Чтение онлайн

Но это всё мелкая шелупень, на которую грядущим исследователям глубин подвига палеонтолога Зои, даже останься эта шелупень в живых, размениваться не след. Для изучения нужна фигура более крупная, существенно более крупный избранник народа, чем избранник небольшой группы комсомольцев Клубков, покрупнее, чем генерал Власов. Как сделать так, чтобы эта фигура в волнах истории не потерялась и, спустя немало десятилетий, обязательно попала в поле зрения исследователей светлого толка? Правильно, всё просто: все лауреаты Сталинской премии будут привлекать внимание в веках. То есть достаточно гаду присвоить Сталинскую премию, и тогда рано или поздно он будет выявлен как противник Зои — понятно, уже после того как внимательный читатель мемуаров матери Зои Космодемьянской расшифрует её тайнопись — тайнопись в общем-то нехитрую. Тот, кто неоднократно ходил в Палеонтологический музей.

Итак, пересечение Девы с «генералом Власовым» от палеонтологии, певцом апсар. Апсарами, напомним, в Индии мудрецы называют влиятельных полубогинь, которые особенно разрушительно влияют даже на мужчин-потенциальных жрецов, лишая их великого будущего. Правильная реакция на встречу с Девой — это присоединиться к ней, начать ей помогать в её светлом Деле — и тем войти с ней в невербальный процесс обретения мудрости. Если этого не сделать, не присоединиться с уважением, то, поскольку это неправильно, согласно принципу «ты сердишься, значит, ты сам неправ» индивид преисполнится злобы, ненависти. Ненавистью не только к лично Деве, но и вообще ко всем светлым. Преисполнившийся злобой, по собственной вине, станет очень активен, доказывая, что он вовсе не бездуховен, а, наоборот, особо духовен. Религиями будет интересоваться — вспомним, какую кучу малу устроил из всех религий мира Ефремов.

Тут надо понимать, что без предательства Зои Ефремов, возможно, фантастом бы и не стал. Ведь после того, как совершаешь предательство подобного масштаба, остаётся только два маршрута будущего. На первом маршруте, поскольку своим поступком ты разоблачён, остаётся только покончить с собой. На втором маршруте, чтобы с собой не покончить, ты вынужден улетать в нереальные миры фантазий, в которых ты сам себе не кажешься до такой степени скотиной. Иван Ефремов пошёл вторым путём — стал фантастом, даже всемирно известным.

Да, конечно, подобный активист, как бы наскипидаренный, обязательно станет «избранником народа», но жизнь его будет разрушена и пройдёт в мучениях. О подобных можно сказать, что лучше бы он умер, лучше, чтобы его «пристрелили сразу — из жалости». Кстати, это одно из любимейших выражений Ефремова — «пристрелить сразу — из жалости». Мучительная жизнь как раз-то и реализовалась в случае Ефремова. Взять хотя бы самый простой уровень — физический. О своём туловище Ефремов особенно пёкся — скажем, опасаясь на фронте получить ранение. Ранение — наиболее вероятный исход, ведь на фронте на одного погибшего — три с половиной раненых. Печься пёкся, а тут без видимых, казалось бы, причин здоровье Ефремова обрушивается по совершенно очевидной невротической подоплёке. Проблемы в пока ещё легчайшей форме обнаружились уже в 1942-м, то есть в его 34 года, сразу после предательства, а последние 17 лет своей жизни Ефремов и вовсе проводит инвалидом 2-й группы, и это не считая тех лет до того, как эту самую инвалидность он себе оформил.

Поскольку его болезни были отчётливо невротические и легко могли быть излечены путём изменения мировоззрения на правильное, адекватное действительности, не извращённое, то к Ефремову чуть ли не толпами приезжали экстрасенсы и целители, совершенно бесплатно приезжали, даже из-за границы, руки возлагать — с совершенно нулевым результатом их манипуляций. Из этого нулевого результата Ефремов не сделал того вывода, что всё это целительство — чушь, в лучшем случае сродни плацебо. Этот вывод не сделал, но сделал противоположный вывод — что он призван в этот мир страдать больше остальных и своим аномальным страданием якобы заработал себе право быть высшим авторитетом для всего мира. Типа Господь Бог. Смешно до ужаса. Но всем тем, кто верил в Ефремова как в Избранного, смешно не было.

Верующие в Ефремова так же веровали и в многократно повторяемые им слова, что он с женой — самые счастливые люди на планете, соединённые самим Небом, и что вторая его жена Таисия — необыкновенная женщина. Ефремов повторял это и повторял, хотя в своих книгах вновь и вновь описывал не эту вторую жену, а первую.

