Чтение онлайн

Достойное платье мы заказали еще в день визита в канцелярию, так что когда на нашем пороге вечером того же дня появился гонец с приказом явиться следующим утром под ясны очи клерийского монарха, мы были готовы.

Встали рано, позавтракали. Я надел расшитый серебром камзол и привел в порядок косу, которую так ни разу не расплетал – просто промывал щеткой, как поступали с дредами в моем родном мире. Орвист починил свою куртку и облачился в форму королевского гвардейца, Лу же была в своем обычном брючно-рубашечном наряде. Взяли с собой и оружие – время было все же военное, да и мне хотелось уколоть Кая Фотена видом артефакта, отмеченного сразу четырьмя богами. Будет знать, с кем связывается, если в следующий раз не убережет дорогих мне людей.

Нас немного помариновали в импровизированной приемной, где кроме нас были местные вельможи и чиновники, но наконец-то распорядитель отворил двери кабинета, выпуская очередного посетителя, и громогласно объявил:

– Барон Антон Тинт и его спутники!

Мы оторвались от стены, которую подпирали уже битые полчаса, и проследовали в королевский кабинет. Уже подходя к массивным дверям, я знал, что разговор с Каем будет крайне непростым. Лу украдкой коснулась кончиками пальцев моей ладони, прогоняя через меня волну своей силы. Я глубоко вдохнул, и переступил порог королевского кабинета.

Я уже знал, что мне придется принять участие в обороне порта Миллер. Вопрос только в том, что король сможет предложить за помощь обласканного Семерыми счетовода.

– Значит, это правда, – как-то очень спокойно сказал Кай Фотен после того, как мы трое встали перед его столом, а дверь в кабинет закрылась, отсекая нас от шумной и душной приемной.

Король поднялся со своего места и обошел стол, подойдя ко мне в упор и совсем не по-королевски стал рассматривать мою красную прядь и косу с вплетенным в нее золотом.

– Никогда бы не подумал, что увижу подобное. Воин редко кого отмечает подобным образом.

Я только повел бровью, показывая, что подобная грубая лесть недостойна Кая и я был о нем лучшего мнения. Мой жест не укрылся от Лу и Орвиста, и если богиня только тихо фыркнула, то гвардеец аж побагровел. Я сейчас открыто хамил его королю.

Кай раздраженно дернул пальцем на виконта, приказывая тому успокоиться, и опять встретился со мной взглядом.

– Ладно, я же все вижу. Говори свободно.

– Король, – я на самом деле сейчас неспособен выдавить из себя казенное «Ваше Величество», так что поблажка Кая была сейчас к месту, – ты в курсе, что произошло на неделе в Миллере, и почему я оказался тут?

Кай согласно кивнул, показывая, что от него не укрылась наша с Орвистом маленькая вылазка, которая окончилась большой кровью в отдельно взятом поместье.

– Канцелярия следила за Регонами, да и исчезновение Гарена сложно было не заметить. У меня были донесения о том, что маг может скрываться тут, в Миллере…

– Вы не уберегли Лу от похищения и пришлось вмешиваться мне, – перебил я монарха.

Внутри все кипело. Сейчас Кай Фотен виделся мне ленивым аристократом, который чужими руками привык таскать из огня каштаны. Как и любой, кто занял свое место не по праву достойного, а по праву рождения. Серебряная ложка, будь она неладна, отравляла жизнь людей в обоих мирах. Вот только родная Земля это переросла, а Таллерия, как мне виделось, навсегда останется в этом дремучем состоянии.

– Не уберегли. И за это я извиняюсь.

– Извинений тут будет недостаточно, как мне кажется, Ваше Величество, – ответил я с нажимом.

Кай Фотен замолчал и что-то обдумывал. Ситуация непростая, даже напряженная. У меня были все основания предъявлять претензии молодому монарху, у него же не было оправданий. Он мог прикрыться стандартным «у меня же тут сейчас война», но это не имело значения, потому что договоренности даже во время войны надо исполнять. Не может одна проблема короля перекрывать и обнулять другие его обязательства.

– У меня нет ни времени, ни желания сейчас ругаться с тобой, Антон. Гонгорцы сегодня утром перешли границу и будут здесь через три дня. Максимум через четыре начнется осада Миллера, если мы не сможем дать им бой в поле. А ты сейчас ведешь себя не слишком достойно.

– Мое достоинство осталось в темницах под цитаделью Пите, – отфутболил я претензии монарха.

Попал я в точку. Кай не нашелся, что ответить на такое. Он, видимо, как-то уже списал со счетов историю нашего знакомства, мне же до сих пор иногда снились инструменты палачей и пыточный зал.

– Не слишком ли ты зарываешься, барон Тинт? – сейчас Кай поменялся, стал жестче.

– Ровно на столько, сколько могу унести.

Лу и Орвист, наблюдавшие за нашей словесной перепалкой, реально опасались за мою жизнь и здоровье. Я сейчас в открытую хамил королю, хамил самозабвенно и целенаправленно, вычитывая того за небрежность. Кроме того, я показывал, что не больно-то мне его расположение и нужно, и что готовность «засвидетельствовать почтение» – лишь предлог. На самом деле я пришел выяснять отношения с клерийским королем.

Кай торговался, пытался сбить цену. Даже не прибегая к ментальной магии я понимал, что в грядущей битве ему потребуется помощь всех магов, а менталистов в лице меня и Лу – в особенности. Потому что если слухи верны и гонгорцы смогли зафрахтовать для себя шаринских магов, или просто собрать достаточно колдунов для поддержки основных войск, то дела короля совсем плохи.

Клерия не была магическим государством. Магов тут было ничтожно мало, да и те в основном слабосильные и середнячки, которые занимались чисто бытовыми вопросами для гильдии торговцев и кораблестроителей. И даже при равных возможностях армии и более выгодной позиции войск Кая на холмах, звено боевых магов может качнуть чашу весов в пользу гонгорцев.

Я же видел свою и Лу задачу как раз в охоте за магиками – любым способом. От простой наводки, где именно они находятся, до физического устранения. Плюс, не стоит забывать, что моя красная прядь и золото в косе может сработать, как боевое знамя для войск. Любой отряд, к которому я примкну, будет ощущать себя если не неуязвимым, то близким к этому состоянию. Потому что с ними будет боец, отмеченный самим богом Войны. Причем отмеченный прилюдно.

За время, что прошло между моим походом в святилище и прибытием короля, весть о том, что в городе появился отмеченный Палом, разошлась по всем углам и дошла даже до поселений в окрестностях Миллера. Именно поэтому мы и просидели три дня в особняке, не показывая носа на улицу. Потому что кроме воодушевленных сограждан могли найтись и дурачки, которые захотели бы порисоваться и поставить под сомнение мое право на золотую косу. А убивать или калечить кого-либо без крайней на то необходимости в мои планы не входило.