Чтение онлайн

– Ответь только на один вопрос, Гарри.

– Слушаю.

– Тебе что-то стало известно или это только твое предчувствие? Ответь правду, Гарри.

– Лилия, когда я лгал тебе, чтобы делать это сейчас?

– Я не виню тебя во лжи, родной, может, ты просто скрываешь от меня правду, чтобы не огорчить.

– Если бы я хотел что-то скрыть, я не начал бы разговор о войне, Лилия. Никакой реальной угрозы нет и, надеюсь, никогда не будет!

– Слава богу, – промолвила Лилия. – Я испугалась, Гарри.

– Понимаю. Теперь я продолжу.

– Да, я тебя слушаю, родной, и не стану перебивать. – Лилия села поближе к мужу и приготовилась выслушать его.

– Итак, еще раз повторю, что метеорит не имеет радиоактивности. В работе над ним я открыл ряд уникальных свойств входящих в его состав металлов. Эти знания позволили бы мне создать нечто совершенно новое, до чего человеческий разум не добирался даже в своей фантазии. Однако с тем опытом, который я приобрел в работе над метеоритом, мне было даровано условие, которое сейчас рассматриваю то ли как дар, то ли как проклятие.

Лилия внимательно слушала мужа, но когда он сказал о проклятии, глаза ее выразили испуг и она хотела задать вопрос, но Гарри взял ее за руку и сказал:

– Не тревожься, просто я употребил такое слово, сейчас все поясню.

Взгляд Лилии перестал выражать испуг, слова Гарри ее немного успокоили, но на ее лице явно читалось волнение.

– Так вот, чем больше я стал узнавать о метеорите, тем больше меня тревожит ощущение, всего лишь ощущение – предчувствие глобальной и неотвратимой катастрофы. Это я и назвал проклятием. Поначалу это было так ненавязчиво, что я сам не понимал этого ощущения, но как только я уловил эту мысль, она стала все сильнее мною овладевать.

– Брось этот метеорит, оставь эту работу! – в сердцах громко и решительно сказала Лилия.

Гарри нежно взял ее за руку, улыбнулся и спокойно сказал:

– Лилия, я не могу себе этого позволить! Я должен продолжить работу. Тем более метеорит это просто несколько килограммов металла, и он не может влиять на мое сознание. А раз у меня все-таки появились опасения относительно будущего, то метеорит я воспринимаю именно как подарок судьбы, как дар, который я должен преобразовать, но никак не наоборот.

– Но ты можешь хотя бы отдохнуть от работы, отвлечься, на время оставив ее, – не зная, как уговорить мужа оставить работу, предложила Лилия в надежде на то, что это поможет.

– Я не против отдыха, милая. – Посмотрев в глаза Лилии, он добавил: – Ты думаешь, я сошел с ума?

Лилия молчала, не зная, что ответить, она очень обеспокоилась тем, что сказал ей Гарри.

– Я думал об этом, но решил, что здоров. Не стану перечислять все доводы, иначе точно буду походить на больного, который, находясь в явном помешательстве, уверенно настаивает на том, что совершенно здоров. Время расставит все на свои места, Лилия.

– Главное, чтобы было не слишком поздно, – грустно сказала она, слезы намочили ее глаза и потекли по щекам. – Никогда не думала, что у нас будет разговор, похожий на этот, особенно не ожидала такой концовки.

– Лилия, я здоров! – громко сказал Гарри. – Горевать будешь тогда, когда мне поставят диагноз. А этого, я уверен, не будет, я совершенно здоров. Может быть, просто переутомился и зациклился на проблеме, которой не стоит уделять столько внимания.

– Я тебе об этом и говорю, тебе нужно отдохнуть и отвлечься, – тут же поддержала Лилия.

– С радостью, милая, – ответил Гарри, нежно целуя ее.

– Пообещай, что сделаешь перерыв в работе, – попросила она.

– Обещаю! – Гарри улыбнулся, Лилия посмотрела на него, и лицо ее чуть прояснилось.

– Будем отдыхать, ходить на море, загорать, заниматься всем, что только придет в голову, главное, чтобы ты хотя бы месяц не спускался в свою лабораторию.

– Согласен! – радостно согласился Гарри, чему сам несказанно обрадовался.

Лицо Лилии просияло, она кинулась на шею к Гарри и повалила его на кровать, целуя его.

