Чтение онлайн

Как бы то ни было, мне удалось узнать, что никто не будет меня контролировать в перемещениях по поместью и личном досуге, но в городок Хайтон мне будет можно выбираться только в компании Берты и кого-нибудь из мужчин, а если кто позовет в гости, то опять же — лишь в пределах городка и моего поместья. То есть даже гостей я могу приглашать, это не запрещено.

Но при этом запрещена переписка, если это не родители, а также запрещена любая магическая практика сложнее первого уровня. Да и не получится — блокирующий сложную магию браслет на мне может снять только верховный архимаг, который служит императору.

Раз в три месяца меня будет навещать проверяющий, утвержденный в этой должности лично императором, который будет проверять, что я всё ещё на месте, ношу браслет и не планирую никаких действий против империи и правящей семьи.

Помимо этого запрещено нанимать кого бы то ни было, включая дополнительную прислугу, а в случае, если возникнет острая необходимость в ремонте или дополнительной охране, необходимо сначала подать прошение бургомистру Хайтона, уже он перенаправит это прошение в императорскую канцелярию, из столицы приедет проверяющий и если я сумею его убедить, что это не блажь — запрос будет удовлетворен.

— Если к тому моменту это ещё будет актуально, — фыркнула я. — Что ж, в целом всё ясно. Слушай, а как насчет мужчин?

— Каких мужчин? — спокойно уточнила Берта.

— Ну, скажем… — я усмехнулась, — моих гипотетических женихов. Если вдруг в том же Хайтоне найдется смельчак, который заинтересует меня своей кандидатурой… Могу я принимать его знаки внимания? Или это тоже запрещено императором?

Посмотрев на меня ну очень внимательно, Берта отрицательно качнула головой.

— Нет, на этот счет никаких распоряжений не было. Но разве вы имеете право соглашаться на помолвку, не поставив в известность родителей?

Наверняка нет!

Но вслух я сказала другое, причем с ироничной усмешкой:

— Берта, так не о помолвке же речь. А о знаках внимания. Их может оказывать любой мужчина, согласись. Просто хочу понимать, что всего лишь за невинный флирт и общение мне не прилетит новое наказание от императора. Не прилетит ведь?

— Нет, — воительница качнула головой, чуть подумала и добавила: — Но вы же не планируете… обесчестить своё имя внебрачной связью?

Пф!

— А что мне за это будет? — фыркнула. — Нет, серьезно. Меня и так уже сослали в дыру на краю мира, где умереть от лап монстра можно в любой день. Так какая разница, чем я там буду заниматься и с кем? А?

Похмурившись, Берта с осуждением качнула головой.

— Не знаю. Неправильно это. Нет, как бы… как женщина я вас понимаю.

Я заинтересованно приподняла брови, а Берта весомо кивнула.

— Да, понимаю. В наших краях так принято, что дева-воительница сама выбирает себе мужа, а не родители. Бывает, что советуют и знакомят с нужными, но выбор делаем мы сами. И только тогда, когда сердце зовёт, а не общество довлеет. Вот мне сейчас всего двадцать три. Годик-другой на вас поработаю, потом ещё где. И к тридцати буду мужа искать, когда уже рука будет не такой твердой, а глаз острым. Хозяйство заведем, детишек родим. А сейчас нужно заниматься тем, к чему душа лежит. Вот у вас, к чему душа лежит? Не к связям же порочным!

Рассмеявшись, я покачала головой.

— Нет, ты права. Удивишься, но я пока не решила. — Тихонько хмыкнув, вспомнила обстоятельства, из-за которых, собственно, и еду сейчас в Пограничье. — Думаю, мне нужно время. Неделя, две… месяц. Мне нужно побыть наедине с самой собой, понять себя. Я ведь что раньше думала? — с моих губ сорвался ироничный смешок. — Что всё предрешено. И от меня зависит только то, как сильно я буду старательна в учебе. Остальное всё уже решили за меня. Знатная семья, помолвка с двенадцати лет, как проснулась магия, гувернеры, академия… Трон. Но всё рухнуло. Раз — и всё. Ни жениха, ни трона… ни семьи, которая меня защитит.

