Чтение онлайн

Суровый и неприхотливый в быту и, в отличие от своего старшего брата, волевой и прямолинейный человек, Николай I не раз заявлял, что ему нужны люди послушные, а не умные. Чуждый идей конституционализма, прагматик, искренне считавший, что самодержавная форма правления отвечает национальному духу русского народа, он стремился к достижению благополучия для своей родины на путях максимальной регламентации всех сторон ее жизни, и совершенствования механизма самодержавной власти.

При внешнем могуществе и напускном благополучии страна оказалась в кризисном состоянии, что и выявила Крымская война. Поражение в Крымской войне вскрыло отсталость самодержавно-крепостнического строя, неэффективность политической и экономической системы России, выявило ошибки во внешней политике, цели которой не соответствовали возможностям страны.

Героизм и самоотверженность русских солдат в годы Крымской войны, деятельность дипломатов способствовали принятию относительно мягких для России условий Парижского мира. Кроме того, подвиг солдат и офицеров остался в памяти народа, оказал воздействие на развитие духовной жизни страны.

Стремление Александра II и части руководства страны улучшить положение народа России, повысить его благосостояние, привело к политике реформ. Преобразования Александра II, положившие начало комплексной модернизации страны, из-за непоследовательности внутриполитического курса и периодических отступлений власти от линии реформ, осложняли крайне болезненный для народных масс процесс перестройки социально-экономических, политических и духовных структур.

Реформы 1860-х годов были прогрессивным событием в русской истории. Они положили начало ускоренной модернизации страны – переходу от аграрного к индустриальному обществу. После отмены крепостного права в 1861 году Россия вступила на путь капиталистического индустриального развития. Однако политический строй Российской империи насквозь был пронизан крепостничеством. Отмена крепостного права в России вызвала необходимость проведения и других реформ. Которые были проведены, практически во всех сферах общественной жизнедеятельности – в области местного управления, суда, образования, цензуры, финансов, в военном деле, а также церковного управления. Подготовка этих реформ началась на рубеже 1850–1860-х годов в обстановке общественно-политического подъема в стране. Однако их проведение растянулось на полтора десятилетия и проходило уже в то время, когда социальная напряженность была снята, самодержавие вышло из политического кризиса, и даже наметился поворот к реакции. Отсюда непоследовательность, незавершенность и узость большинства реформ 1861–1874 годов. Далеко не всё, что было намечено, получило впоследствии свое воплощение в законах, да и действие принятых законов ограничивалось последующими правительственными актами.

Сохранение в конце XIX века поземельной общины консервировало патриархальный характер деревни, затрудняло появление предпринимательских хозяйств и индустриализации сельского хозяйства. Община в ряде регионов способствовала укреплению коллективистских настроений, а с развитием рыночных отношений она превращалась в один из оплотов традиционализма, стоявшего на пути модернизации России.

Неудачная война с Японией вызывает первое революционное столкновение общества с правительством (1905–1907 годы). Вынужденное уступить, правительство созывает Государственную Думу, но не действует с ней рука об руку. Между сторонниками самодержавия и конституционной монархии ведется глухая борьба. Трудности новой мировой войны доводят эту борьбу до высшего напряжения. В результате старый строй рушится при полном, однако, бессилии тех, кто содействовал его падению, соорудить новое здание вместо прежнего, поваленного. Революционные события 1917 года открыли новый этап в истории России.

Россия представляет страну с особо благоприятными условиями для выработки монархической формы верховной власти. В Древней Руси, среди племен, образовавших собственно русскую землю, и до начала государственности и в эпоху ее организации, существовали зародыши всех форм власти: демократической, аристократической и монархической. Оба первые начала местами имели тенденцию вырасти в значение верховной власти, но общая совокупность условий дала решительную победу царской идее. В числе этих условий особенно благоприятствовали выработке идеального типа монархии – условия религиозные, социально-бытовые, и условия внешней политики племен, соединившихся в Русское государство. Наоборот, все условия политической сознательности были в России за все 1000-летие ее существования крайне слабы и, по своей спутанности и противоречивости, едва ли не хуже, чем где бы то ни было.

