Жрица бога наслаждений
Шрифт:
Амарант наклонился к корзине, ловко вынул девочку и, поддавшись неясному чувству, прижал ее к груди.
«Астра» – имя пришло само, прозвучало в вибрации ее ауры. А следом Амаранта накрыло счастьем. Огромным, всеобъемлющим, полнейшим до одури счастьем.
Он словно держал не ребенка, а сердце, бьющееся исключительно для него.
Да ну, нереально – даже столь щедрый бог, как Сантос, не делает настолько баснословно дорогие подарки. Скорее, он предложил Амаранту хорошо воспитать собственную дочурку.
Амарант смотрел в ее сияющее личико и счастливо улыбался, а миры и времена остановили бег. Случилось нечто судьбоносное, чрезвычайно важное в его жизни.
Амарант не представлял, сколько еще времени провел бы так, глядя в блестящие янтарные глаза, но на крыльце появилась Миэла.
Наверняка она почувствовала неладное. Хорошо, Амарант успел раньше жены. Миэла, в отличие от него, детей не слишком жаловала. Особенно девочек.
Амарант, хотя и считал себя весьма ревнивым и требовательным, от ревности Миэлы просто выл. Потом умилялся. Потом тихо скрипел зубами – ну как можно настолько не доверять собственному мужу? И ладно бы Миэла его не любила – обожала, как мало кто умеет обожать. Потому в конце концов Амарант смирился.
Миэла ревнива, она находит повод в чем угодно – что ж, такая она. Его любимая женщина.
Смирился Амарант и с тем, что жена никогда с ним не ночует. Живет в собственном флигеле на территории его владения, и никого в этот флигель не пускает.
Впрочем, сейчас даже это оказалось на руку, а то Миэла встала бы и побежала смотреть звезду вместе с ним. В том, что эту звезду любимая не оценит, Амарант не сомневался. Как и в том, что сам он будет защищать маленькую дочь Сантоса всеми силами.
Астра почему-то не хотела с ним разговаривать – лишь смотрела на него и улыбалась.
Эльфийские дети владеют телепатией с рождения, частичка бога – явно тоже. Неужели Амарант ей не понравился?
Миэла подошла к ним вплотную.
– Что это у тебя, любимый?
Она неодобрительно осмотрела Астру, обняла Амаранта за шею и притянула его к себе для поцелуя. Такая маленькая ростом, но приятно фигуристая.
Амарант пылко поцеловал жену, аккуратно придерживая девочку, чтобы Миэла ее не задела, а потом ответил:
– Подозреваю, она – наша с тобой будущая дочь.
Жена была такая забавная: взбудораженная поцелуем, трогательная, мягкая… Ненадолго. Вот этот острый взгляд предвещал бурю.
– Кого-то она мне напоминает… Не Сантоса ли… О боги, неужели…
– Да, она и есть его частичка… Не понимаю, зачем он нам ее подбросил, но…
Зеленые глаза Миэлы зажглись гневом.
– Дочь?! Чтобы это стало моей дочерью?! Уволь! Я не желаю иметь с Сантосом никаких дел и тебе не советую! Отдай девочку обратно! Где он?!
«Это» – о безобидном младенце?!
Амарант тяжело вздохнул.
– Если бы я знал, где Сантос, может, и вернул бы ему девочку. Вот беда – его не видно и не слышно нигде. Полный обрыв связи. Так что хочешь ты или нет, я оставлю Астру у нас – ее зовут Астра.
Миэла капризно уперла руки в бока.
– Зачем это здесь?! Почему я должна жить с ней?! Из-за того, что Сантос – якобы твой друг, да?! А если дружок тебе змею в постель подложит, ты тоже удочеришь ее?!
О боги… Амарант ласково сощурился. Только улыбнулся широко – так, чтобы его удлиненные клыки стали хорошо видны.
– Ты все сказала, женщина? Моя любимая медовая женщина. Астру я никуда не отдам. Ты хоть представляешь, Мэли, что станет с народом, окажись Астра в свободном доступе?
Жена насупилась.
– Потрудись-ка объяснить.
Амарант подхватил корзину, и прижимая Астру к груди, кивнул на дом.
– Пойдем, Пушистик. Нам только внимания зевак не хватало. Объясню.
Миэла мрачно сверкнула глазами.
***
Амарант обожал зелень, причудливые украшения, подушки, ковры и яркие краски. Покои его Дворца утопали в роскоши. То тут, то там вспыхивали магические огоньки.
Астра заинтересовалась ими, и Амарант собрал несколько огоньков поближе, чтобы занять ребенка.
– Понимаешь, Мэли, Сантос очень противоречив. Астра для кого-то страшное зло, а для кого-то величайший дар. Но если кто-то навредит Сантосу через нее, я себя не прощу.
Любимая жена осталась недовольна. Она с презрением смотрела на увлеченную огоньками кроху.
– Угу. О дружке печешься, об этой печешься. Только обо мне не заботишься. Хочешь, чтобы я умерла.
Ооой. Куда ее занесло… Амарант хмыкнул.
– Ты невозможна, Пушистик! Я хочу, чтобы ты умерла? Может, я еще чего-то о себе не знаю? Зато ты прекрасно знаешь, как ты мне дорога. Кстати, прикинь: вот мы выставим Астру, ее не пойми кто подберет и воспитает, научит хрен знает, чему. Потом мы хлопот не оберемся. Она еще вернется мстить за то, что мы ее выгнали.
Миэла изогнула бровь.
– Чего это она вернется? Останется где-нибудь. Я ее не звала.
– Обязательно вернется. Сантос явно хочет, чтобы Астра жила здесь. Он разозлится, если мы не примем его «подарок», и устроит хаос в масштабах мира.
Миэла насупилась.
– Хорошо. Только я все равно не стану участвовать в этой авантюре. Я не желаю ничего знать о Сантосе! Растить соперницу собственными руками?! Вот еще! Нашел дурочку!
– Что? – Амарант от неожиданности расхохотался, – соперницу?! Эта кроха – твоя соперница? Интересно, в чем же. Ну-ка, Мэли, рассказывай.
Миэла фыркнула.
– Эта, как говоришь, кроха завтра обернется взрослой девицей. Кто знает, что у Сантоса на уме. Ты возьмешься предсказывать?
Боги, сегодня жена взялась уморить его.
Амарант уложил Астру на ближайшую бархатную подушку, его трясло от смеха.
Ну Мэли, ну дает!
Отсмеявшись, он сказал:
– Да что бы Сантос ни придумал, я дал Обрядовые клятвы в твердом здравии. Уж поверь, Мэли, единственная моя супруга – ты.
Уф, хоть с этим Миэла не стала спорить.
– Я возьму над твоей дочкой опеку по закону, а воспитывать ее не стану. Вдруг эта Астра… откусит кому-нибудь голову? Что ей? Она не нашего народа, ей плевать на наши правила.
Амарант обнял ненаглядную жену и привлек ее к себе.