Чтение онлайн

МОСКОВСКИЙ ДВОРЯНСКИЙ ИНСТИТУТ. Гравюра

ЦАРСКОСЕЛЬСКИЙ ЛИЦЕЙ

КАРИКАТУРА ИЗ ЛИЦЕЙСКОГО АЛЬБОМА 1840-х ГОДОВ.

НАЧАЛО БОРЬБЫ

Салтыкова зачисляют чиновником в канцелярию военного министерства, но интересы его совсем иные. По выходе из лицея он еще теснее сближается с кружком Петрашевского.

Это были прогрессивно настроенные молодые люди, большей частью бывшие лицеисты, страстно желавшие освобождения крестьян от крепостной зависимости, мечтающие видеть Россию преобразованной экономически и политически. Петрашевцы отстаивали идеи социализма, почерпнутые из книг социалистов-утопистов: Фурье, Сен-Симона, Кабэ и других. Понимали они необходимость общественной борьбы, допуская при этом и путь революционного восстания. Близость к кружку не могла не отразиться на мировоззрении Салтыкова-Щедрина. Он тоже увлекся идеями социализма, проявлял живой интерес к революционным событиям в Западной Европе и всей душой стремился способствовать улучшению положения народа в собственном государстве. Уже в первых его литературных опытах отразились мировоззрения автора этого времени. Через три года Салтыков начинает всерьез заниматься литературным трудом.

Под влиянием Белинского в 1847-1848 годах Салтыков пишет рецензии на книги для детей и книги, посвященные вопросам воспитания. Книги эти были очень слабы и в идейном и в художественном отношении, но Салтыкова прельщал не столько разбор содержания, сколько повод, который они давали для размышлений о воспитании нового поколения. В рецензиях он говорит о порочности официальной педагогики, ее стремлении воспитывать покорных рабов самодержавия, людей безвольных, не смеющих мыслить самостоятельно.

В своей повести «Противоречия», напечатанной в 1847 году в журнале «Отечественные записки» под псевдонимом М. Непанов, Салтыков как раз и показывает плоды такого воспитания. В образе героя повести Нагибина предстает человек, бессильный в •разрешении жизненных противоречий. А противоречия эти весьма серьезны: они обусловлены несправедливым общественным строем, где правящее меньшинство присваивает себе труд угнетенного большинства. И по проблемам и по образам повесть «Противоречия» очень близка к «Герою нашего времени» Лермонтова, хотя в ней явственно видно и влияние гоголевской натуральной школы.

Резкую оценку непримиримых классовых противоречий самодержавной России конца 40-х годов Салтыков дает в повести «Запутанное дело».

Юноша из бедной семьи приезжает в Петербург искать счастья, а находит нужду и смерть. Для Мичулина, бредущего в свой жалкий угол по холодному, туманному Петербургу, «сытый господин», едущии в карете, «самодовольно развалившись на мягких подушках», — олицетворение не просто баловня судьбы, а «благополучного человечества», противоположного человечеству, «странствующему во мраке грязи и невежества». И несправедливость эта исторически обусловленная, всероссийская.

«Россия — государство обширное, обильное и богатое — да человек-то иной глуп, мрет себе с голоду в этом обильном государстве!» — насмешливо замечает автор.

Мичулина, как и Печорина, одолевает вопрос: «Какая же моя роль, какое мое назначение?.. Ведь годен же я на что-нибудь, есть же где-нибудь для меня место! где ж это место, где оно?» Но понятие о «роли» и «месте» у них разное: для Печорина это возможность овладевать душами людей, вести их за собой, для Мичулина — роль и место в самом обычном житейском смысле. Он как великого блага добивается места в канцелярии, обивает пороги учреждений, согласен на любую работу. Лишь бы был кусок хлеба и крыша над головой. Но и это для него недостижимая мечта. Отсюда и протест Мичулина против всей общественной системы угнетения, представление о классовом обществе как социальной пирамиде (по Сен-Симону), на верху которой — богатые, а внизу — бедные. Отсюда и жажда краха этого общества, призыв к восстанию. И если у Нагибина есть какие-то моменты романтических порывов и мечтаний, то Мичулин лишен их начисто. Это человек, раздавленный и морально, и физически. В душе его есть «только боль и ненависть».

