Чтение онлайн

– У меня кое-что есть, – тихим тоном начал он, и у Мораны перехватило дыхание. – Ты когда-нибудь слышал про Жнеца?

Наступила тишина, пока он слушал ответ на том конце провода, а его тело напрягалось все больше и больше. Шли минуты, и, больше не в силах терпеть, Морана спустилась с крыльца на траву, ступая босыми ногами по холодной мокрой росе, и встала перед ним.

– Когда? – спросил Тристан, глядя на нее. – Ладно, – ответил он и отключился, а потом разломил телефон пополам и выбросил в озеро.

– С кем ты разговаривал? – спросила Морана, умирая от любопытства.

Тристан глянул на нее мельком, а потом перевел взгляд на озеро:

– С информатором. Он хочет встретиться.

– О чем ты недоговариваешь? – Она заставила его повернуться к ней лицом.

Он сделал глубокий вдох и нахмурил брови.

– Когда-то давно был один Жнец, но его семья погибла в пожаре.

Морана поморщилась и поджала губы.

– Думаешь, это он?

– Понятия не имею. – Тристан смотрел вдаль, сжимая руки в кулаки. – Меня больше интересует, почему он, кем бы он ни был, хочет твоего внимания. И для этого даже раздобыл коды и вернул их тебе.

Она поразмыслила об этом с мгновение:

– Может, по той же причине, по которой я казалась такой особенной для тебя двадцать лет назад. Я единственная девочка, которая вернулась домой.

Тристан покачал головой с отстраненным видом:

– Знаешь, я никогда этого не понимал. Я рад, что ты вернулась, но почему? Уверен, уж точно не из-за любви твоего отца.

«О, он любил тебя».

Голос Марони ворвался в ее мысли.

– Сегодня Марони кое-что мне сказал, – сообщила она. – О том, что есть причина, почему только я одна вернулась домой. Возможно, он просто морочил мне голову.

– Возможно, – задумчиво ответил Тристан.

Они стояли на берегу озера, погрузившись в свои мысли. Вопросов стало еще больше.

Амара официально пропала с радаров.

Морана переживала по этому поводу, пока стояла и смотрела на озеро и окружавшие его холмы. Часы едва пробили шесть утра. Прошла уже почти неделя, и она не знала, что делать.

Ее утро тоже выдалось довольно странным. Тристану позвонили, и не прошло и пяти минут, как он умчался из дома как ошпаренный, сказав ей, чтобы отследила его телефон, если он не вернется через час. Морану интересовало, откуда ему вообще известно о том, что она установила трекер на его телефон. Но Тристан ушел, и она, одевшись и повесив на пояс запасной пистолет, который он хранил в ящике в гостиной, вышла на террасу и стала следить за временем.

В это время дня холмы были окутаны густым туманом, через который слабо пробивался солнечный свет. Холодный ветер играл прядями ее волос, вокруг витал запах утренней росы и цветов. Морана еще никогда не бывала в подобном месте. На мгновение она почувствовала, будто перенеслась в одну из прошлых эпох: от представшего перед ней вида веяло стариной.

По спине пробежала дрожь, и Морана, сжав в руке образец современных технологий – свой телефон, напомнила себе, что не стоит пугаться. На экране датчик слежения с телефона Тристана показывал точку примерно в километре от места, где она сейчас находилась.

Ровно через пятьдесят три минуты после его ухода пришло сообщение.

Тристан: Приходи к точке моего местоположения. Быстро.

Я: Уже иду.

Заперев двери, она направилась в лес с другой стороны коттеджа, следуя по навигатору. Тристан был всего в километре от нее, но, пока Морана шла по тропе, дорога казалась ей длиннее. Благодаря тренировкам с Вином выносливость ее легких возросла во много раз.

На протяжении нескольких минут не было слышно ни звука, кроме ветра над водой и щебета птиц. Но вот высокие деревья уступили место маленькой поляне у подножия холма, где за густой листвой скрывался небольшой дом.

Возле него, скрестив руки на груди, стоял Тристан и разговаривал с мужчиной, которого Морана даже не узнала бы, если бы не его внушительная фигура.

Данте.

С отросшей бородой, в мешковатой серой кофте, какую прежний Данте никогда бы не надел, и с растрепанными вокруг лица волосами, в нем с трудом можно было узнать того безупречного Данте Марони. Не удержавшись, Морана бросилась вперед и налетела на мужчину, который стал для нее так важен и которого, как она думала, потеряла навсегда.

Он заключил ее в крепкие объятия, в каких она не оказывалась еще никогда в жизни, и она так же обняла его в ответ, вдыхая терпкий запах одеколона, который не сочетался с его нынешним видом, и невольно улыбнулась. Можно снять с Данте Марони стильную одежду, но невозможно отнять у него стиль.

– Рад видеть, что по мне скучали, – поприветствовал ее Данте, ободряюще похлопав по спине.

Морана отстранилась и посмотрела на него, не переставая улыбаться, хотя глаза горели от слез.

– С тобой все хорошо? – спросила она, осматривая его.

Хоть он и улыбался, его по обыкновению теплые карие глаза не были холодны, но смотрели отстраненным взглядом.

– Все с Данте нормально, – проворчал позади нее Тристан. – Хватит с ним нянчиться.

– Встань рядом с ним, Морана, пока он меня не прикончил. – Данте закатил глаза, поддерживая нарочито беззаботный тон. – Не хотелось бы разукрасить его красивый ротик – из заботы о тебе, конечно.

У Мораны вырвался смешок. Господи, как же она по нему скучала.

Сделав шаг назад, Морана не стала отворачиваться, а все не сводила с него глаз.

– С тобой точно все хорошо?

Его губы, скрытые бородой, тронула искренняя улыбка.

– Будет.

Морана кивнула:

– Есть зацепки? Тебе правда нужно здесь находиться?

Данте покачал головой и откинул волосы назад, но они тут же вновь упали обратно.

– Я кое над чем работаю, но многого рассказать не могу. Ты говорила с Амарой? С ней все хорошо?

Морана серьезно взглянула на него, стоя под порывами ветра:

– Нет, не говорила. С ней не связаться с тех пор, как она узнала новости.

– Думает, что я мертв? – спросил Данте, прищурившись.

Морана помотала головой:

– Нет, но не выходит на связь. Я дала ей возможность побыть одной, но теперь начинаю волноваться.

Данте поднял взгляд к небу, будто прося о терпении и бормоча что-то вроде «все, что делаю, ради нее», а потом посмотрел на Тристана:

– Найди ее, пока я разбираюсь с этой хренью.

– Принято, – ответил Тристан.

Морана переводила взгляд с одного на другого, а потом Данте сжал ее плечо: