Чтение онлайн

— Совершенно верно, — ответствовала Киара скучным тоном. План в её голове возник задолго до прихода к Дальгору. — Дай мне два часа, всё подготовлю в лучшем виде.

Поднимать себя с кровати категорически не хотелось. Казалось, что стоит выбраться из-под простыни, как мирная жизнь закончится. Учитывая, кто их враг — вероятность этого более чем велика.

Марк повернулся на бок, чтобы посмотреть на спящую Киару. Она совсем по-детски подложила ладонь под щеку и, кажется, впервые за всё время их ночевок не выглядела больной, смертельно уставшей или похожей на мертвеца, наподобие тех, кого она разделывала в морге. Сейчас, в утренних лучах солнца она была особенно красива. Разбросанные по подушке светлые кудри отливали бледным золотом, мягко обрамляя лицо, отчего Киара выглядела особенно юной и беззащитной.

Марк не удержался и мягко коснулся ладонью её щеки, пальцами обвел резко очерченную скулу, пухлые губы, непривычно бледные без алой помады. Поцеловать их захотелось тут же, чтобы потом спуститься к шее и острым ключицам.

— Моя инфернальная принцесса, — хмыкнул он, прежде чем наклониться к ней и аккуратно коснуться губ.

Ещё через секунду кровать прогнулась под весом запрыгнувшего на неё Генри; в ухо ткнулся мокрый нос, заставив поморщиться.

— О Бездна, Генри, ты невовремя! — Марк попытался отогнать пса, но куда там — завтрак для него всегда был куда важнее желаний какого-то человека, у которого он отнял даже диван.

В ухо ткнулись ещё раз, а потом собачьи зубы вцепились в одеяло и потащили его вниз. О том, чтобы подремать ещё немного, не шло и речи — Генри попросту не успокоится, пока не вытащит из кровати их обоих. Да и солнце за окном настойчиво напоминало, что пора бы и поднять свою задницу с постели.

— Эй, Киара, — Марк потряс её за плечо. Реакции не последовало. — Киара, просыпайся, тебя ждут трупы и, мать его, Гейбриел.

Киара мученически застонала, пряча голову под сползающее не без помощи Генри одеяло.

— С кем надо переспать, чтобы рабочий день начинался после обеда? — послышалось приглушенное подушкой бормотание.

— Какая разница, если можно только со мной? — возразил Марк, мягко отгибая угол одеяла. Обнажившееся плечо манило белизной кожи — его тут же захотелось поцеловать, хотя действеннее было бы укусить посильнее.

— Почему это?

— Потому что со мной у тебя серьезные отношения и свеже отремонтированная кухня. Пусть твой кот и видал меня в гробу за то, что я увел тебя у него. Так что да, тут без вариантов. — Каждое слово Марк сопровождал поцелуем и старался дышать ровнее. От одних мыслей, что Киара и впрямь его (и, кажется, не собирается в ужасе подскакивать от таких речей) демонская кровь в его жилах закипала, сжигала любой намек на самообладание и терпеливость.

— Эйнтхартен, от твоего трепа несет безысходностью, тленом и свадебным обрядом, — проворчала Киара, не без труда разлепив глаза и поежившись. — Сдается мне, пора бежать в ближайшее окно.

Бежать в окно, впрочем, она не спешила. Её рука привычно уже коснулась его лба, прошлась по волосам и стиснула плечо, бездумно поглаживая; во взгляде явственно читалось исступленное желание притиснуться к Марку покрепче и проспать так до самого обеда. Киара, мягко говоря, не была жаворонком.

Марк с трудом подавил желание прижать её к себе (и плевать, что одеяло давно перешло во владение Генри) и, быстро погладив её по гладкому бедру, неохотно отстранился. Мысль о том, что Киару придется оставить наедине с Лейернхартом, бесила неимоверно, до пелены перед глазами, но в самой глубине души Марк был рад, что ему не придется сидеть с ним в кабинете несколько часов кряду. Он попросту не был уверен, что сможет сдержаться и не убить подонка.

— Да не делай ты такую физиономию, — проворчала Киара, будто прочитав его мысли. — Коммандеры найдут, на что сослаться. Либо продолжат педалировать сказочку про охранника, либо вспомнят про артефактное право. Книжонка-то твоя у нас в участке, и мы всегда можем сказать — мол, раритет стоимостью в полмешка золота, дышать и трогать можно в присутствии хозяина. Будет тебе допуск, короче. Погоди, пока Гейба повяжем.