Если бы верующие в Ефремова были способны на критическое мышление, то они бы заметили, что в тех семьях, в которых есть хотя бы относительный лад, муж о жене в разговорах вообще не упоминает, как будто бы её и нет вовсе. Тем более он ничего не говорит об её уникальности и неповторимости. А вот те мужья, у которых жена ему изменяет разве что не на его голове, о жене говорят много, пусть и не так много, как Ефремов, а меньше. Но все воспалённо веруют, что им с женой повезло. Ефремовская похвальба женой — верный индикатор того, о чём и говорить-то неудобно.

Какая связь между предательством Ефремовым мира героев и ТАКОЙ его женой и семьёй? А самая прямая и непосредственная. Чтобы предать Деву, предателю нужно или до, или после предательства доказать самому себе, что герои и Дева, — а Дева всегда героиня, — это суть скверна и нечистота. Как следствие, противоположность Девы — так скажем, апсара, наоборот, будет непроизвольно восприниматься им как сама чистота и сама святость устремлений. Женщина всегда подстраивается под половые вкусы своего самого обеспеченного мужчины — если ему нравится апсара, то она будет визуально соответствовать. При такой жене и при таком перевёртыше в сознании предатель обречён расхваливать свою жену всем и каждому, встречным и поперечным. Плюс стихи и проза — если может.

Те же перевёртыши восприятия и по всем остальным вопросам. Сплошные перевёртыши — непроизвольные. Как расплата за предательство. Как естественное последствие предательств. В результате рядом оказываются вместо друзей подобные ему предатели, в написанных книгах чушь вместо ценных мыслей и столь же фантастические якобы научные результаты.

Ныне разрекламированные монгольские экспедиции Ефремова, уже послевоенные, проводились по следам американской экспедиции 20-х годов, давшей преизобильные результаты. В смысле числа находок. То есть Ефремов, когда ехал в Монголию руководить экспедициями, знал, в какой район ехать и знал, что именно он в данном месте может найти и к каким размерам объектов надо присматриваться и в каких слоях осадочных пород. Ну и нашёл то самое и на соответствующем месте. А потом нахальным образом объявил закономерные находки по стопам предшественников плодами собственного необыкновенного научного прозрения и везучести. Кстати, свою езду по следам предыдущих экспедиций, американской в том числе, в книге «Дорога ветров» Ефремов называл проверкой работы американцев. Впрочем, подобное не есть нечто новое в науке вообще и в палеонтологической науке в частности: не он первый и не он последний — вполне типичное поведение для той части палеонтологов, которым название фантасты и которые никак не вкладываются в жреческую палеонтологию.

Ну и последний момент, который может смутить тех, кто познакомился с хоть сколько-то подробным жизнеописанием Ефремова, как говорят, совсем великого фантаста. Преследование Ефремова гэбистами, которые приписывали Ефремову, что он английский шпион, что он убил свою первую жену, а потом убил и всех трёх своих сестёр, а также хранил дома около полутора тонн монгольского золота. Обо всём этом можно узнать в деле Ефремова, состоящем из более чем сорока томов. Оно хранится в соответствующем архиве госбезопасности и можно получить разрешение его полистать.

Как нам сейчас внушают, конфликт гэбистов с Ефремовым был конфликтом тупости, невежества и идиотизма с одной стороны и светом и благородством — с другой. Да, такого рода конфликты порой случаются, вспомним убийство Христа: тогдашние античные гэбисты со своими надуманными обвинениями против Учителя мудрости тоже активничали. Можно вспомнить палеонтолога, о котором Ефремов говорил, что тот лучше прочих понял тафономию, который в отделении милиции вдруг ни с того ни с сего упал головой вниз в пролёт — и умер. Напомним ситуацию: завязалась драка между двумя группами хулиганов, молодой палеонтолог вмешался, чтобы это безобразие остановить, — тут понаехали так называемые стражи порядка и всех замели, несмотря на то, что окружающие кричали, что палеонтолог только пытался разнять. Вскоре хулиганьё всё отпустили — но не палеонтолога. Его отпустить не смогли по той простой причине, что, как писали, отмазываясь, люди в погонах, палеонтолог почему-то бросился вниз в лестничный пролёт и разбил себе голову насмерть. В общем, всё понятно, кто кого, но, удивительное дело, людям в погонах, давшим клятву быть честными, отмазаться-таки удалось. История, напоминающая историю Христа.

Но это не случай самого Ефремова, который существенно ближе к Иуде. Да, гэбисты своими болезненными фантазиями в объёме 40 томов дела Ефремова приблизили его смерть в 1972 году, механизм этого убийства описан в другой моей работе. Да, гэбисты принесли фантасту немало дополнительных мучений — но неадекватные обвинения гэбистов имели несколько иное, чем в случае Христа или палеонтолога академика Николая Морозова, отсидевшего 27 лет в одиночке при царе, происхождение. Понимание той закономерности, по которой Ефремов вызывал ненависть гэбистов, их неадекватность и фантазии, очень важно для устройства жизни вообще.