Чтение онлайн

когда семьи гунов и хоу, кроме определенного числа членов свиты и арендаторов, занесенных по правилам в реестры у чиновников, осмеливаются иметь таких арендаторов, которые тайно переходят в зависимость, чтобы избежать повинностей;

когда семьи гунов и хоу, опираясь на свою власть и влияние, третируют добропорядочных и хороших людей, вымогают у них купчие без оплаты и насильственно захватывают у людей землю, дома и скот; {196}

когда семьи заслуженных сановников незаконно присваивают у людей поля и другое имущество.

Затем по пунктам были определены законы о штрафах и наказаниях. Согласно этим законам, члены семей гунов и хоу, которые притесняют людей, насильственно захватывают у них земли и имущество, равно как и те крестьяне, что тайно становились в зависимость от них, чтобы укрыться от государственных повинностей, подлежали казни через отсечение головы. Из того, что Чжу Юаньчжан должен был устанавливать специальные законоположения для обуздания князей, гунов и хоу из западно-хуайской группировки, а также управителей их поместий, видно, что перечисленные на железной доске преступления стали повсеместными. Ясно также, что Чжу Юаньчжан и другие лидеры этой группировки, пройдя в прошлом вместе через опасности и невзгоды, не сплотились, однако, воедино, но постепенно дошли до конфронтации. Вот конкретные факты. Муж тетки Тан Хэ утаил земли в Чанчжоу и был казнен Чжу Юаньчжаном. После установления железной доски Лань Юй собрал в поместьях несколько тысяч рабов и использовал их для захвата богатств. Частные земли в Дунчане он раздал в награду подчиненным; население обратилось с жалобой к цензору, цензор на основании закона предпринял расследование, но Лань Юй избил его палкой и выгнал. Го Ин тайно держал в доме более 150 рабов, к тому же самовольно убил пятерых мужчин и женщин. Чжан Дэсин построил дом, превосходящий установленные законом размеры. Как видно, законы феодального императорского двора были не таким уж большим препятствием для знати и землевладельцев хуайской группировки.

Чжу Юаньчжан в целях упрочения собственного господства всеми силами защищал законы, служившие господствующему классу, и не давал спуску тем, кто нарушал их. В свое время после захвата Цзинхуа из-за нехватки продовольствия он строго запретил пить вино; в это время видный военачальник Ху Дахай как раз повел войско на осаду Шаосина, а его сыновья нарушили этот запрет, и Чжу Юаньчжан приказал казнить их. Делопроизводитель Ван Кай уговаривал его: "Ху Дахай возглавляет сейчас войска, атакующие Шаосин, можно ввиду его такого большого чина простить их". Юаньчжан в ярости сказал: "Пусть лучше взбунтуется Ху Дахай, но не допущу, чтобы {197} нарушались мои приказы!" - и, выхватив меч, лично убил этих людей. Когда старый военачальник со времен переправы через Янцзы Чжао Чжунчжун, охранявший Аньцин, бежал после осады и захвата города армией Чэнь Юляна и Юаньчжан в гневе приказал казнить его, согласно закону о наказании за сдачу города, Чан Юйчунь уговаривал его:

"Чжунчжун - старый сподвижник со времен переправы через Янцзы, поэтому надо простить его". Юаньчжан ответил: "Если не опираться сейчас на военные законы, то потом нечем будет удерживать людей", дал Чжунчжуну тетиву от лука и приказал удавиться. После того как Се Цзайсин взбунтовался и сдался Чжан Шичэну, его младшие братья Се Сань и Се У несли оборону Юйхана. Ли Вэньчжун осадил город и предложил им сдаться. Тогда Се У со стены сказал с поклоном: "Гарантируй мне жизнь, и я сразу сдамся". Вэньчжун, указав на небо, поклялся: "Я, главнокомандующий, не убью тебя". Се У и его младший брат сдались, а затем были доставлены под охраной в Нанкин. Вэньчжун считал, что если убить обоих Се, то люди перестанут верить обещаниям и поэтому никто не будет сдаваться. Но Юаньчжан сказал: "Се Цзайсин, мой родственник, изменил мне и сдался Чжан Шичэну, обстоятельства не позволяют простить его!" И он убил Се Саня и Се У. Он предпочитал бунт военачальников, возглавлявших войска на фронте, но не мог не казнить нарушителей законов. Чжу Юаньчжан всегда решительно придерживался этой точки зрения и говорил: "Разве варварская династия Юань пала не из-за великодушия? Я не могу без жестокости умиротворить Срединное государство!" Жестоко расправился он и со своими ближайшими сподвижниками из западнохуайской группировки.

