Жизнь обреченных на смерть
Шрифт:
– Что случилось?
– потрясенно спросила Мина, глядя на Жаннин.
– Понятия не имею, - ошеломленно ответила девушка, которая сама была напугана состоянием спутника.
– Мы общались с Эсте и Стэйси, когда им всем троим стало плохо.
Яго поднял измученный головной болью взгляд на кузину и тихо прошептал,
– Не принесешь мой настой опохмелочный из подсобки?
– Ты что пьян?
– Нет, но ощущения такие же. Дикая головная боль, резь в глазах, сухость во рту и страшно мутит.
Джельсамина покачала головой и отправилась в подсобку.
Эрик и Джейсон столкнулись прямо на пороге родительского дома. Оба прибыли сюда не по собственной воле. Оба испытали невиданное до сих пор принуждение со стороны отца. Эрик направлялся к Дэймону в тот момент, когда сила Корина Тема почти прижала его к земле. Испытав непреодолимое желание, отправиться домой, Эрик попытался сопротивляться ему и двигаться дальше, но руки в буквальном смысле слова не слушались его. Молодой человек только что и мог, как беспомощно наблюдать, как его собственные пальцы натягивают повод лошади и разворачивают ее в сторону дома. Джейсон испытал нечто похожее.
– Привет, Эрик.
– Привет.
Будучи всегда в крайне натянутых отношениях со старшим братом, Эрик невольно потянулся к тому месту, где у него раньше висел кинжал, подаренный отцом. Вспомнив, что оставил его в груди сестры, молодой человек нервно сглотнул со страхом глядя на брата.
– А ты все еще такой же маленький, испуганный братик, который при одном моем виде хватается за кинжал, - усмехнулся Джейсон.
– Кстати где ты его забыл?
– В груди Августы.
– Понимаю, - улыбнулся старший брат младшему.
– Ничего ты не понимаешь, я не такой как ты.
– Ну, конечно, не такой. Я же не убиваю членов семьи, - с иронией кивнул Джейсон.
– Держись от меня подальше, - угрожающе прорычал Эрик.
– Да я и сам бы рад, да вот только наш папа меня некоторым образом пригласил.
– И тебя тоже?
– потрясенно спросил Эрик, привыкший к тому, что Джейсон уже давно не участвовал в семейных собраниях.
– Да, и весьма не традиционным для себя способом, - ответил на невысказанный вопрос Эрика Джейсон.
– Что же должно было произойти, чтобы он поступился своими принципами?
– Думаю, мы об этом узнаем значительно скорее, если войдем в дом и послушаем его вместо того, чтобы стоять на пороге и гадать.
Эрик согласно кивнул и рукой пригласил Джейсона пройти в дверь первым. Будучи даже вооруженным он не рисковал поворачиваться к братьям спиной, а уж к Джейсону тем более.
Пройдя в гостиную, братья удивленно заметили, что в комнате собрали всех из ныне живущих братьев Берг, даже самого младшего пятилетнего Грэга. Отец семейства сидел в своем кресле, задумчиво разглядывая своих семерых таких похожих внешне и таких разных характерами сыновей. Убедившись, что прибывшие последними Эрик и Джейсон молча сели и все в сборе, Мартин тяжело вздохнул.
– Я собрал вас для того, чтобы сообщить вам, что ваша мать была убита.
Братья, все как один, за исключением пятилетнего Грэга, посмотрели на Джейсона.
– Нет, ваш брат к этому не имеет отношения. Вашу мать свели с ума, а при всем моем уважении к талантам Джейсона, он на это не способен.
– Свели с ума?
– многозначительно переспросил Джейсон.
– Да, ты все правильно понял.
– Ты знаешь, кто это был?
– У меня есть предположения, но в таком вопросе трудно быть уверенным.
– Ну, надо же, - потрясенно прошептал Джейсон.
– Как вы, наверное, догадываетесь, с уходом матери ваша жизнь несколько изменится.
– Мне казалось, что, по крайней мере, мы с Эриком уже выросли из того возраста, когда смерть родителей коренным образом меняет их жизнь. Я давно не имею никакого отношения к этой семье, - взъерепенился Джейсон.
– Мне жаль развеивать твои иллюзии, но ты всегда был членом этой семьи, и по сей день им остаешься. А помимо всего прочего, ты мой старший сын, и теперь обязанность за воспитание младших братьев ляжет на тебя.
Джейсон посмотрел на отца, как на полоумного.
– Ты понимаешь, что говоришь и кому поручаешь воспитание детей? Не забыл кто я?
– В любом случае, ты не можешь быть худшим воспитателем, чем ваша покойная мать.
– Ты не можешь говорить это серьезно!
– пытался убедить себя в том, что это дурной сон Джейсон.
– В конце концов, ты их отец, и это твоя прямая обязанность воспитывать своих детей.
– Если бы я был обычным отцом, безусловно, так оно и было бы. Но ты забываешь, что я Корин Темо и у меня достаточно забот и без того, чтобы вытирать вам носы. Это закон, детей Великой Персоны в отсутствии матери воспитывает старший сын. Так что теперь это твоя забота.
– Но ты же.... Ты мог нанять им няньку и гувернера..., - теряя какую-либо надежду, пробормотал Джейсон.
– Чтобы на следующее утро найти их с перерезанным горлом?
– недобро усмехнулся Мартин, глядя на своих отпрысков.
– Боюсь, что для того, чтобы справиться с этими детками потребуется кто-то с навыками наемного убийцы. И я рад, что у нас в семье таковой совершенно случайно нашелся.
Джейсон с ужасом перевел взгляд с отца на братьев, и вздрогнул в душе. Он знал, что либо чувство долга, либо ментальная сила отца не позволят ему избежать этой ответственности. А единожды испытав сегодня силу отца, Джейсон не хотел повторения. Что угодно, лишь бы больше никогда не быть безвольной марионеткой.
– Ну, так что, я могу рассчитывать на тебя?
– будучи уверенным в том ответе, который услышит, спросил Мартин.
– Я выполню свой долг перед семьей, - сухо кивнул Джейсон.
– Я всегда знал, что могу на тебя рассчитывать, - довольно улыбнулся сыну Мартин. Он прекрасно понимал, что на самом деле было решающим фактором в принятии решения Джейсоном, но его это вполне устраивало.
– Джинни, где мы?
– Пытаясь хоть что-нибудь увидеть в кромешной тьме, спросил Дэми.
– В подсобке Нолика. - Пробираясь в полной темноте, так и не выпуская его руку, ответила Джинни.
– Откуда ты знаешь эту дверь?
– Мне ли не знать ее, если я ее и спроектировала! Как ты думаешь, кто помогал Яго строить и организовывать этот клуб? Конечно, мы с Миной.
– Нолик принадлежит Яго?
– изумленно спросил Дэймон.
– Он тебе не сказал?
– еще более изумленно переспросила Джинни.
– Нет. Тоже мне, хорош друг!
– Не обижайся. Уверена, он просто забыл, что ты об этом не знаешь.