– Если за это время ты станешь таким же, как и прежде, я буду считать тебя совершенно здоровым и ты сможешь продолжить свою работу с метеоритом, но уж точно не в прежнем режиме, – скомандовала Лилия.

– Есть, мой капитан! – согласился Гарри, и на его лице засияла улыбка, а глаза и выражение лица стали прежними, без тени тревоги, которая беспокоила его последние месяцы.

За завтраком они составили план на неделю, которую посвятили отдыху в домашнем кругу. Следующие три недели семья Смит в полном составе отправилась в гости к друзьям, проживающим в разных уголках Америки и Европы. Путешествие выдалось очень насыщенным, что позволило Гарри совершенно отвлечься от мыслей, пленивших его разум в течение нескольких последних месяцев. Ему не нужно было даже говорить – Лилия без слов поняла, что ему было очень легко на душе и о былых опасениях он ни разу даже не вспомнил. Общество семьи – жены и сынишки, а также друзей позволило Гарри забыть обо всех страхах. Он отдохнул и теперь, когда они вернулись домой, был готов продолжить работу.

Работать он стал более размеренно, его не тревожили негативные мысли, отчего работа текла еще более плодотворно. Однажды вечером он в очередной раз делился с Лилией результатами своей работы, говорил также о том, что он не может придумать вариант применения находки, чтобы, не приведи господь, не загубить подарок судьбы, а возможно, последний шанс человечества. Он не отбросил окончательно мысль о том, что метеорит может быть именно таким архиважным объектом.

– Женушка, дай мне понянчить Сэмюэла, – сказал Гарри, протягивая руки к жене за ребенком, который капризничал по известной только ему причине. Гарри поцеловал ребенка, и мальчуган, словно поняв, что с отцом его проделки не пройдут, или почувствовав безопасность в сильных отцовских руках, стал спокойнее и затем вовсе уснул на плече у родителя.

– Мне кажется, – ответила Лилия, – тебе необходима помощь. Как говорят, одна голова хорошо, а две лучше.

– Я думал об этом. Не намекаешь ли ты, что мне необходимо сообщить о находке правительству?

– Нет, конечно. Не думаю, что за пределами нашего дома находке этой суждено будет работать во благо, а не во вред. Я имела в виду другое: тебе нужен помощник.

– Но кто? Многие ученые, с кем я начинал работать, сейчас продолжают делать ядерное оружие, а я уже много лет изобретаю защиту от него и всеми силами борюсь за мир во всем мире, за отмену ядерного оружия. С некоторыми из этих людей мы стали идейными врагами, и каждый из них, работая по тем или иным причинам на государство, сообщит обо мне куда следует.

– А помнишь, ты мне рассказывал про друга юности, он, кажется, из Советской России? – спросила Лилия.

– Сергей Абрамян? Ты его имеешь в виду? – переспросил Гарри.

– Да, Гарри, именно его. Мне запомнилась эта фамилия, – ответила Лилия.

– Это самый мощный физик, – ответил Гарри, и лицо его выражало восторг, – которого я когда-либо встречал! Мы много лет дружили, но за последние годы почти не виделись. Сейчас совершенно иное время, в отличие от тех лет, когда была наша юность. Теперь мы с Сергеем по разные стороны баррикад. Он – русский физик-ядерщик, а я – изгнанный из страны американский физик, который, тем более, стал ярым борцом против применения ядерного оружия. – Гарри передал Сэмюэла в руки Лилии и продолжил свою речь, расхаживая по комнате и жестикулируя руками: – Сергей занимается созданием новых, неограниченных по мощности термоядерных реакторов. Я же сейчас занимаюсь делом, прямо противоположным тому, с чего начинал много лет назад, – создаю противоядерные щиты. Противостояние наших стран делает почти невозможным наше дружеское общение. Хоть мы почти перестали общаться, этот парень один из самых преданных моих друзей. Ему нет равных в теории термоядерных реакций, он интеллигент до мозга костей, честный и скромный человек. Окажись он рядом, я уверен, мы смогли бы и горы свернуть. Но проблема в том, что он работает в России, в закрытом институте, поэтому просто так наведаться к нему в гости никак не получится. Увидеться мы с ним, конечно, можем, но это вызовет к нему ряд ненужных подозрений. Что же касается меня, то я настроил уже против себя всех, кого было только можно.