Центральной фигурой в бюрократической клике хуайцев был Ли Шаньчан. Когда Чжу Юаньчжан поднял восстание, он был секретарем его военного штаба, после провозглашения Чжу князем стал его правым канцлером, после провозглашения императором - левым канцлером, затем - левым главным канцлером и занимал первое место при дворе. Его сын был зятем императора. Его родственник и односельчанин Ху Вэйюн вслед за ним стал канцлером. В течение семнадцати лет, пока Ли Шаньчан и Ху Вэйюн один за другим держали власть в своих руках, они всеми силами теснили нехуайцев, не допуская их к власти. Лю Цзи, лидер чжэдунских землевладельцев, так-{198}же заслуженный сановник периода создания империи, был ближайшим доверенным советником Чжу Юаньчжана. В ходе войн с Чэнь Юляном и Чжан Шичэном он всегда предлагал Чжу Юаньчжану верные планы. Организация системы военных гарнизонов в армии периода начала Мин, также предложенная им, была его большой заслугой. Однако во время великих пожалований заслуженным сановникам Лю Цзи получил только титул бо и ежегодное жалованье 240 даней зерна. Ли Шаньчан же был пожалован титулом гуна и ежегодным жалованьем 4 тыс. даней зерна. Когда Чжу Юаньчжан поехал на большой сбор военачальников, а Ли Шаньчан и заместитель главного цензора Лю Цзи остались охранять Нанкин, личный доверенный Шаньчана, делопроизводитель в секретариате Ли Бинь преступил закон. Шаньчан просил помиловать его, но Лю Цзи не согласился. В письме он обо всем доложил Юаньчжану и после утверждения им приговора тут же казнил Ли Биня. Группировка чжэдунских землевладельцев была бельмом на глазу у западнохуайской группировки; возникло это дело, вражда еще больше углубилась. Возвратившись, Чжу Юаньчжан выслушал перемешанные Ли Шаньчаном правду с ложью и позволил Лю Цзи просить отпуск для поездки домой. А в 4-м году Хунъу (1371 г.) он заставил последнего просить разрешения по старости вернуться на родину и жить в покое. Перед этим Юаньчжан обсуждал с Лю Цзи возможные кандидатуры на пост канцлера, и, хотя некоторые нападали на Ли Шаньчана, Лю Цзи сказал, что тот старый сподвижник, имеет заслуги, умеет примирять всех военачальников. Юаньчжан спросил: он много раз вредил тебе, почему же ты так хорошо отзываешься о нем? По-моему, как раз ты должен стать канцлером. Лю Цзи знал, что в обстановке хозяйничания западнохуайской группировки он не удержится у власти, и решительно отказался. Юаньчжан спросил, что он думает о Ян Сяне, Ван Гуаняне и Ху Вэйюне? Ян Сянь был хорошим другом Лю Цзи, но Лю Цзи считал, что, хотя Ян Сянь имеет талант, у него недостает характера. Ван Гуанянь - человек ограниченный, а Ху Вэйюн тем более не подходит на пост канцлера. Ху Вэйюн возненавидел Лю Цзи за плохой отзыв о нем и, когда несколько лет спустя стал у власти, использовал любой повод для очернения его перед Чжу Юаньчжаном и даже урезал ему годовое жалованье. Лю Цзи пришлось приехать в Нанкин, чтобы {199} узнать, в чем он виноват. От волнений он заболел, но вернуться из Нанкина домой не осмелился. Ху Вэйюн прислал врача для осмотра. Лю Цзи выпил лекарство, болезнь еще больше обострилась, и в 8-м году Хунъу (1375 г.) он умер.

Позже Юаньчжан, беседуя с сыном Лю Цзи, часто говорил: "Когда Лю Цзи был здесь, двор был разделен на партии, только он один не примкнул ни к одной из них и был отравлен". И еще говорил: "Ты сам знаешь, что отец был отравлен хуайцами. Только он разбирался во всем, и они за это ненавидели его. Не будь у него таких знаний, они бы не ненавидели его. В настоящее время при моем дворе есть знающие люди, но никто так и не превзошел его".

