Жизнь обреченных на смерть
Шрифт:
– Мне тогда не надо было тебя искать, ты уже был в моей голове.
– Гм.... Вот значит, как это ощущается.... Надо запомнить.
– Разберемся с этим потом. Слушай, я забыла тебя предупредить, Эсте, Эйрин и, похоже, Стэйси могут ментально общаться.
– Этого не может быть. На это способны только Персоны.
– Такие как я или Дэймон, или такие, какими были Касиано и Морган? Напомню тебе, что троих, из перечисленных, объединяет кровное родство в лице Хулиана.
– Фарана, ты как всегда права. К нашим бесчисленным загадкам добавилась еще одна.
– Согласна.
– Это надо обсудить. Дождешься меня?
– Конечно. Только постарайся не задерживаться. Я слишком устала.
– Постараюсь. До встречи.
Оборвав связь с кузиной, Яго пытался справиться с очередным потрясением, и с легкостью это сделал, когда изящная ножка Жаннин мстительно отдавила ему пальцы на ноге.
– Ох, прости!
– расплылся в самой милой, на какую был способен, извиняющейся улыбке Яго.
– Прости? Это, по крайней мере, оскорбительно танцевать с одной девушкой, а думать о другой!
– ехидно резанула сестра Дэймона. Корин Куори мысленно отчитал себя за столь непозволительное легкомыслие и взял себя в руки.
– Прости, Жаннин, но ты сама виновата в моей рассеяности. Разве может здравомыслящий мужчина остаться равнодушным к такому очарованию и красоте?
– Яго, ты, кажется, забыл, с кем имеешь дело. Я не одна из твоих пустоголовых поклонниц. Так что не надо флиртовать со мной. Я вовсе не претендую на звание той, кто разделит с тобой жизненный путь, да и разбитое сердце мне ни к чему.
– Создатель, тебя послушать так я просто бездушный монстр.
– А разве это не так?
– Нет! Я тонкая, легкоранимая натура. И твои нападки причиняют мне боль...
– Ага, и вообще я растоптала твою нежную душу, - усмехнулась девушка.
– Создатель, как же я люблю, когда ты выпускаешь свои когти, расставшись с ролью образцово-показательной старшей сестры! - улыбнулся Яго.
– Рядом с тобой это происходит непроизвольно. Присутствие таких самовлюбленных, эгоцентричных бабников, вызывает у меня естественную защитную реакцию, - не задержалась с ответным выпадом Жаннин.
– Между прочим, некоторые девушки находят меня очаровательным и легкоранимым.
– Некоторым девушкам не мешало бы обратиться к мозгоправу. Впрочем, каждый волен жить так, как ему больше нравится.
– Как обычно, мудра и милосердна.
Яго искренне наслаждался этой легкой пикировкой со старой знакомой. С тех пор, как он стал Корином Куори, никто не разговаривал с ним столь беззаботно, будто в его жизни ничего не изменилось. Взяв небольшую паузу, девушка с неприязнью взглянула на своего партнера, но все же решилась, спросить.
– Яго, скажи честно, какие отношения между тобой и Джельсаминой?
– Не понял. К чему такой личный вопрос?
– опешил от очередной смены разговора молодой Корин Куори.
– Хочу понять, есть ли хоть какая-то надежда, что любовь Дэймона к Мине найдет ответ. Вы Куори всегда играете в игры, разобраться, что правда, а что ложь, не представляется возможным. Мы же Д'Артуа не знаем полумер. Если любим, то на разрыв. И судя по всему, мой дорогой братец не на шутку влюблен в Джельсамину. Если ваша помолвка имеет под собой реальную основу...., возможно, ему стоит держаться от вас обоих подальше. Сколько еще боли он должен испытать, находясь рядом с девушкой, которая никогда не ответит на его чувства?
Яго с любопытством взглянул на Жаннин. В ее глазах разгорался огонек, способный превратится в пожар гнева. Она действительно всерьез волновалась за брата.
– Ага, к нам вернулась вечно серьезная, обо всех заботящаяся Жаннин, - улыбнулся Яго.
– А в кого сейчас влюблена самая ответственная из сестер Д'Артуа сама?
– Думаю, это мое личное дело, - ехидно резанула плутовка.
– Ну, мне-то ты можешь сказать!
– возмутился Яго.
– Чем же ты так отличаешься от всех остальных?
– усмехнулся, очередному приступу самомнения своего собеседника, Жаннин.
– Брось, уже забыла, к кому прибегала со всеми своими бедами и у кого просила совета, очаровывая очередного кавалера?
– Яго, мне тогда было двенадцать лет!
– Это не мешало тебе сводить с ума окружающих молодых людей. И, кстати, в советах ты не сильно нуждалась. Так что смысл наших бесед, мне был не понятен еще тогда.
– Может быть, мне просто лишний раз хотелось побыть наедине с очаровательным другом моего брата?
– многозначительная улыбка проскользнула по губам Жаннин.
– Ну, давай-давай, издевайся. Можно подумать, что ты не знала, что я каждый раз являлся, чтобы насладиться блеском твоих глаз.
– Еще раз скажешь мне одну из твоих идиотских заготовок для безмозглых барышень, и я лишу тебя возможности стоять прямо, будешь корчиться в полусогнутом состоянии, - звучавший нараспев голос Жаннин не обещал ее партнеру по танцу ничего хорошо.
– И ты мне еще угрожаешь? Только не говори, что не замечала, как я сох по тебе, - Яго возмущенно взглянул на сестру друга.
– Яго, это не смешно, я, кажется, тебя предупредила, - начала злиться Жаннин.
– А кто смеется? Нет, я готов принять все эти несправедливые обвинения, про разбитые девичьи сердца и так далее, но я отказываюсь говорить, что моя светлая, юношеская любовь к тебе была ложью.
– Знаешь, ты, как был шутом, так и остался.
– А какой смысл мне так шутить?
Жаннин на мгновение усомнилась в своей правоте, и с недоверием взглянула на Яго.
– Ну и почему ты тогда не признался в своих чувствах?
– Создатель, подумай сама! Мне было семнадцать лет, я был лучшим другом твоего брата! Разве мог я тогда во всеуслышание объявить, что влюблен в двенадцатилетнюю сестренку Дэймона?
– В таком случае, тебе удавалось очень хорошо скрывать свои чувства, - ехидно продолжила обороняться Жаннин.
– Прости, я все-таки Куори!
– Это просто бред. Хорошо, я допускаю, что я могла не заметить твоих нежных чувств ко мне, но как ты мог не заметить моей детской, чистой любви к тебе?
– Если то, что ты говоришь о своей детской и чистой любви ко мне, правда, то я вижу этому только одно объяснение. Похоже, что от ревности я вообще ничего вокруг не видел! Я столько сил тратил на то, чтобы не поубивать всех твоих сопливых ухажеров!