Чтение онлайн

— Родители из дворца не вылезают — работа, проверки какие-то. Не хотела их дергать. Лео с женой уехали на фейский курорт, а Стэн небось по девкам шляется.

— Нам очень приятно, что вы предпочли вызвать отряд боевиков, а не своих именитых родичей, — протянул Лотар. — Но лично я настаиваю на вызове леди Рангрид. А мы пока проверим дом. Эйнтхартен, раз уж вы знакомы, присмотри за девушкой.

Оливию подобная просьба капитана явно не воодушевила — у Марка сложилось ощущение, что она очень хотела бы доказать матери свою независимость и способность постоять за себя. Но делать это нужно не в стычках с напрочь отбитыми гренвудцами.

— Зови мать, Лив. Если они решились напасть на тебя в твоем же доме, нет никакой гарантии, что они не вернутся, как только мы уйдем.

Фраза подействовала — пытающаяся выглядеть смелой Оливия вздрогнула и послушно взяла протянутый амулет. Встречаться с гренвудцами ещё раз в её планы явно не входило.

Ренар и Дэйн были отправлены осматривать территорию поместья — искать магический след нападавших. Третий гренвудец и впрямь обнаружился на кухне, живой, но без сознания — в этом состоянии его предпочли пока подержать, не забыв застегнуть наручники и опутать сетью удерживающих заклинаний. На всякий случай.

Леди Рангрид — миниатюрная брюнетка в белоснежном платье, чей внешний вид ну никак не вязался с образом грозной боевой магички, водившей за собой войска, — появилась на пороге дома, когда Оливия рассказывала подробности нападения.

— Какой Бездны здесь происходит? — поинтересовалась она тихо, но в воздухе ощутимо потянуло темной энергией.

Капитан Лотар наскоро пересказал услышанную от Оливии историю. И даже поделился кое-какими наблюдениями, пусть леди Рангрид они не слишком волновали. Куда больше её беспокоили собственная дочь, в которую угодило заклинание, и гренвудец, не слишком живописно валяющийся на полу кухни.

— Это он? — Оливия и капитан одновременно кивнули. — Приведите его в чувство, хочу поговорить.

«Смерть от инфаркта милосерднее», — философски подумал Марк, не ощущая к гренвудскому ублюдку ни малейшей жалости. Его опыта в общении с ними вполне хватало, чтобы с уверенностью сказать — гренвудец не проживет и нескольких минут, стоит ему сказать хоть что-то важное. «Свет Севера» не слишком жалел своих людей, а ещё тщательно охранял свои секреты, накладывая на особо важных членов своей секты заклинания, убивающие в считанные секунды. А что в дом Фалько послали не рядовых фанатиков, он не сомневался.

Так и случилось — стоило гренвудцу открыть глаза и увидеть над собой разъяренное лицо леди Рангрид, как заклятие сработало. Причём намного более эффектно, чем обычно — вместо привычного трупа с пеной у рта тот превратился в горстку пепла.

Это было даже красиво. (И кто бы знал, насколько ненормальны такие мысли для светлого мага.)

— Не говорите мне, что они пытались похитить мою дочь, — выдала леди Фалько, выпрямляясь.

«Всё не так. Гренвудцам не нужна дочь темной магички…»

— …им нужны вы, — неожиданно для самого себя произнес Марк. — Причём тот, кто навел их на вас, знал и о том, что вы практически живете во дворце, и о том, где проводят время ваши дети. Даже охранные заклинания не стали препятствием. Тут что-то личное, и нападение на Оливию — попытка напугать вас. Ну, или отомстить.

— Хотела бы я посмотреть на того идиота!

Она произнесла это ехидно, но уже ничуть не самоуверенно — леди Фалько и впрямь было страшно, пусть и совсем немного. В конце концов, у родителей нет большей слабости, чем их дети.

— Мы приложим все усилия, чтобы расследовать это дело как можно быстрее, — пообещал Марк. Капитан Лотар рядом уверенно кивнул в знак поддержки.

— Искренне на это надеюсь, капрал.

Киара твердо решила молчать о случившемся — в конце концов, если твари не удалось захватить её разум с первой попытки, то теперь, без элемента внезапности, это и вовсе невозможно…

Другое дело, что тварь, похоже, и не думала захватывать чей-то там разум.

Нет, она спокойненько сидела в какой-нибудь богами забытой дыре и планомерно насылала кошмары. Хотела взять измором.

К Дальгору по-прежнему не хотелось, однако визит к Силве понемногу начинал казаться насущной необходимостью. Другое дело, что тот наябедничает коммандеру — «ради твоего же блага, Киа!»

— Побойся Хладной, сержант Блэр! — вытаращился дежурный с деланным ужасом, стоило ей появиться на пороге морга. — Семь тридцать на часах, ты что тут делаешь?!

— Иди ты к троллю в задницу, Лестер, — огрызнулась Киара вместо приветствия.

— Я тоже тебя люблю, принцесса.

Она закатила глаза и отперла дверь закрепленного за её отрядом отсека. Но работать ничуть не хотелось, да и до начала рабочего дня оставалось ещё полчаса.

«И правда, — хмыкнула Киара, призывая из своей спальни книгу — благо помнила, где именно та лежит, — что я здесь делаю? Дочитать книжку и дома можно было».

Но дома Зейра, и если бы той вздумалось проснуться пораньше, поток нескончаемой трескотни был бы обеспечен. А голова и без того болела. В морге же никто не помешает…

…да как бы не так.

Киара сидела на своем любимом столе и дочитывала «Синтаксические особенности», когда в морге нежданно-негаданно объявился приснопамятный боевик. Честно говоря, после несусветной красоты в виде своих рук, погруженных в чужие кишки, она робко надеялась, что Эйнтхартен пойдет к своему клятому шефу и смотает удочки под каким-нибудь благовидным предолгом. Даже с учетом многолетнего опыта и профдеформации Киаре хватало ума понять, что нормальному человеку некромантские будни могут основательно подпортить и аппетит, и психику.

Кажется, он собирался поздороваться, уже начал было речь с приевшегося «светлого дня», как вдруг запнулся на полуслове и с нескрываемым подозрением уставился на неё.

— Эм-м, Киара?

— Чего тебе? — не менее подозрительно откликнулась она.

— Ничего, — пожал плечами он и занял уже привычное место у дальнего стола. — Блондинкой ты мне нравилась больше.

Блондинкой Киара и сама себе больше нравилась, как бы ни бранилась на дурацкие непослушные кудри, со сна напоминающие львиную гриву. Но на работу предпочитала ходить в более… некромантском обличье: гладкие иссиня-черные волосы, беломраморное лицо, густо подведенные глаза и помада цвета венозной крови. Выглядело весьма стервозно и куда более внушительно, нежели юная кучерявая феечка с конопатым носом.