Признания Юаньчжана в известной мере характеризуют обстановку ожесточенной борьбы двух землевладельческих группировок из разных районов страны внутри господствующего феодального класса. Об этой борьбе свидетельствуют и другие факты. Ян Сянь, уроженец уезда Янцюй в Шаньси, в ранний период правления Чжу Юаньчжана был инспектором, потом достиг чина заместителя главного цензора. Юаньчжан любил его за ум, часто говаривал, что Ян Сянь мог бы быть канцлером. Ян Сянь и инспекторы Лин Шо, Гао Цзяньсянь и Ся Юй пытались внушить Юаньчжану, что Ли Шаньчан не годится на пост канцлера, что надо снять его с этого поста. Но Юаньчжан сказал им: "Шаньчан хотя и не обладает способностями, необходимыми для канцлера, но он мой земляк. Как только я начал восстание, он последовал за мной, прошел через все трудности, усердно работал моим секретарем, имеет много заслуг. Раз я стал императором, он, естественно, должен быть канцлером, это и есть использование старых заслуженных чиновников. Отныне не следует больше говорить об этом". Хотя он и сказал так, но услышанное все же оставило у него некоторые сомнения, и он даже обсуждал с Лю Цзи вопрос о назначении канцлером Ян Сяня. Ху Вэйюн, узнав об этом, поспешно сообщил Шаньчану: "Если Ян Сянь станет канцлером, то я и другие хуайцы не получат высоких постов".

Кровные интересы всей западнохуайской группировки сплотили ее воедино, и члены этой группировки совместными силами стали вредить Ян Сяню. Тот в конце концов был убит; Лин Шо, Гао Цзяньсянь, Ся Юй также были казнены друг за другом. Подобным же образом Ян Сянь {200} использовал все способы, чтобы оттеснить людей, лично с ним не связанных. Гонения представителей чжэдунской группировки членами западнохуайской группировки, гонения представителей западнохуайской группировки Ян Сянем и другими, оттеснение людей, не связанных с гонителями личными узами, межгрупповая борьба, порождаемая земляческими интересами, - все это было одной из особенностей политической жизни в первый период Хунъу.

Измена Се Цзайсина и раскрытие заговора Шао Жуна, угрожавшие власти императорского дома, сделали Чжу Юаньчжана крайне осторожным, побудили его повысить бдительность и использовать все способы для защиты собственного деспотического правления.

Юаньчжан не доверял военачальникам и потому оставлял их семьи в столице в качестве заложников. После казни Шао Жуна и Чжао Цзицзу Юаньчжан стал по отношению к военачальникам еще более недоверчивым, с помощью инспекторов следил за ними; военачальники боялись его. Сюй Да и Тан Хэ были людьми крайне осторожными и предусмотрительными, но также оказались на подозрении, дворцовые чиновники непрерывно распространяли слухи и создавали еще более напряженную атмосферу. В тексте железной доски от 6-го года Хунъу (1373 г.) в форме закона говорилось, что командиры гарнизонов в столице и в провинциях, тысячники, сотники, судьи в гарнизонах, командиры взводов и их помощники не должны тайно получать от гунов и хоу золотые ткани, одежду, деньги; чиновники всех столичных и провинциальных гарнизонов, когда они не идут в поход, не смеют стоять у парадных дверей гунов и хоу и ждать приказаний; гуны и хоу и другие чиновники без особого приказа императора не смеют тайно использовать в своих интересах правительственные войска. Чем строже становились ограничения Юаньчжана в отношении крупных военачальников, тем глубже становились противоречия между ним и ими.

В конечном счете противоречия внутри феодального господствующего класса вылились в борьбу между императором и канцлерами за власть.

