Чтение онлайн

Её мысли расплывались, оставляя только ощущения — жар, дрожь, нарастающее напряжение где-то в самой глубине. И где-то на краю сознания — понимание, что эти пять минут могут перевернуть всё.

Его пальцы скользнули глубже, уверенно, будто знали каждый её секрет ещё до того, как она сама их осознала. Варвара вскрикнула, её ногти впились ему в плечи, а тело выгнулось навстречу, предательски выдавая то, что она тщетно пыталась скрыть.

— Тише, — прошептал он, прикусывая её нижнюю губу. — Ты такая чувствительная. Удивительно…

Но ей уже было всё равно. Мир сузился до его прикосновений, до горячего дыхания на своей коже, до низкого, хриплого смешка, который вырвался у него, когда её бедра сами начали двигаться в такт его ласкам.

— Вот так… — его голос был густым, как мёд, от которого кружилась голова. — Ты же хотела доказательств?

Он ускорил движения, и Варвара сжала зубы, чтобы не закричать. Но это не помогло — её стоны прорывались сквозь сжатые губы, прерывистые, беспомощные.

— Пять минут ещё не прошло, — насмешливо напомнил он, целуя её шею, — а ты уже вся дрожишь…

— Заткнись… — прошептала она, но её голос звучал скорее как мольба, чем как приказ.

Он рассмеялся — порочно, глубоко, — и в этот момент его пальцы нашли именно ту точку, от которой всё внутри неё сжалось в предвкушении.

— Нет, — прошептал он, — я хочу слышать, как ты сдаёшься.

И Варвара сдалась.

Её тело напряглось, волны удовольствия накрыли с головой, и она вцепилась в него, чтобы не упасть, пока мир вокруг рассыпался на тысячи искр.

А он лишь прижимал её к себе, удовлетворённо улыбаясь, и шептал что-то на ухо — слова, от которых кровь снова начинала пульсировать в висках.

— Видишь? — его губы скользнули по её щеке. — А ведь это только начало…

Варвара удивлённо посмотрела на него, будто видела впервые. Глаза её были затуманены, ресницы чуть дрожали, дыхание всё ещё сбивалось. Она пыталась что-то сказать, но так и не смогла — язык словно отказывался повиноваться. Просто смотрела на него с искренним, неприкрытым изумлением. Будто не верила, что с ней только что произошло.

Матвей усмехнулся. Спокойно поднялся, будто ничего особенного не случилось, налил себе — и ей — ещё по щедрому глотку янтарного виски. Напиток зазвучал в хрустале мягким золотом, пахнущим дымом и тёплой вечерней свободой.

— Пей, — бросил он, протягивая ей бокал.

Она послушно взяла, всё ещё молча. А он сел рядом. Не прикасаясь. Не продолжая. Просто наблюдая за ней искоса, будто старался уловить в ней что-то новое, неизвестное. Что-то, чего он раньше не хотел видеть. С ней было по-другому. Всегда.

Матвею достаточно было одного взгляда, одного слова, чтобы женщина оказалась в его постели. Это не магия, не трюк, не кокетство. Это была его природа — инкуб. Он умел завлекать, умел доводить до исступления. Умел забываться с кем угодно и забывать.

Но с Варварой он не хотел этого делать. Не спешил. Не позволял себе даже намека на продолжение. Он посмотрел на татуировку на запястье. Она едва светилась, будто только ожидала его решения, готовая вспыхнуть ярче. Она связывала его с ней. Магически. Необратимо. Он чувствовал её эмоции, желание, силу… Это пугало. Не саму связь — он видел и хуже. Но то, как много он хотел. Он покачал головой, отгоняя эти мысли. Нет. Она не в его вкусе. Слишком невысокая — она едва доставала ему до плеча. Слишком живая — не было в ней холодной покорности, которую он обычно предпочитал. Слишком независимая, с дерзким языком и невозможным характером. И, чёрт возьми, ведьма. Настоящая. Вариативная. Стихийная. Гремучая смесь всего, что не должно было его привлекать.

Он посмотрел на неё снова. Она уже почти пришла в себя. Сделала глоток, облизала губы и, наконец, сказала хрипловато:

— Это была демонстрация возможностей?.. Или предупреждение?

Матвей усмехнулся, опёрся локтем на спинку дивана и лениво ответил:

— Скорее… напоминание. Что игра со Жнецом — всегда идёт на грани.

Варвара криво улыбнулась. Но он заметил, как её пальцы всё ещё дрожат на бокале. Девушка залпом допила виски, будто глоток спиртного мог избавить от того, что она собиралась услышать. Потом грустно, почти по-детски, улыбнулась и посмотрела на него поверх стеклянного края.

— Сколько мне осталось?

Её голос был тихим, но не испуганным. Она не просила, не умоляла, не пыталась торговаться. Просто спросила — спокойно, как будто речь шла о счёте в кафе или забытом времени встречи. Матвей вздохнул, провёл ладонью по лицу и медленно покачал головой.

— Я не знаю, — признался он. — Всё слишком сложно.

Он ожидал вопроса, удивления, может быть — возмущения. Но Варвара лишь нахмурилась, чуть склонив голову, будто пыталась разгадать шифр.

— Что может быть сложным для Жнеца? — спросила она наконец.

Он не ответил сразу. Сделал глоток, чувствуя, как горячий виски мягко обжигает горло, и только потом, не глядя на неё, сказал:

— Мне нужны ответы.

Варвара вздохнула и откинулась на спинку дивана.

— Я бы дала их, если бы сама знала, — проговорила она, глядя в потолок. — Я и так в этом цирке по своим билетам не заходила.

Матвей медленно повернул к ней голову. Несколько секунд молчал, будто взвешивал вопрос, потом всё-таки задал его:

— Кому ты могла так помешать, чтобы тебя хотели убрать? И не просто так — расплатиться твоей душой?

Она пожала плечами, не отводя взгляда от потолка.

— Я многим не нравлюсь. Я вообще вежливой никогда не была. А ещё я ведьма, помнишь? Многие считают нас уродами, ненормальными, опасными.

Она снова перевела взгляд на него. Матвей ничего не сказал. Он смотрел на её губы — мягкие, приоткрытые, с остатком влаги после бокала. Он помнил их вкус. Вспоминал, как она тяжело дышала у него на груди, как прижималась, не стесняясь своих чувств. Сладковатый, немного пряный, тёплый вкус её поцелуев снова вспыхнул в его памяти, заставляя пальцы напрягаться.

Он пытался убедить себя, что Варвара ему не нравится. Что она раздражает — своей манерой говорить, своим непредсказуемым характером, своей силой и упрямством. Что всё это — просто временная связь, случайность, игра с последствиями. Но он снова смотрел на её губы. И снова проигрывал самому себе.

Варвара откинулась на спинку дивана, закинула ногу на ногу, провела рукой по шее и, немного нахмурившись, сказала негромко, будто про себя:

— Мне жарко…

Матвей не был уверен, что именно с ним произошло. Может, виноват был виски, может — проклятая татуировка, что пульсировала на запястье, а может… может, это она. Её голос, взгляд, запах. Варвара.