Жизнь, подаренная Шинигами
Шрифт:
– Вставай, - шепчут мои губы.
– Не пугай маму... встань с земли... она ведь холодная...
– Вставай... и мы пойдем, купил тебе мороженного...
– Молю... Вставай...
Начинаю дергаться всем телом. Отпустите! Отпустите меня! Там мой сын! Ему плохо! Ему надо помочь! Кто-нибудь помогите ему! Помогите!
Как ни странно вырваться удалось. Удерживающие меня руки в миг ослабели и вот я сильно ударившись грудью об асфальт уже перебираю руками ползя к своему сыну.
Добралась. Вот он. Лежит. Не шевелится. Видимо сегодня он сильно устал. Ничего мой мальчик. Сейчас я возьму тебя на ручки и мы пойдем домой. Завтра тебе в школу? Так что надо поспешить. Сейчас уже поздно, а вставать тебе рано.
Точно. У мамы ведь завтра свободный день. Так что пока ты будешь в школе я схожу в магазин и куплю много-много продуктов. Приготовлю из них много-много вкусностей и когда ты вернешься, мы будем отмечать успех твоей мамы.
Ты же ведь любишь праздники?
Сынок... почему ты такой бледный... И ты тут испачкался... И тут... Господи да ты весь грязный. Видимо придется выкидывать эти вещи... Ну ничего. Потом сходим купим тебе новые...
... Что-то холодное касается моего затылка. Не важно. Важно сейчас поднять сына с земли. Важно...
– Скажу напоследок, - послышался потусторонний голос у меня из-за спины.
– Во всем...
– Виновата...
– хором продолжили остальные мужчины.
– ТЫ!
– вроде бы спокойное, я бы даже сказала - умиротворенное лицо моего сына, вмиг исказилась в ужасную гримасу, а в пустом взгляде зажглись огни глубокой ненависти и призрения.
– ТЫ ВИНОВАТА! ТЫ БРОСИЛА МЕНЯ! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!
Я дернулась как от удара. Вся та, разрывающая тело, боль ни шла ни в какое сравнение. Я хотела возразить. Хотела сказать, что я его не бросала. Хотела уверить его, что будь моя воля, я бы осталась с ним, но мне не дали.
Грохот. Краткая вспышка боли. Тьма.
И лишь образ чистой, направленной на меня, ненависти моего сына сопровождал меня в небытие...
***
Нет... Не может быть... Опять? Я опять умерла? Да сколько можно?!
По лицу ручьем текут слезы. Я прижала к своей груди колени скулила и всячески пыталась хоть немного успокоиться.
Не получается.
В голове сумбур. Перед глазами образ искаженного лица сына. Голова раскалывается. Во рту привкус крови...
Меня бросает из крайности в крайность. Мне жарко и холодно. Мне больно и нет. Мне хочется, чтобы все эти мучения закончились и также в душе разгорается ненависть.
Да. Ненависть.
Разум постепенно возвращался и, под напором неконтролируемого гнева, начал воспринимать окружающую меня реальность. Стал анализировать.
Меня убили? Да. Тогда почему я чувствую свое тело? Тело... Оно меньше, оно легче, оно слабее. Ребенок? Да. Следовательно: видение было не видением. Далее, что я помню из своих видений и видений ли вообще? Деревня, женщина - предположительно мать, ребенок, мальчик, скорее всего брат, караван, нападение, желание защитить... кого? Брата. Способ? Каору... Стоп! Каору!
В висок как будто вогнали раскаленный гвоздь. Больно! Больно! Этот Ублюдок Каору! Убью! Убью тварь!
Вскидываюсь, распахиваю глаза и ищу урода посмевшего лезть туда куда не стоило. Вот он стоит чуть в отдалении и с интересом наблюдает за мной. Что интересно?! Очередной эксперимент? Очередной неожиданный результат?! Убью!
Не замечаю каким образом за мгновение преодолеваю разделяющее нас расстояние. Пытаюсь в прыжке нанести ему удар в живот... но он просто отступил на шаг не потрудившись даже свой блокнот в карман убрать... Убью, убью, убью...
Приземляюсь на ноги пытаюсь обойти его сбоку. Опять шаг в сторону... Удар ногой в колено. Он отвел ногу чуть в сторону, а затем развернулся на месте и изящным движением оказался у меня за спиной. Подпрыгиваю и пытаюсь ударить ногой с разворота. Мою ногу без видимых усилий перехватывают одной рукой. Вторая в этот момент все-таки освободилась и, убрав блокнот, схватила меня за руку. Резкий рывок. Весь мир крутанулся пару раз. Голова закружилась и я на секунду выпала из реальности.
Придя в себя обнаружила, что меня держат на весу одной рукой. Руки заблокированы, а ноги болтаются в воздухе. Дергаюсь, извиваюсь как могу, но не могу вырваться... Упираю полный ненависти взгляд в глаза этого ублюдка. Тот, держа меня на вытянутой руке так, чтобы наши глаза были примерно на одном уровне, тихо бормотал себе под нос.
– Интересный рисунок, интересные способности... Мгновенное перемещение, пространственно-временная особенность глаз или просто колоссальная прибавка к скорости? Нужна проверка... Далее. Пытается использовать гендзюцу на интуитивном уровне и благодаря глазам практически пробилась через мои ментальные барьеры... очень интересно... Однако меня беспокоит обильное кровотечение из глаз, ушей и носа. Повышение артериального давления? У тебя голова сильно болит?
– Убью, убью, убью...
– Видимо сильно, - он провел у меня перед лицом свободной рукой. Ладонь была окутана лазурным свечением.
– Хм. Это плохо. Знаешь, прежде чем я тебя усыплю скажу: эксперимент удался. Так что как проснешься тебя ждет награда. Так уж и быть это будет мясо. Жаренное вяленое, пареное и какое там оно еще может быть?.. В общем не важно...
– Урод, я убью тебя!
– Да, да, а теперь спи.
Он коснулся пальцем моего виска. Мир сразу стал терять четкость и стал погружаться во мрак. Я всеми силами пыталась бороться с сонливостью, несмотря на многократно усилившуюся головную боль. Я пыталась вырваться из объятий забвения настолько сильно, что стала буквально захлебываться своей кровью. Но вскоре мое сопротивление было сломлено и последнее, что я увидела, прежде чем заснуть - это нахмуренное лицо этого... этого...
Интерлюдия - 2
Каору - человек, что идет по пути познания мира, человек, чьи исследования могут посеять ужас в сердцах обычных обывателей и нескрываемую ненависть в среде шиноби... грустил. Да именно грустил. С некоторой толикой меланхолии он наблюдал за тем как один из самых удачных и интересных экспериментов в его жизни тихо стонал и подрагивал во сне. Да его эксперимент все никак не мог отойти от недавних событий. Как бы странно это ни звучало, но Каору даже было немножечко стыдно... Совсем чуточку и это совсем не существенно и никак не повлияет на его дальнейшую работу. Однако сам факт...
Марико - взрослый в теле ребенка. Тонкая энергетическая структура совсем незначительно, но изменились. Был момент, когда Каору считал что в тело погибшего ребенка вселился демон, однако обследование показало, что это вся та же девочка, однако... Как лучше всего выразится? Душа повзрослела? Увеличилась? Нет. Непонятно. Однако в свете выявленных фактов, слова Марико о том, что она "вспомнила" свою прошлую жизнь под влиянием высших сил в лице Шинигами...
Но, даже отбросив все эти попытки разобраться в замыслах высших сил, всё равно остается один немаловажный момент, мимо которого Каору просто не мог пройти.