Когда Юаньчжан находился в Хэчжоу, Ху Вэйюн был его адъютантом; он, как родственник Ли Шаньчана, являлся важной фигурой в западнохуайской группировке. Благодаря энергичной поддержке Ли Шаньчана в 3-м году Хунъу (1370 г.) он занял должность помощника управ-{201}ляющего в секретариате, в 6-м году (1373 г.) был назначен правым канцлером, а затем и левым канцлером. Он пользовался глубоким доверием Юаньчжана, и влияние его росло с каждым днем. Опираясь на старых хуайцев и пользуясь поддержкой Ли Шаньчана и других опытных важных сановников, он сразу же стал единолично решать важнейшие дела, касающиеся жизни и смерти людей, понижения и повышения чиновников и т. п., не докладывая даже Юаньчжану. Доклады столичных и провинциальных учреждений, не выгодные ему, он задерживал у себя. Желавшие стать чиновниками, подняться в чине, незадачливые сановники и военные - все отовсюду устремлялись к нему, присылали дорогие ткани, лошадей, безделушки. За семь лет пребывания его на посту канцлера вокруг него сложилась небольшая прочная группа друзей из старых бюрократов.

Секретариат был центральным административным органом империи, а канцлер решал самые разнообразные дела, возглавлял правительство и был ответственен только перед императором. До Ху Вэйюна канцлером был осторожный и хитрый Ли Шаньчан, а Сюй Да, возглавлявший войска, постоянно находился вне столицы. После Ли Шаньчана канцлером был уроженец Гаою Ван Гуанъян, который любил вино, своей точки зрения обыкновенно не имел и делами занимался не слишком охотно; по проискам западнохуайской группировки он был обвинен в преступлении и казнен. Ху Вэйюн был в секретариате дольше всех, имел самую большую власть. В конце концов Юаньчжан стал чувствовать, что сам он утрачивает верховную власть. Тогда он покончил с системой канцлеров. В 13-м году Хунъу (1380 г.) он казнил Ху Вэйюна по обвинению в узурпации власти и извращении законов и, воспользовавшись этим, ликвидировал пост канцлера и секретариат. Важные государственные дела стали решаться непосредственно императором, одновременно был установлен закон, не позволявший впредь восстанавливать должность канцлера. В 28-м году Хунъу (1395 г.) было опубликовано распоряжение: "В древности три князя вырабатывали Путь правления, а шесть главных министров распределяли между собой обязанности по управлению. При династии Цинь впервые учредили должность канцлера, не вернулись к старым порядкам и погибли. Династии Хань, Тан и Сун последовали примеру Цинь, и хотя они имели {202} мудрых канцлеров, однако среди последних было немало подлых людей, узурпировавших власть и повергавших страну в хаос. Моя династия ликвидировала должность канцлера, создала пять комиссий 1, шесть министров, цензорат, главный судебный двор и другие учреждения, распределила между ними все дела Поднебесной. Они друг от друга не зависят, друг другу не подчиняются, общее руководство ими осуществляет двор, и тем самым достигается устойчивость. В будущем наследные правители ни в коем случае не смеют учреждать должность канцлера, а если кто из подданных осмелится подать доклад с просьбой восстановить ее, то военные и гражданские чиновники немедленно должны доложить об этом, чтобы наказать виновного, как за тяжелое преступление". После ликвидации должности канцлера вся верховная власть сосредоточилась в руках императора, чтобы "тем самым достигнуть устойчивости". С того момента, когда секретариат был ликвидирован и верховная административная власть сосредоточилась в руках императора, последний стал полновластным деспотом.

Чжу Юаньчжан убил Ху Вэйюна, чтобы монополизировать власть. В 26-м году (1393 г.) снова нашлись люди, которые донесли о замышлявшейся измене верховного главнокомандующего Лань Юя, и того казнили со всем родом. Лань Юй, уроженец Динъюаня, был братом жены Чан Юйчуня. Будучи в подчинении у Чан Юйчуня, командовал войсками, мужественно сражался и стал заслуженным генералом. После смерти Чан Юйчуня и Сюй Да он стал верховным главнокомандующим, возглавлял армию в походах, имел большие заслуги и стал надменным и своевольным, собрал в поместьях несколько тысяч рабов, пользуясь своим влиянием, свирепствовал, в армии самовольно увольнял одних и назначал других командиров, не подчинялся указам и распоряжениям императора. Поскольку он много лет возглавлял армию, имел в подчинении несколько десятков храбрых полководцев, то влияние его было огромно. В 26-м году (1393 г.) чиновники стражи в парчовых халатах первыми доложили, что Лань Юй замыслил измену, говорили, что он вместе с Цао Чжэнем и другими гунами и хоу рассчитывал поднять мятеж, когда Юань-{203}чжан выедет на обряд первой борозды. В результате расследования за соучастие в преступлении были казнены вместе с семьями более 15 тыс. человек.