Русская монархия своими первоначальными корнями связана с наиболее первобытным родовым языческим строем, а косвенными условиями возникновения – с Римской империей. Могущественными и прямыми влияниями она связана с христианством и византийским самодержавием. Окончательно монархическая власть сложилась в эпоху огромного внешнего влияния на нас монгольского Востока, а затем в борьбе с аристократическим польским строем. В сложных внешнеполитических условиях наша монархия подверглась всей силе влияния западноевропейских идей, как монархических, так и демократических. В качестве основной задачи монархической власти выступило устроение огромной империи, составленной из весьма различных обособленных народностей. В эпоху усиленного промышленного развития до чрезвычайности были осложнены задачи государственного строительства.

В истории России, ее культуры долгое время ощущалась определенная ориентация на византийскую культурную традицию. Часто это происходило в форме полемики с ней ради охранения принципа самобытности русской культуры. Но, так или иначе, многие идеи, выросшие на российской почве, пришли к нам от юго-западного соседа. И именно из Византии заимствуется идея симфонии светской и церковной власти. Идея подчиненности и сопричастности власти монарха власти Бога, которая, правда, сама по себе не предполагает сакрализации, или обожествления кесаря. В России эта традиция переосмысливается и усиливается после падения Константинополя, когда русский великий князь становится единственным самостоятельным православным монархом. И одновременно спасителем и охранителем единственной истинной веры – православия, что придавало ему некий мессианский ореол. Начиная со времён Василия II Темного (XV век) великого князя во многих документах стали называть царем, тогда как в русской православной традиции слово «царь» являлось одним из имен Бога – Царь Небесный. Таким образом, наименование человека царем приобретало мистический смысл.

Впоследствии Иван IV Грозный венчался на царство, и наименование царь становится обязательным атрибутом российского монарха. Царь оказывается сопричастным Богу, а власть приобретает высшую, божественную санкцию. Постепенно такое отношение к царю вошло в российский культурный менталитет и в определенной степени сказалось на последующем развитии культуры. Со времени возникновения в Русском государстве при Иване IV Грозном института царства и до начала XX века основу официальной концепции верховной власти составляли четыре идеи: богоустановленность власти; отцовский, или патерналистский характер власти; царь – непосредственный наместник Бога на Земле (в отличие от западноевропейских королей, которые считались лишь Божьими помазанниками); православное царство – гармоничный мир, так как основано, в отличие от других государств, на истинной вере, правде и справедливости, мир управляемый Богом и царем.

Легитимность царской власти обосновывалась ее божественным происхождением, а также тем, что власть царя производна от отцовской власти. Первым образцом власти на Земле считался отец как глава семейства. По мере умножения семейств возникли племена, по мере умножения племен – государства, которые со временем стали слишком велики для отеческого управления. Тогда Бог дал первоначальной отцовской власти облик царя, наделив его высшей и самодержавной силой.

Л.А. Тихомиров в труде «Монархическая государственность» указывал на то, что подчинение мира относительного (политического и общественного) миру абсолютному (религиозному) приводит русский народ к исканию политических идеалов не иначе как под покровом Божиим. Он ищет их в воле Божией, и подобно тому, как царь принимает свою власть лишь от Бога, так и народ лишь от Бога желает ее над собой получить. Такое настроение естественно приводит народ к исканию единоличного носителя власти, и притом подчиненного воле Божией, т.е. именно монарха-самодержца.

Царская власть развивалась вместе с Русью-Россией, вместе с Русью-Россией решала спор между аристократией и демократией, между православием и инославием. Легитимность царской власти в Русском государстве обосновывалась родством Рюриковичей с императорами древнего Рима и Византии. Считалось, что Рюриковичи вели свое происхождение от Пруса – брата римского императора Августа и были в родстве с византийским императором Константином. Так же легитимность царской власти обосновывалась и тем, что права Рюриковичей на власть были санкционированы византийскими императорами и Восточной Православной Церковью.

Согласно византийской доктрине центром вселенной была Византия, воспринявшая наследие Римской империи. Русь познакомилась с византийской доктриной еще при киевских князьях. Считалось, что император Константин передал своему внуку, киевскому князю Владимиру Мономаху, царский венец (так называемую шапку Мономаха), и прочие царские регалии, а греческий митрополит Неофит венчал его на царство. Именно два последних обоснования приводились иностранным дипломатам в качестве доказательства прав русских государей на царский титул. Помнили ее и в московские времена. В XIV веке московских великих князей титуловали иногда стольниками византийского царя. Конечно, чин этот лишен был в то время какого бы то ни было политического смысла.