Чтение онлайн

ГЛАВА 16

На следующее утро Лиза встала поздно, она была невероятно, пугающе счастлива, но при этом её неотступно преследовало чувство вины из-за того, что их со Стасом сблизила смерть Лики. Как же это страшно, жена Андрея только вчера так трагически ушла из жизни, а сегодня Лиза не может ни о ком думать, кроме Стаса и их близости. Никогда больше она не сможет заходить на кухню без волнения, всю жизнь этот стол будет напоминать ей о самых прекрасных минутах в жизни. Лиза одернула себя, прекрасных минут со Стасом у них еще будет много, бесчисленное количество. Несмотря на то, что Макаров оделся и ушел, не сказав Лизе и слова, оставив её полулежать на столе, раздетую и задыхающуюся от счастья, девушка не придавала этому значения. Он был просто пьян и всё, а от выпившего мужчины особой галантности ждать не стоит.

Позавтракав, Лиза решила найти Диму, чтобы узнать как он. Она шла по комнатам в надежде увидеть его, сидящего где-то у окна, но брата нигде не было. Остановившись посреди малой гостиной, Лиза вдруг вспомнила тот разговор с Димой о Стасе, тогда брат сильно обидел её, в ту ночь она плакала, размышляя над услышанными от него словами. И вот теперь Лиза точно знала, что брат был не прав, в его циничных рассуждениях не было и доли истины. Стас наконец-то разглядел в ней женщину, красивую и желанную, её мечты, наконец-то, исполнились.

Бросив взгляд на окно, девушка увидела знакомую фигуру в беседке. Поспешно выбежав из дома, она добралась до садового домика за считанные минуты. Дима сидел за столом, задумчиво глядя куда-то вдаль, размышляя о своём и прихлебывая из стоявшего на столе стакана, по-видимому, коньяк, в пепельнице дымилась только что затушенная сигарета.

– Дима, - только и смогла сказать Лиза. Брат опять запил, сорвался, всё произошло именно так, как она это и представляла в самых безрадостных фантазиях. Смерть Лики стала для него страшным ударом, можно сказать, даже практически смертельным. Глаза Дмитрия запали, лицо осунулось и приобрело пепельный оттенок. Теперь Лиза точно понимала выражение «посерел от горя».

– Что? – спросил он, поворачиваясь к сестре, лицо его ничего не выражало.

– Ты…, - начала Лиза и замолчала, она держалась за косяк беседки и не могла вымолвить больше ни слова.

– Да, я опять запил. Ты ведь это хотела сказать? Не утруждай себя констатацией очевидного факта, - он демонстративно поднес к губам стакан и отпил из него.

– Дима, - опять прошептала Лиза, - ну как же так? Почему?

– Почему? Да, потому что я так хочу, - резко бросил он. Дмитрий, когда выпивал, становился очень язвительным, резким и грубым, так было всегда, но никогда не смотрел он с такой злостью на сестру, словно загнанный в клетку зверь.

– Это всё из-за Лики? – тихо спросила Лиза.

– А ты как думаешь? – вопросом на вопрос ответил он.

– Я думаю, что да. Я бы тоже сорвалась, если бы Стас…

– Сорвалась? Ты? Не смеши меня, девочка – пай. А этого урода с Ликой и сравнивать нельзя. Сидел вчера, словно член семьи, невозмутимый такой, а сам, поди, прикидывал какими неприятностями ему это всё грозит. Сукин сын!

– Дима, ты не прав. Стас, он – хороший, понимаешь? Просто он не такой, как мы. Он жестче, но ведь это не делает его плохим человеком, - присаживаясь на скамейку, сказала Лиза.

– Да ну, - в голосе Дмитрия слышалась насмешка, - ты опять его защищаешь, как обычно, впрочем. Ты ведь с самого детства всегда была на его стороне. Даже если бы Стас убил, ты бы оправдывала его и говорила, что жертва сама выстрелила в себя.

– Дима…

– Ну, еще скажи, что я не прав. Хотя, по большому счёту, мне всё равно. Мне теперь вообще всё равно, - стакан опять был поднесён к губам.

