Чтение онлайн

События второй половины 40-х годов, связанные как с использованием американских атомных бомб над японскими городами Хиросима и Нагасаки в августе 1945 г., так и с успешным испытанием первой советской бомбы спустя четыре года, резко обострили ситуацию в послевоенном мире, который, казалось бы, после победы союзников над фашистской Германией должен был развиваться по законам мира и сотрудничества. Однако, вместо этого началась так называемая «гонка вооружений» и «холодная война» между Востоком и Западом. Почему это произошло?

На мой взгляд, наиболее адекватную оценку послевоенной ситуации, связанной с разработкой и испытанием новых, гораздо более мощных средств оружия массового поражения (уничтожения) людей дает известный американский учёный Лайнус Полинг – лауреат Нобелевской премии по химии, профессор Калифорнийского технологического института, иностранный член Академии наук СССР – в своей книге «Не бывать войне!» (ИИЛ, М., 1960). Здесь же отмечу, что вышеуказанная книга была подарена автором моему отцу при личной встрече в Москве 1 декабря 1961 г. с дарственной надписью (в переводе с английского): «С наилучшими пожеланиями профессору Глущенко. Лайнус Полинг». Приведу некоторые цитаты из этой книги, переведённой на русский язык, которые, на мой взгляд, достаточно точно характеризуют и ситуацию в современном мире. В предисловии, написанном 15 апреля 1958 года, почти 50 лет назад, автор пишет:

«Нам, людям середины двадцатого столетия, выпало жить в необычайное время. Мы переживаем ту неповторимую эпоху в истории цивилизации, когда войны перестанут служить средством разрешения мировых проблем. Для нас скоро наступит период длительного мира, период, когда не будет войн, когда споры между странами будут разрешаться усилиями человеческого разума на основе международного права.

Создание мощного ядерного оружия – вот что требует отказа от войны на вечные времена. Средства, с помощью которых можно уничтожить мир, не должны быть пущены в ход.

Это оружие было создано недавно, и всего лишь пять лет назад получена его вторая страшная разновидность – вместо такого разрушительного средства, каким является атомная бомба, равная по своей мощности тысяче тонн тринитротолуола, появилось в тысячу раз более мощное чудовище.

В нашем распоряжении было всего несколько лет для размышления о характере жизни в мире водородных бомб и сверхбомб. Фактические данные об этих бомбах и предсказания относительно характера ядерной войны стали достоянием общественности лишь недавно, причём такого рода сообщения часто прикрывались дымовой завесой успокоительного многословия. Однако в настоящее время все факты нам известны, и мы можем сами видеть, что наше будущее и будущее всего человечества зависит от нашего желания и нашей способности сотрудничать, работать сообща над решением важнейших международных проблем. К этому призывает настоящая книга».

Скажите, уважаемый читатель, разве актуальность этих простых и всем понятных слов за истекшие полстолетия стала ниже? По мнению автора, на фоне активно проталкиваемой иранской «мирной ядерной программы», северокорейских испытаний, предстоящего «расползания» ядерного оружия по планете, что уже очевидно, как и бурного развития атомной энергетики, особенно в России, при игнорировании властью трагических уроков планетарной Чернобыльской катастрофы, эти слова сейчас ещё более значимы. С чего же начиналась борьба за запрещение испытаний и применения ядерного оружия? Вернёмся к книге профессора Л.Полинга (с.179):

«С самого начала атомного века учёные стали выступать с многочисленными заявлениями о ядерном оружии и ядерной войне.

Ещё до испытания первой ядерной бомбы учёным-атомникам, работавшим над её проектированием, было ясно, что новое оружие является вестником установления власти человека над совершенно новыми могучими силами природы и что для предотвращения катастрофы (катастрофа, неосмысленная до сих пор, состоялась спустя – 40 лет – прим. авт.) нужен новый подход к ведению государственных дел.