Берта явно хотела что-то возразить, но я вскинула руку.

— Нет-нет, я всё понимаю. Немного неверно выразилась. Уверена, отец и матушка всеми силами старались облегчить мне наказание, но я не о том. Я о том, что император намного могущественнее них. И именно я еду отбывать наказание, а не изменивший мне принц, разорвавший помолвку, потому что полюбил другую. Так ведь?

Берта нахмурилась, но в итоге кивнула.

— Я всё понимаю, — добавила я. — Но теперь мне необходимо понять, как жить дальше. Теперь каждый новый день — неведом. Найду ли я мужа вообще или император запретит? Позволят ли мне вернуться домой через три года или откажут до конца жизни? Проживём ли мы эти три года, ни разу не подвергнувшись нападению? Всё слишком зыбко… И чем мне в принципе заниматься в поместье, где нет ни подруг, ни наставников, ни родных, ни модных лавок? Сколько вообще жителей в Хайтоне? Там хоть одна семья аристократов проживает или только простолюдины?

— Вот про последнее лгать не буду, не знаю, — покачала головой девушка. — А так тысяч десять жителей точно будет, если ближайшие поселки учитывать. Гарнизон опять же. На заставе бойцы посменно служат, каждый месяц сменяясь, а семьи их при гарнизоне и в городе обычно, так везде.

В этот момент я почему-то подумала о магистре Рауфе. То есть у меня есть вполне реальный шанс увидеть его живьем?

Ну, в смысле… лично!

Вот с кем бы я точно была не прочь познакомиться поближе! Между прочим, он преподавал в академии боевые магические искусства и ему пророчили должность декана боевого факультета, а в будущем и пост ректора, но… Случилось то, что случилось.

А вот интересно, его император как планирует контролировать, учитывая то, что магию ему блокировать не будут? Приставят надсмотрщика? Или наденут браслет с GPS-трекером? Интересно, тут есть их магические аналоги?

Тихонько хмыкнув, поставила себе галочку на память: как приедем, первым делом засесть за тетради и учебники, чтобы в принципе понимать, что из себя представляет магия. И может даже научиться владеть ею заново? Что мне вообще доступно при наличии браслета?

Любопытства ради покрутила обманчиво простую цацку, которая сияла на левом запястье сталью из широких крупных звеньев, густо покрытых рунными письменами. Заметив это, Берта чуть нахмурилась, но когда посмотрела мне в лицо, я увидела в её глазах сочувствие.

— Гадко это.

— Что именно?

— Блокировка сил. Это как воину руки и ноги грубыми веревками связать посреди боя. Мне мать рассказывала. Она у меня чутка одаренная, от бабули дар достался, а та у нас известная на всю округу ведунья. — Она иронично усмехнулась. — Так батя, когда мать похитить вздумал, ничего умнее не придумал, как всю её зачарованным вервием обмотать, чтобы проклятье никакое не прилетело. А мать его потом безо всякой магии отдубасила, когда дрын подходящий нашла. — Она хитро прищурилась. — С тех пор живут душа в душу, семерых детишек нарожали.

Я внимательно слушала её необычные откровения, не зная, улыбаться или сочувствовать, но Берта вспомнила, с чего вообще начала рассказ, и кивнула на браслет.

— Тяжко?

И я задумалась.

Прислушалась к себе, присмотрелась к миру, покопалась в своих ощущениях и эмоциях, затем в воспоминаниях, и немного неуверенно пожала плечами.

— Умеренно. Знаешь, как-будто сумерки ярким днем наступили. Но это же не полная блокировка, а частичная, так что… приемлемо.

И самое забавное: я понятия не имею, как было раньше! Но при этом мир действительно ощущается немного приглушенным. Словно между мной и им есть некое мутное стекло, которое глушит свет, запахи и звуки. С утра как-то не подумала на этом фокусироваться, не до того было, а сейчас заметила отчетливо.