Чтение онлайн

– А ты спой, спой.

Митя стал горячо уговаривать Васю.

– Чего пристал? Настроения нет, - отмахнулся Вася.

– Ну хорошо, послушай, как мы с внучком поем, может, подтянешь, сказала старуха. Два голоса - один тягучий, приторный, другой басовитый, не устоявшийся - затянули молитву. Лицо у Мити приняло смиренное выражение.

Вася не вытерпел, прыснул, охватил фуражку и выбежал во двор. Возле калитки он остановился: "Как во сне. Неужели это было?"

– Зачем же так?
– услышал он за спиной голос Мити.
– Нехорошо.

Вася насмешливо стрельнул глазами.

– Ты не сердись, - быстро зашептал Митя, - бабушка хочет, чтобы ты в хоре пел. Поп обещал взять меня к себе в послушники. Потом из меня дьяка сделает. А мне в послушники стыдно идти. Когда бабушка к сыну уезжала, я в училище поступил. А теперь не знаю, учиться мне в училище или бросить. Ругается бабушка все время.

Митя вздохнул и внезапно загоревшимися глазами взглянул на Васю.

– Давай вместе пойдем в послушники. Голос у тебя хороший, бабушка поговорит с попом.

– А это не видел?
– Вася поднес к лицу Мити кукиш.
– Ничтожный ты!

Митя отвернулся и медленно пошел к дому.

– Нет, ты постой.
– Вася схватил Митю за плечо.
– Я бы к такой ведьме сроду не пошел.
– И Вася насмешливо протянул: - Х-хосподи исусе, прости нас грешных...
– передразнил он Митю, закатывая глаза под лоб.
– Лапоть ты, противно смотреть.

Когда Митя вернулся в дом, на столе, кроме сахара и хлеба, лежали сдобные пироги, ватрушки, сало, стояла в вазочке варенье.

"У жадоба, для Васьки пожалела", - со злостью подумал Митя.

– Сегодня ты выучишь молитву святому. Николаю. Пока не выучишь, за стол не сядешь.

– Не запоминаю я, - угрюмо сказал Митя.

– Ничего, есть захочешь - запомнишь... Ох-хо-хо! И откуда такие дети берутся! Почему не почитаешь меня?

– Почитаю...

– Спасибо, отпочитал, вовек не забуду!
– старушка вдруг со злостью постучала сухоньким кулаком по столу.
– Ну нет, будет по-моему, слышишь? Я с тобой совладаю... В хоре тебе петь, а не шарамыжничать где-то. И деньги будешь хорошие получать.

– Не пускают меня из училища, - умоляюще произнес Митя, - государство деньги израсходовало: обули меня, одели.

– Государство не обеднеет. Выкинь им обувку. Там вас только бездельничать учат.

Потребность рассказать кому-нибудь про Митю и его бабушку гнала Васю в общежитие. Первым, кого он встретил из воспитанников, был Юрка. Он стоял возле ворот училища, прислонившись к электрическому столбу. Увидев Васю, он поспешил навстречу товарищу.

– Твоя Оля в кино ушла, - дрогнувшим голосом сообщил он.
– С Иваном Сергеевичем ушла... Беги, может, догонишь.

Вася прикусил губу: "Что же делать?" Не сговариваясь, они побежали. Вернулись через час уставшие и промокшие насквозь. Дождь, как нарочно, сыпал и сыпал.

– Они увидели нас и спрятались, - беспрестанно повторял возмущенный Юра.
– Я бы на твоем месте отлупил Ивана Сергеевича!

Мрачно и грязно в эту пору в саду. Почерневшие деревья, голые, сучковатые, сиротливо, одиноко вздрагивают от ветра. Галки и воробьи, нахохлившись, сидят на ветках и, словно выжидая хорошей погоды, косятся то на землю, то на небо.

Вася вспомнил про Митю.

– Только никому пока...

– Никому!
– заверил Юра.

Дождь кончился, небо начало синеть. Ярков сидел один в мокрой беседке под орешиной. С орешины то и дело срывались капли дождя, попадали Косте под воротник. Он ежился.

"Бежать или обождать до весны?
– раздумывал Костя.
– Хотя бы партнера подходящего найти. Одному скучно, а Юрка трусит, это факт!"

– Целый час жду, - набросился он на Юру, когда тот, чем-то озабоченный, устало присел на край скамьи.

– Дело было.

– Лисица ты, а не человек. Виляешь хвостом туда-сюда...

– Ладно, завтра решим.

– Ты меня завтраками не корми, сыт по горло!
– заорал вдруг Ярков. Трусишь, окажи, без сопляков обойдусь.

– У меня тайна есть, - с чувством превосходства заявил Юра и на всякий случай оглянулся.
– Если поклянешься - окажу.

Костя насмешливо уставился на товарища, но все же внимательно выслушал Юру.

– М-да... Это дело серьезное, - сказал он.
– Ты пока молчи. Вот так святоша!
– Ярков покачал головой.
– Ничего, мы его воспитаем.
– Костя похлопал Юру по плечу.
– А ты парень не такой уж плохой... Я один теперь сижу, переходи на мою парту. Ладно?

Юра согласно кивнул толовой.

...Перед сном Вася с беспокойством посмотрел на пустую постель Мити. "Целый вечер будет бабуся пичкать его святыми да уговаривать школу бросить. Надо было забрать Митю с собой, а я ушел, даже не попрощался с ним. Эх, Митя, Митя!"

Глава двадцать восьмая

ТОВАРИЩИ

В начале года Митя Полев учился неплохо, задания выполнял аккуратно. Но в последнее время мастера стали замечать за ним леность. Особенно это бросалось в глаза в первый день недели. По понедельникам Митя сидел на занятиях угрюмый, отвечал сбивчиво, рассеянно. Мастерам приходилось ставить ему двойки.

Петр Александрович не раз пытался беседовать с Полевым. Митя ежился, опускал глаза и упорно молчал. Обеспокоенный мастер, наконец, решил переговорить с Галиной Афанасьевной.

На другой день после занятий Галина Афанасьевна вызвала Митю к себе в кабинет.

– Почему у тебя, Митя, не ладится с учебой? Может быть, к тебе прикрепить кого-нибудь из отличников?
– спросила она.

Митя вдруг встал со стула, глубоко вдохнул воздух, как будто ему было душно, и выпалил:

– Исключите меня... Я учиться не буду.

– Почему?

– Так, не хочу.

– Мы должны знать причину.

Полев опустил голову.

– Придется сходить к тебе домой, - сказала Галина Афанасьевна.

– Нет, нет, - испуганно запротестовал Полев.
– Не ходите, бабушка не любит, когда к нам чужие ходят.

– Но я-то не совсем чужая, - улыбнулась Галина Афанасьевна. Надеюсь, не прогонит.

– Она верующая...

– Веры у нее я отнимать не собираюсь. А вот насчет тебя придется с ней поговорить, - уже строже закончила Галина Афанасьевна.