окажутся у старика все деньги в деле, а сам кругом в долгах: такой сирый да убогий, что впору ему копеечку бросить. Пусть Макаров шепнет кому следует о монополии на вывоз железа, предполагаемой для новой компании. Сами прибегут. За ними другие потянутся: Демидовы у купцов в великой зависти.

– Погоди-ка, о монополии в твоих бумагах помину не было!

– Зато об иностранных дольщиках был. Или то, или другое: иначе денег на заводское строение не собрать.

– Аппетит убавь. Сто тридцать пять тысяч у тебя получилось: уральские заводы на то же число работников не боле пятидесяти выходят.

– На Урале провиант вдвое дешевле, людям можно меньше платить. Здесь на таком жалованьи голодом перемрут. Машины, опять же, денег стоят. Свои корабли, свои склады в Лондоне и Амстердаме: с этим можно погодить, но не очень сильно. Иначе полной выгоды не получим. Поскольку дело новое, надо некоторую долю на опыты и на потери от неумения прибавить... Ничего лишнего, государь! Сколько ныне в казну с отпуска железа за море сходит? Как дело поставлю, в двойном размере возмещу.

– У нас не Франция, чтобы людям жалованье из завтрашних доходов платить. Сумеешь сразу покрыть казенную потерю - будет тебе монополия, нет - не обессудь.

– Тогда не в двойном, ежели сразу.

– Ладно: на будущий год положу откупную сумму с прибавкой пятой части против прошлогоднего дохода, дальнейшие четыре - увеличивая ежегодно той же мерой. Потом посмотрим.

– А на остаток нынешнего? Полегчить бы маленько, Ваше Величество! При начале дела...

– Нет. С вывозной пошлины копейки не уступлю. Лучше тебе в другом льготу сделаю. Ты место окончательное выбрал?

– Не успел пока: своими глазами смотреть надо. На Бееровом плане всего не разберешь.

– Если у озера Суванто тебе пригоже, забирай Улицкий шанец со всем, что при нем. Там избы солдатские, на целый полк, пустыми стоят: после кексгольмского взятия сие укрепление не надобно стало. Задешево отдам: иначе все одно сгниют.

...

– Рад встрече, любезный Акинфий Никитич! По здорову ли? Как батюшка поживает, Никита Демидович?

– Спаси Господь Ваше Сиятельство, благополучно. Как ваше драгоценное здравие?

– Грех жаловаться. Да в нашем с вами возрасте вроде и рановато. Давайте без титулов, по-приятельски: ибо надеюсь не токмо приятелем, но и компаньоном стать вашему семейству.

– Помилуйте, где нам с такими знатными персонами в товарищи вступать...

– Знатность в России меряется ныне благосклонностью государя - последняя же зависит от пользы, приносимой отечеству. С Никитой Демидовичем в том не всякий генерал сравнится. Уж не говорю об уме. Полагаю, ему о моем прожекте ведомо?

– Затем и визитирую, чтобы оный обсудить.

– Прекрасно! Готов развеять мрачные мысли, вас гнетущие - не спорьте, по лицу вижу, что есть! Как не быть сомнениям: посторонний человек желает взять весь вывоз железа под свою руку! Так я вам, дорогой Акинфий Никитич, сразу скажу: если не сумею вас убедить во взаимной выгодности дела - иду к государю и отказываюсь! Но вы увидите, что от перемены системы торговли ничего не потеряете, напротив - приобретете, и немало!

– А кто потеряет? Невозможно, чтобы все сразу в прибытке были.

– Здравый взгляд на вещи. Потеряют голландцы и шведы. Англичане - одни проиграют, другие выиграют. Вообразите путь вашего железа от Санкт-Петербурга до Бристоля: морем в Амстердам, там разгрузка: сразу на голландском судне в Англию нельзя! Биржевые торги, погрузка, путешествие в какой-нибудь английский порт. Перековка у тамошнего кузнеца в тонкую полосу, снова порт - и еще одно, уже третье судно, для отправки в колонии! Всю промежуточную цепочку мы с вами можем выкинуть и прилипающие к рукам посредников деньги забрать себе. Связи, которые я завел в Англии, позволяют это сделать. Там готовы брать металл и для колоний, и для местного употребления. Один Джон Кроули сто тысяч пудов возьмет, ценою чуть ниже, чем у шведов. На будущий год сколько железа можете в вольную продажу пустить?

– С ходу не скажу, батюшке отписать надо.

– Мне с точностью до пуда не требуется. Государь согласен отдать сей торг нам на откуп из твердой платы, так что сами понимаете - чем больше, тем лучше. А выгодно или нет, мы вместе посчитаем. Почем у вас голландцы товар брали? Да не секретничайте, любезнейший - и так знаю! Только из вежества спрашиваю. Вы, небось, думали, что этой монополией затеснить вас хочу и заставить цену сбросить? Помилуйте, я не кунгурский воевода! Сие было бы мелко. Не думали? Ну и хорошо, что не думали! Вот сейчас, к примеру, голландские купцы стакнулись против вас... Да не беспокойтесь, Акинфий Никитич: чтобы это узнать - никакого шпионства не требуется. Стакнулись, требуют убавки в цене - дескать, железо в Амстердаме подешевело. Действительно, подешевело. Но мне известно, как его продать с большей против прежнего прибылью. Чтобы совершенно вас убедить, готов купить все ваши здешние запасы по старой цене, а вы пока с батюшкой посоветуйтесь: входить со мной в долю или нет. Ежели войдете, можно железо в счет пая зачесть, нет - получите деньги за него еще до конца нынешнего года. В обеспечение кредита закладная на имение устроит?

– Позвольте взглянуть.

– Взгляните, сделайте милость! Скажу вам больше: не только то железо, что на Васильевском острову в сараях лежит, но и которое близ вышневолоцких шлюзов за мелководьем застряло, возьму. С надлежащей убавкой на перевоз, разумеется. Единственно, о чем прошу вас, Акинфий Никитич - решайте немедля, ибо лето за средину перевалило. Коли не успею прежде конца навигации товар в Европу доставить - всему отмена. Там ждать не будут. Согласны? По рукам! Теперь, пока нам окончательный контракт приготовят, не откажите посмотреть вот эти расчеты. В них - предполагаемая система коммерции, которую никто из нас в одиночку устроить не в силах, только вместе. Знаете байку про архимедов рычаг? Одно плечо - у вас на Урале, другое в Англию перекинем.

– Которую же землю Ваше Сиятельство перевернуть собирается? Английскую или нашу?

– Переворачивать - незачем, а вот подвинуть в желательном направлении - пожалуй. В особенности, если не забывать, что государь Петр Алексеевич с нами третий будет. Большие деньги - большая сила, вам ли сего не ведать?!

...

– Да знаю, что обшивка гнилая! Пойми, Лука: до зимы надо два раза в Англию сходить. Если с погодой повезет - три.

– Ваше Сиятельство, я моря не боюсь. Опасаюсь - не более чем подобает мужчине и потомственному моряку. Благодаря вашей заботе, мест в шлюпках у нас больше, чем людей на борту. Но неохота вновь остаться без корабля. Помните, как рассуждали мы с вами при покупке: только бы дойти до России, а там вытащим судно на берег и заменим всю гниль.