– Дима…, - снова прошептала Лиза, - не надо так. Прошу тебя. Лику этим не вернешь…

– Ты думаешь, я не знаю об этом? – зло сверкнув глазами, спросил брат, - не надо мне игр в психоаналитика, они у тебя плохо выходят. Врачей-мозгоправов я на своём веку повидал достаточно, и каждый новый глоток приближает очередную встречу с одним из них.

– Ты думаешь, что ты всегда прав? Что ты самый несчастный и обиженный? – в голосе сестры послышался упрек.

– Я вообще ничего не думаю, Лиза. И не хочу думать, - посмотрев на неё пустыми глазами, ответил Дима.

В этот момент из дома выбежала Варя. Розовое платье развивалось на ветру, щеки горели от бега, а в каждом кулачке девчушка сжимала по печеньке. Казалось, что этот счастливый ребенок выбежал совершенно из другого дома, так не к месту была девчушкина радость от того, что она нашла мать.

– Мама, мама, привет, - дочка прижалась к материнскому боку, - дядя Дима, здрасте.

– Здравствуй, Варя, - равнодушно ответил на приветствие Дмитрий.

– Мам, а где тетя Лика? Я её нигде не нашла и почему бабушка плачет? Ты видела тети Ликину фотографию поставили в холле? Зачем? А мою можно так поставить? – вопросы сыпались из ребенка потоком.

– Варя, успокойся, твоё фото там не поставить…, - прижав дочь к себе, ответила Лиза.

– Почему? Я хочу, - перебила мать дочь.

– Потому что Лика умерла, а ты жива, - жестко сказал Дима.

– Тетя Лика умерла? – переспросила Варя, широко раскрыв голубые глаза, не веря услышанному.

– Да, она умерла, - подтвердила Лиза, прижимая к себе заплакавшую дочь и с укоризной глядя на брата.

– Она всё равно бы узнала, - отмахнулся от недовольства сестры Дима, - какая разница как и от кого. Скоро она всё равно забудет, все забудут. Кроме меня.

Он поднялся и нетвердой походкой направился к дому, а Лиза, утешая Варю, посмотрела на стакан, жидкости в нём осталось только четверть, но впервые в жизни девушка захотела выпить. Желание это было таким сильным, что она протянула руку к стакану и сжала его пальцами. Сделав один обжигающий глоток, Лиза закашлялась и Варя, утерев слёзы, испуганно посмотрела на мать. Но та лишь, молча, покачала головой в попытке показать, что с ней все хорошо.

***

Настроение Станислава Макарова было в то утро далеко не таким хорошим, как настроение Лизы. Ему было плохо, чертовски плохо, омерзительно плохо, отвратительно просто. Продолжать можно было до бесконечности. Голова раскалывалась, во рту стоял отвратительный привкус перегара, солнечный свет резал глаза. Как же его угораздило так надраться? О чём он только думал вчера? Видимо, решил оплакать, как следует, свои рухнувшие планы и мечты.

А стоило Стасу вспомнить о Лизе, так и вовсе становилось стыдно и дурно. Девчонка, конечно, сама напросилась, но сам факт, что он с ней переспал, всё только больше запутал. Не то чтобы Стас жалел, нет, просто слишком скоро он это сделал, не обдумав. А это противоречило самой природе Макарова, он не любил спешки и спонтанности, всё должно идти своим чередом. С такой женщиной, как Лиза, надо было всё хорошо спланировать и выверить, если уж и делать подобный шаг, то трезво осознавая, что назад пути нет. Откинув со лба волосы, Стас вздохнул, неужели он теперь привязан к этой женщине – ребёнку? Только этой прекрасной новости ему не хватало для полного уныния.

Не то, чтобы Макаров находил Лизу непривлекательной или некрасивой, так вышло, что Стас, вообще, не находил её какой-либо. Просто девчонка, товарищ детства, сестра друга. А тут он её трахнул и не где-нибудь, а на кухне. Только нажравшись до чёртиков такое можно было совершить! Уж если и связываться с Лизой, так делать это надо было романтично, всё красиво обставив, а не завалив её на обеденный стол. Сейчас, поди, эта дуреха слёзы роняет, что Стасик совсем не принц, оказывается. С неё сбудется, твою мать.