В марте 1945 года д-р Лео Сциллард направил Президенту Рузвельту меморандум, в котором указывалось, что система международного контроля над ядерным оружием даст нам возможность прожить этот век и уберечь наши города от разрушения. Однако Президент вскоре умер, и меморандум так и не дошёл до него. 28 мая 1945 года, т. е. за полтлра месяца до того, как в Нью-Мексико была испытана первая атомная бомба, д-р Сциллард обсуждал этот меморандум в личной беседе с Джеймсом Бирнсом, которому меморандум был направлен Белым Домом. Полный текст меморандума Сцилларда пока ещё не опубликован (написано в 1958 г. – А. Г.); выдержки из него печатались в «Бюллетене учёных-атомников» за декабрь 1947 года.

11 июня 1945 года военному министру США был направлен доклад «О социальном и политическом значении атомной энергии», известный под названием доклада Франка. Он был подготовлен Комитетом, в который входили три физика, три химика и один биолог, а именно: д-ра Джеймс Франк (председатель), Дональд Юз, Лео Сциллард, Торфин Хогнесс, Гленн Сиборг, Юджин Рабинович и Дж. Никсон. Основная задача доклада состояла в том, чтобы предостеречь США от применения атомной бомбы против Японии. В докладе, в частности, говорилось: «В силу этих соображений мы считаем нецелесообразным использование ядерных бомб для нанесения намеченного на ближайшее время внезапного удара по Японии. Если Соединённые Штаты первыми применят это новое оружие массового уничтожения людей, то этим самым они уронят свой престиж перед лицом мирового общественного мнения, усилят гонку вооружений и затруднят достижение международного соглашения об установлении контроля над этим оружием».

Доклад Франка был опубликован в «Бюллетене учёных – атомников» 1 мая 1946 года»

Какова же была позиция политического руководства Советского Союза в то время?

Официальная точка зрения Кремля была высказана в «Ответе И. В.Сталина корреспонденту «Правды» насчёт атомного оружия» (Госполитиздат, 1951):

Вопрос. В связи с испытанием атомной бомбы различные деятели США подымают тревогу и кричат об угрозе безопасности США. Есть ли какое-либо основание для такой тревоги?

Ответ. Для такой тревоги нет никаких оснований. Деятели США не могут не знать, что Советский Союз стоит не только против применения атомного оружия, но и за его запрещение, за прекращение его производства. Как известно, Советский Союз несколько раз требовал запрещения атомного оружия, но он каждый раз получал отказ от держав Атлантического блока. Это значит, что в случае нападения США на нашу страну правящие круги США будут применять атомную бомбу. Это именно обстоятельство и вынудило Советский Союз иметь атомное оружие, чтобы во всеоружии встретить агрессора.

Конечно, агрессоры хотят, чтобы Советский Союз был безоружен в случае их нападения на него. Но Советский Союз с этим не согласен и думает, что агрессора надо встретить во всеоружии.

Следовательно, если США не думают нападать на Советский Союз, тревогу деятелей США нужно считать беспредметной и фальшивой, ибо Советский Союз не помышляет о том, чтобы когда-нибудь напасть на США или на какую-либо другую страну.

Деятели США недовольны тем, что секретом атомного оружия обладают не только США, но и другие страны, и, прежде всего, Советский Союз. Они бы хотели, чтобы США были монополистами по производству атомной бомбы, чтобы США имели неограниченную возможность пугать и шантажировать другие страны. Но на каком собственно основании они так думают, по какому праву? Разве интересы сохранения мира требуют подобной монополии? Не вернее ли будет сказать, что дело обстоит как раз наоборот, что именно интересы сохранения мира требуют прежде всего ликвидации такой монополии, а затем и безусловного воспрещения атомного оружия. Я думаю, что сторонники атомной бомбы могут пойти на запрещение атомного оружия только в том случае, если они увидят, что они уже не являются больше монополистами.» («Правда», 6 октября 1951 г.).