Чтение онлайн

— Тебе кто-то помог? — спросила я, чувствуя рядом с ней что-то незнакомое.

— Меня подобрала одна женщина. И оставшиеся три недели я провела в ее небольшом доме. Она выходила меня, — подтвердила девушка.

Я снова непонимающе на неё посмотрела.

— Да, она тоже умеет немного лечить. Конечно, не так как ты. С болезнью мамы она бы не справилась. Хотя я ее просила. Она отказала мне, сказав что-то про порчу. Таких, как она, называют колдунами. Она, в основном, лечила меня примочками из трав, — рассказывала она.

У меня возникла масса вопросов.

— Но, почему твои родные ничего не знают? — спросила я. — Ты же отсутствовала целый месяц?!

— Они знали с кем я и где. Вернее, думали, что знают. Мы же собирались на море, планируя там задержаться на месяц. Раньше я часто зависала у подруг. Могла уехать, например, в деревню к одной из них. Это после случившегося мы больше не встречаемся. Совсем.

Я встала, обдумывая все это. Налила воды в чайник и поставила кипятить.

— Но почему ты не рассказала об этом родным?

— А зачем? Мама была больна. Отец и брат ужасно за нее переживали. Я не хотела их беспокоить своими проблемами, — пожав плечами, ответила Галя. — А та женщина что-то сделала. Я не знаю — что, но Катя звонила мне потом. Она рассказала, что те парни разбились на машине. Как она об этом узнала — я не знаю. А Егор, увидев утром кровь вокруг костра, испугался и сбежал. Наверное, подумал, что меня убили и утопили.

В моей голове не укладывалось, как такая хрупкая девушка все это вынесла? У неё, помимо шрама на голове, была огромная душевная рана. Я видела, как она до сих пор все это переживает.

— Спасибо, что не выдала меня, — сказала она, спустя некоторое время.

— А твой парень где сейчас? Разве он не пытался тебя найти? — спросила я.

— Нет, не пытался. Он уехал из города, перевелся в другой институт. Да и я бы не хотела встречи с ним. Он не смог меня защитить. По сути — бросил.

Я заварила чай и открыла шоколадку. Разлила ароматный напиток по чашкам и придвинула Гале. Она взяла ее двумя руками. Было чувство, что она пытается согреться, хотя дома было достаточно тепло. На самом деле, холод был в ее душе.

— С моими бывшими подружками больше не общаемся. Наверное, каждая из нас хочет все это забыть. Мы друг для друга — слишком тяжёлое воспоминание. Конечно, здороваемся при случайной встрече, разговариваем, но на этом все. Нам так легче. Я вообще редко куда выбираюсь теперь, чтобы случайно не встретиться.

Все это время, что она мне рассказывала свою историю, я осторожно убрала с ее энергетического поля страх, боль, негатив. Они, словно серая пелена, окружали её чистую ауру. И сейчас видела, как та стала излучать тепло. Холод постепенно ушел. Не физический, нет. Душевный.

— А давай завтра сходим в кино или погуляем в парке, хочешь? — спросила я.

Она странно на меня посмотрела, словно прислушивалась сама к себе. И её удивляло спокойствие, что поселилось в душе.

— Да. Наверное…… Странно, но еще час назад я бы сказала — нет. Ты что-то сделала со мной? — спросила Галя.

Улыбнувшись, я ответила:

— Немного. Думаю, тебе так будет комфортнее.

Она удивленно на меня посмотрела, спросив:

— Как ты это делаешь?

Я не могу точно сказать. Просто чувствую эмоции людей, вижу болезни. Это все имеет свой определенный цвет. Например, злость — всегда черным облаком окутывает человека. А болезни, как отпечаток на теле, меняет ауру.

— Наверное, тяжело с этим жить? То есть, помогать другим, — интересовалась девушка.

Я была рада, что девушка отвлеклась на меня. И с удовольствием отвечала на её вопросы.

— Это у меня недавно. Так что, я пока не поняла, — ответила я.

Мы проболтали весь вечер. Мне было удивительно комфортно с ней. Словно мы были давно знакомы.

Странное чувство.

Я постелила ей на диване в большой комнате. Она долго смотрела на нарисованные цветы над диваном.

— Это ты рисовала? — спросила она.

— Да. Но я этого не помню.

— А, да. Ты говорила про амнезию. Извини. А мне нравится этот рисунок. Он такой теплый. Видимо ты его рисовала в хорошем расположении духа, — сказала она.

Рисунок нравился мне самой. Он вызывал очень теплые эмоции. Я часто на него глядела, представляя, как моя предшественница его рисовала. Они были нарисованы прямо на однотонных обоях. Это действительно смотрелось довольно необычно, но очень красиво. Смотря на этот рисунок, видела, что у неё были позитивные планы на жизнь. Она хотела начать все с чистого листа. А получилось, что начала я.

Еще раз посмотрев на нежные цветы, сказала:

— Думаю, что да. Я не могла их нарисовать в плохом расположении духа.

Утром мы с Галей пошли гулять в парк. Погода была очень хорошей. Я не переставала удивляться такому чуду природы, как зима. Это было удивительно. Для девушки, выросшей на краю пустыни, это казалось волшебством.

Зима удивительным образом меняла все вокруг. Даже шумные улицы больших городов, серые бетонные дома и многоэтажные офисы — стали простыми, приветливыми и праздничными. Снег скрадывал все несовершенства и превращал обыденность в мимолетную сказку, с привкусом дежавю. Но все же истинную сущность зимы можно наблюдать, созерцая природу.

Красота зимнего парка завораживала, пробуждая в душе теплоту и приподнятое настроение. Белый снег, как белый лист. Смотришь на него и, кажется, что все можно изменить, исправить, улучшить, достичь.

Холодная и неприступная зима сковывает мир, словно пытаясь сказать человеку, чтобы он тоже на миг остановился, посмотрел вокруг и вспомнил о самом важном.

Пока я смотрела по сторонам, какой-то мальчишка запустил в Галю снежком, и он, ударившись о ее спину, рассыпался и упал на тротуар. Галя задорно рассмеялась и, сделав небольшой шарик из снега, запустила им в мальчика.

— Сейчас я тебе задам, — кричала она ему, кидая снежок.

Мальчишка ловко увернулся и, сделав новый комочек из снега, запустил его в Галю, со словами:

— Сначала догони.

Он показал ей язык и убежал.

— Вот малолетний засранец! — пробурчала она, отряхивая пальто.

Но злобы в её словах не было, а наоборот, она, казалось, оттаяла и начала улыбаться. Мы прогуляли с ней до обеда и, ужасно проголодавшись, зашли в кафе.

— Если хочешь — можешь приезжать ко мне. Я буду очень рада, — предложила я, провожая ее до такси.