Чтение онлайн

Но... но простая вежливость требует, чтобы он лично отблагодарил за эскизы. Деньги ей выдадут в бухгалтерии, но он - так сказать, от себя...

В своем решении Иван утвердился как раз накануне субботы. Но суббота и воскресенье были трудными днями, хотя он и любил утренники. Дети точнее взрослых реагировали на все его новинки и эксперименты.

В воскресенье вечером после представления Иван позвонил. Он заранее приготовился к неожиданностям. Мимо ходили по коридору веселые люди, поздравляли друг друга с выходными, и ни один апельсин в их хозяйстве не был лишним. Словом, позвонил Иван...

– Я слушаю вас внимательно, - ответила Майя.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте...

– К нам в буфет завезли апельсины, я взял для вас тоже, - Иван не придумал ничего лучше, как сразу перейти к делу.

– А вы - кто?
– нерешительно спросили в трубке.

– Ну, это - я, - очень убедительно сказал Иван.
– Так куда вам их доставить? Может, домой занести? Например, завтра.

– А вы уверены, что не ошиблись номером?
– голос Майи стал строже. И почему вы решили, что мне нужны апельсины? Кто вы такой?

– Ну вот!
– возмутился Иван.
– Раздаете свой номер и сами не помните кому! Каким автобусом к вам ехать?

– Пятым. Да кто же вы?
– голос явно повеселел.

– Пятым, а до какой остановки?

– До кольца, которое возле озера.

– А дальше?

– Пройдите немного вперед... Нет. Я вас лучше сама встречу.

– Во сколько?
– осведомился Иван, хотя ему идея встречи на свежем воздухе не понравилась.

– Ровно в восемь.

– Ровно в восемь на кольце повторил он.
– Тогда спокойной ночи.

С утра можно было порепетировать вволю, пообедать, отнести в ремонт башмаки, постирать бельишко. И заняться бархатной книгой - кольца-вертушки капризничают, нужно проверить все схемы комбинаций и скорректировать планы.

Пунктуальность пригнала Ивана на автобусное кольцо минут за двадцать до срока. Он бродил, перекидывая пакет из руки в руку. Мэгги в наушниках бормотал человеческим голосом по-латыни, потому что Иван зарядил его органной мессой.

А ведь Майя могла и не прийти. Он простоит тут на ветру еще час и два, а она не придет. Иван немедленно дал себе слово - в таком случае вывалить проклятые апельсины в ближайший мусорный контейнер, чтобы не тащить обратно увесистое свидетельство своего унижения.

Майя подошла неожиданно.

– Ваше счастье, что из моего окна видно кольцо, - сказала она.
– Я глазам не поверила.

– Здравствуйте, - мрачно приветствовал ее Иван.
– Я уже полчаса тут торчу.

– Чушь какая-то, - проворчала Майя.
– Как вы до этого додумались?

– Вот, образовались апельсины, - объяснил он, уже и сам не понимая, как додумался.
– Да еще время не рассчитал. Холодрыга тут у вас. Мне бы хоть чаю горячего.

– Ну, чай...
– Майя вздохнула.
– Чай - порождение гуманизма. Пошли...

В ее маленькой квартирке на пятом этаже был безупречный порядок. Ивану стало неловко за свою неуютную гостиничную роскошь, куда можно ворваться, не вытирая ног. Но мужские шлепанцы в прихожей ему не понравились. Они означали незримое присутствие другого человека.

Майя сняла шубку и осталась в халате со всякими излишествами кружевами и золотистыми полосками. Грима на лице не было, а волосы она собрала в простой узел.

Иван пошел вдоль стен - изучая самодельные гобелены, книжные полки, коллекцию кактусов на подоконнике.

– Сейчас поставлю чай, - сказала Майя.
– Осторожно, не уколитесь. У него иголки с крючьями, вытаскивать - морока.

– Я думал, у вас иначе, - признался Иван.
– Ну, этот, как его... художественный беспорядок.