«Запутанное дело» вышло в свет в марте 1848 года. Это были дни революционных событий во Франции, напугавшие Николая 1. Повесть немедленно заметила царская охранка, рассмотрела ее вместе с повестью «Противоречия», и 27 апреля царь лично подписал приказ о ссылке Салтыкова в Вятку.

Начальник департамента, где служил Салтыков, военный министр Чернышев, оправдываясь перед министром внутренних дел, писал, что повести Салтыков печатал «без ведома и дозволения начальства» и «по рассмотрению оказалось, что как самое содержание, так и все изложение сих повестей обнаруживают вредный образ мыслей и пагубное стремление к распространению идей, потрясших уже всю Западную Европу и ниспровергших власти и общественное спокойствие».

Н. В. ГОГОЛЬ. Портрет работы Ф. Моллера. 1840

В. Г. БЕЛИНСКИЙ. Портрет работы И. Астафьева. 1881

М. В. ПЕТРАШЕВСКИЙ.

Акварель неизвестного художника

НИКОЛАЙ I И ЕГО МИНИСТРЫ. Карикатура Г. Доре. 1854

ПОМЕЩИКИ ЗА ИГРОЙ В КАРТЫ. Карикатура Г. Доре. 1854

ЛИЦОМ К НАРОДУ

Двадцатидвухлетнего юношу Салтыкова отправляют в Вятку в сопровожде- > нии жандарма на обязательную службу. Ссылка его отличалась от того традиционного представления, которое обычно возникает: тяжелая физическая работа, полуголодное существование и т. д. Нет, в жизни писателя таких тягот не было. Жил он в центре города, имел экипаж, участвовал в балах, позволял себе франтовскую одежду. Но за внешним благополучием стояло глубокое чувство одиночества, постоянного желания вырваться из чуждого ему окружения. Но на все свои запросы получал один ответ: «Рано». Образованного, деятельного молодого человека вскоре назначают чиновником особых поручений при губернаторе. Теперь ему приходится много ездить по губернии, ревизовать уездные учреждения, разбирать тяжбы помещиков и крестьян, преступления религиозных фанатиков-раскольников — жителей глухих мест Вятской губернии. Неподкупный, смелый, он безоговорочно встает на сторону обиженных крестьян, защищает тех, кого силой сгоняли с земли местные богачи.

За восемь лет ссылки Салтыков повидал многое, столкнулся со множеством безобразий. «Провинциальная жизнь великая школа, но школа очень грязная», — писал Салтыков 22 декабря 1852 года брату Дмитрию. И эту школу он с честью прошел, не запятнав своей совести, познав всю глубину народных страданий, произвол и беззаконие царских властей.

Салтыков развернул невиданный доселе обывателями фронт борьбы со взяточничеством, злоупотреблениями властью. Он лично сам ревизует уездные учреждения, отдает под суд чиновников, не считаясь с их рангом, тем более что губернатор полностью доверял ему. Салтыкова до глубины души возмущали не только злоупотребления властей, но и равнодушие и терпимость к ним обывателей. Отчеты и доклады Салтыкова своему начальству полны гнева и протеста против увиденного, фактов и умозаключений, которые затем послужили основой первой сатирической книги — «Губернские очерки». Материал этой книги собирался в Вятке, потому так быстро, сразу после возвращения из ссылки, стала она печататься. Многие факты легли и в основу рассказов Щедрина 50-60-х годов.

Уже в Вятке Салтыков открыто выступил защитником крепостного крестьянства и остался им в течение всей службы на высоких чиновничьих постах. Но возможности одинокого борца с произволом были весьма ограниченны. В одной из записок к министру после возвращения из ссылки Салтыков так характеризовал суть государственной системы самодержавия: «В провинции существует не действие, а произвол полицейской власти, совершенно убежденной, что не она существует для народа, а народ для нее».