Чтение онлайн

И занимаясь всем этим, он мысленно обращался к высшим силам, чтобы этого мальчика не отправили на войну раньше срока.

Казухару Марико

– Знаешь что? Мне это надоело! Надоело! Понимаешь? Каждый божий день, я ем одно и то же: рыба, рис и рис с рыбой. Нет. Я не спорю, что все это подается в различных вариациях и даже называется по-разному... Но ей богу, дай мне уже мяса! Нормального, сочного мяса!

– И где я, по-твоему, это мясо найду?

– А я откуда знаю?!
– деланно возмутилась я.
– Кто из нас двоих живет в этих местах не один год? Ты! Потому ты должен... Нет. Обязан! Обязан, пойти в лес и поймать зверька! Вот тебе... то есть мне, мясо!

Мужчина, сидящий на противоположном конце длинного стола, тяжело вздохнул, нехотя отложил толстый фолиант на край стола и скептически посмотрел на меня, буквально заглядывая в душу, а эти его глаза необычного фиолетового цвета, изрядно добавляли в нынешнюю ситуацию толику чего-то этакого - мистического. И под этим взглядом, я невольно поежилась и отложила палочки в сторону, чтобы буквально через секунду с энтузиазмом начать играть с ним в игру: "Кто кого переглядит".

– И почему я тогда взял тебя, а не твоего брата...
– как-то даже обреченно проговорил мой собеседник. Уточню: мой проигравший в игре собеседник. Ведь можно считать за поражение то, что он с мученическим стоном закатил глаза?

– Сам виноват, - обвиняющее указала на него пальцем, - нечего вообще было нападать на мирно погибающий под натиском бандитов караван. Глядишь бы не нашел на свою голову такую милую язву как я.

– Ох. Сегодня что-то должно произойти, - сказал он подозрительно бодро.

Я вопросительно подняла бровь.

– Ты только что признала, что ты язва, - подсказал "страдалец".

– И че?
– получилось чересчур лаконично и... может быть чуточку резко.

– А то, что тебе понадобилось аж целых два года на осознание столь очевидного факта. Следовательно, я могу сделать вывод: ты глупая.

– Чего!
– я вскочила со своего места и быстро сократив разделяющее нас расстояние, встала перед Каору уперев руки в бока.
– Это кого ты сейчас назвал глупой? А, мистер сумасшедший ученый? Или тебе больше по душе: "господин местный вивисектор?"

– Абсурд. Я позволяю какой-то пигалице так со мной разговаривать...

– Между прочим, эта самая пигалица, та самая важная причина, благодаря которой хотя бы часть твоих экспериментов можно считать условно успешными.

– Да что ты такое городишь малявка!
– вскинулся Кауру.
– Большинство моих экспериментов успешны! А ты говоришь так будто только половина и то абы как! А это не так!..

– Да, да, да...
– помахала я ладошкой.
– А почему тогда после каждого твоего эксперимента меня чуть ли не на изнанку выворачивает, а в голове, будто в набат бьют? Ооо... И это, межу прочим, не самые сильные побочные эффекты! Сколько раз я впадала в кому? Сколько раз у меня чуть не потух очаг чакры? Сколько раз мои чакроканалы были на грани несовместимых с жизнью повреждений? Ну, это еще не самое страшное... Ты отвратительно меня кормишь!

– О Ками-сама, дай мне сил не прибить это создание Бездны.
– Он плюхнулся обратно на стол, взял в руки фолиант и стал рассматривать обложку, нервно постукивая по столешнице свободной рукой.

– Возможно... Я сказал, возможно!
– не дал мне радостно оскалиться в ответ на его слова Каору.
– Так. О чем это я? Ах, да. В общем, возможно часть моих опытов негативно отражаются на тебе, однако тот факт, что после всего этого ты еще жива...

– Жива я лишь благодаря чуду, - пробурчала я.

– Чудо говоришь?
– Каору на несколько секунд уставился в покрытый трещинами некогда белый потолок.
– Возможно, твое возвращение из мертвых два года назад, можно назвать чудом, но я предпочитаю всему иметь логическое объяснение. Именно потому я до сих пор ищу причину того что ты тогда не отбросила копыта... язва.

– Я уже говорила почему, -пробормотала я.
– Это все из-за этого Бога смерти... Я думала, что он меня переместил в чужое тело, после моей смерти там, но ты сказал, что моя душа абсолютно не изменилась, потому смею предположить, что меня не "переселили", а я просто заставили "вспомнить" одну из своих жизней... То есть одну из жизней этой души... Или... В общем, я запуталась, но, по крайней мере, данный вариант не кажется мне таким уж и не возможным.

– В этом есть смысл, - задумчиво глядя в потолок сказал Каору.
– Однако проверить это очень сложно... Только если произвести ритуал призыва Шинигами... Только сам я этого делать не хочу, потому как после такого не выживают. А заставить другого? Хм... Попробовать можно... Ан нет. Нельзя. Вдруг вспомнилось, что если заставить, обмануть, ввести в заблуждение (нужное подчеркнуть), то Шинигами не приходит на зов... А где же я это слышал... читал? Где? Коноха? Нет. Или да? Скорее всего это как-то связано с Узумаки... Следовательно...

– Узумаки?
– перебила я его. Если не пресечь его мышление вслух, то это может продолжаться достаточно долго пока он не придет к какому-либо заключению.
– Кто это?

Он недовольно поморщился, но все же ответил:

– Узумаки это клан. Довольно таки могущественный клан у которого даже есть своя собственная скрытая деревня - Узушиогакуре или же Деревня скрытая в водовороте. Отличительная черта подавляющего большинства членов клана - Алые (красные) волосы. Особенности: уплотненная чакра, в основном это связано с преобладанием Ян чакры, огромные запасы чакры по отношению к другим среднестатистическим шиноби и так же, они являются мастерами фуинд...

– Але, притормози коней! Я спросила кто они, а не: "Будь добр дай мне подробную справку о неком клане Узумаки". Будь лаконичен, черт тебя дери!

– Язва не нарывайся!
– добавил он в голос щепотку строгости, приправленный слабым Ки.
– Ты спросила - я ответил. Меня удивляет твое отношение к информации. Знаешь ли, что эта самая информация может играть куда более ключевую роль, нежели огромная личная сила. Во многих случаях не имея на руках нужную информацию, ты можешь погибнуть по самой банальной причине. Потому учись обращать внимание на детали и собирать различные сведения из различных, даже самых не очевидных, источников.

– Чего это тебя сегодня пробило читать мне лекцию?

Я пыталась говорить ровно, но коленки все равно предательски подрагивали. Хоть я и говорю в подобном пренебрежительном тоне с этим человеком, но я не забываю, что он крайне опасен и в некоторой степени - безумен. Ученый - одним словом. Он со мной возится пока от меня есть отдача. Как только я ему надоем или со мной больше ничего нельзя будет сделать, он от меня избавится. Зуб даю.

– Не знаю. Просто захотелось, однако, - он наставительно упер указательный палец в потолок, - то что я сказал - чистейшая правда. Живой пример человека, который не пренебрегает сбором и систематизацией информации сидит перед тобой. И, как видишь, я все еще жив. Знаешь ли, меня много кто желает видеть мертвым и потому приходится быть несколько более осмотрительным и осторожным, нежили хотелось бы... И почему я им не нравлюсь...