– И он тоже бывает - когда всерьез работаю. Ну, вы смотрите книги, а я - на кухню, там у меня как раз тресковое филе оттаяло.

– Я помогу, - и Иван пошел за ней следом.

Его послали с ведром к мусоропроводу. Потом он разгибал покривившийся зубчик вилки. И эта скромная деятельность доставляла ему огромное удовольствие. Пока не послали в ванную мыть руки.

Там все было бледно-голубое - кафель, сама ванна, полотенца. Иван понял, как неуютно чувствовала себя Майя тогда - на видавшей виды овчине. Да еще невозможность принять душ - при ее-то страсти к гигиене... И стало Ивану стыдновато.

На кухне Майя расстелила на блюде-лодочке льняную салфетку, на нее уложила бруски жареной в тесте рыбы и посыпала зеленью. Получилось красиво. Засвистел чайник.

– Может, прямо на кухне поедим?
– спросила Майя.

– Что за вопрос!
– обрадовался Иван. На кухне обычно едят хозяева - и когда же он последний раз чувствовал себя хозяином в доме? Даже приезжая иногда к матери, он видел новые вещи, иначе поставленную мебель, и все равно был гостем... Только у матери он и просил за столом добавки. А тут состряпанная Майей рыба оказалась вкусной - и он ел, ел, никак не мог остановиться. Майя трижды подкладывала ему на тарелку поджаристые брусочки.

– В столовых так не готовят, - сказал он в свое оправдание.

– Самое смешное, что они должны готовить именно так, - поучительно произнесла Майя.
– Я взяла этот рецепт из обыкновенного учебника для кулинарного техникума.

Потом они перебрались в комнату и Ивану удалось разговорить Майю. Естественно, начали с книг, перешли к эскизам, к цирку, к Майиным проблемам...

– Все думали, что мое призвание - сценография, - рассказывала Майя. Но у нас было обязательное задание - эскизы к мультику. Зайчики, воробышки, прочие киски... Вот после них мне и предложили иллюстрировать детскую книжку. А у нас тогда после свадьбы финансы пели романсы. Я и согласилась. Потом подвернулась работа в детском журнале. А я тогда уже поняла, что в театре мне делать нечего. Я ведь, когда читаю пьесу, сама себе режиссер, композитор и примадонна. А в театре, сами понимаете, надо мной - дурак режиссер...

Иван внимательно слушал и кивал. Это он понимал - творчество в одиночку, когда отчитываешься только перед высшими силами. Это ему нравилось.

Майя достала со стеллажей и показала тех самых зайчиков и кисок - с грустными человеческими глазами. Нашла старые, студенческих времен иллюстрации к Шекспиру...

– К "Гамлету"?
– вспомнил Иван слово, которое ассоциировалось с "Шекспиром".

– Почему же?
– удивилась Майя.
– Сонеты, "Буря"...

– "Буря" - это тоже Шекспир?
– не поверил Иван.
– Я ведь плохо знаю литературу. В школе не любил, в училище не до нее было, вот теперь стал читать. Не удивляйтесь, если я еще какую-нибудь ерунду брякну. Я еще очень многого не знаю.

Иван на секунду задумался и завершил упрямо:

– Но буду знать!

– Похвальное решение!
– иронически одобрила Майя, но Иван, не обращая внимания, продолжал:

– Я вот с музыки начал. Мне из дому присылают кассеты. Двоюродный брат переписывает с пластинок и присылает. У меня сейчас с собой верджиналисты и Фрескобальди, можно послушать. А книги пока читаю развлекательные. Вот Дюма на работу хорошо настраивает...

Иван говорил и чувствовал на себе изучающий взгляд Майи. Это был взгляд человека, столкнувшегося с совершенно непонятным ему, не из его мира явлением, и размышляющего - а не послать ли это явление куда подальше? Но, видно, откровенность Ивана ей понравилась.