«Да, только для этого придется позволить Гейбу попытку убийства».

План, задуманный Киарой ему откровенно не нравился. Как и любой другой, где та могла пострадать. То, что она, на минуточку, боевой некромант и сотрудница Имперской полиции, априори подвергающая себя опасности по семь раз на дню, совершенно ничего не значило.

— Чем займешься? — поинтересовалась Кира уже в дверях, полностью собравшаяся и принявшая образ суровой некромантки.

— Навещу родные пенаты, придушу наконец папеньку и заберу свою часть наследства, — перечислил Марк с насмешкой, загибая пальцы. — Ну и стащу у Данки пару-тройку пирогов. Как тебе план?

Судя по ухмылке и поцелую, которыми его одарили, план пришелся Киаре по душе. Часть с удушением Альфарда — в особенности; жаль, что её придется пропустить.

Идея навестить Данку пришла ещё вчера вечером, заставив устыдиться — со старой кухаркой в последний раз он виделся очень давно. Даже на похоронах не удалось перекинуться с ней и словом, да и не до того было.

Генри ожидаемо не пришел в восторг — видимо, и впрямь устал от него, от прогулок и прочих проявлений активной жизни, а потому посмотрел осуждающе и в знак протеста развалился во весь диван.

— Бездна, Генри, ты напоминаешь мне Энобуса, — проворчал Марк, косясь на обнаглевшего пса.

Тот на его недовольство никак не отреагировал.

Мутное, липкое и до жути знакомое ощущение холодом окатило спину, стоило свернуть в Соловьиные сады. Подобное Марк уже испытывал — там, за городскими стенами, когда они повстречались с личем. Он остановился, чтобы осмотреться; весь подобрался, сжал в руке амулет связи и позвал Киару — если Элрисса и впрямь где-то поблизости, ей стоит об этом знать. Трусом он себя не чувствовал — противостоять личу в одиночку он точно не способен. Как бы ни был велик его резерв и уровень силы, не стоило недооценивать извращенный, но острый ум твари.

Ощущение ушло так же резко, как и появилось, оставив после себя мерзкое послевкусие и желание хорошенько вымыться. Он успел оглядеть прохожих: простые люди, выгуливающие своих питомцев; влюбленные парочки, женщины с детьми…

А потом пробирающее до костей чувство вернулось с удвоенной силой, отчего Марк вздрогнул — она совсем рядом.

Она за спиной.

Шаровая молния вспыхнула в руке ещё до того, как он обернулся и увидел перед собой её, Элриссу аз-Саадат. Не лича в плаще, скрывающем фигуру с головы до ног, — ту, что когда-то, двадцать лет назад, была его матерью.

— Ты… — вмиг пересохшими губами прошептал он, невольно делая шаг назад — находиться рядом с ней, вот такой, было… ошеломляюще.

Элрисса красноречиво обвела взглядом парк с людьми и показательно вскинула руку, заставив вздрогнуть.

— Милый, давай не будем делать глупостей. Не хотелось бы заливать эту рощицу чьей-либо кровью.

Признаться, до красоты Соловьиных садов ему сейчас не было никакого дела. Как и до чьей-либо крови — крохотных знаний о личе было достаточно, чтобы понимать: если её не остановить, каким угодно способом, жертв будет в разы больше. Останавливало понимание, что он и сам войдет в их число. А жертвовать собой и невинными людьми, не имея малейшей надежды на победу, — верх глупости.

— Разве убивать — не твое любимое занятие? — процедил Марк сквозь зубы, стараясь погасить искрящуюся сферу. Сделать это удалось с трудом.

— Я в самом деле люблю убивать, — не стала отнекиваться Элрисса. — Все темные это любят, да вот не всем дозволено… Что далеко ходить за примерами? Твоя девчонка Блэр каждый год убивает по нескольку дюжин людей на плановом поднятии нежити, и будет редкостной лгуньей, если скажет, что ей это не доставляет удовольствия. Как и я, она пускает людишкам кровь для некроритуалов… однако почему-то клеймят чудовищем только меня. — Она сухо усмехнулась. — Странно и весьма лицемерно, ты не находишь, Мараддир?