Чтение онлайн

– Значит и мы в "Завесы" от страха лезем?

– А от чего же? Опасаетесь за жизнь и лезете. Только бесстрашие это в "Завесе", может плохо кончиться. Не погрешимыми себя возомните. Судить и карать приметесь. Это самое опасное, что может с вами произойти,– вздохнула Катюша.

– Ну, мы не все время в ней. Вон я в прошлый раз попался, как "кур в ощип". Веревку на шею незащищенную накинули нукеры Тимуровы, до сих пор вспоминаю с содроганием.

– А Мишаня где был?– вскинулась Катюша.

– Ему тоже прилетело, но он успел руку подставить, а я прямо на шею поймал. Расслабились с ним на солнышке.

– О, Господи,– обмерла Катюша.– Да что ж вы так-то?

– Возомнили, как ты сказала. Вот Господь по шеям слегка и навешал, чтобы в чувство привести.

– То-то мне всегда тревожно, когда вы отлучаетесь в "командировки" эти. За день, пока вернетесь, сердце бывает, не по одному разу болит. И матушка сама не своя весь день. Все из рук у обоих валится. Когда здесь, так не бывает, даже если отлучаетесь на долго. А когда там…– Катюша вытерла платочком слезу.

– Катюш, да мы там очень внимательно ко всему относимся. Не носимся там с саблями и не орем, какие мы из себя крутые. Стараемся незаметненько, бочком проскочить. Не лезем давно уже в свары там всякие. В этот раз из-за этих сокровищ Тимуровых все так вышло. Нужно было следы все за собой убрать, чтобы никто не лез к пирамиде.

– Да я понимаю все. А сердце болит,– пожаловалась Катюша и опять всхлипнула.

– Ну, Серега, обормот. Наплел тут про шею свою. Мало тебе попало, добавить бы еще,– проворчал Мишка, покосившись на сконфуженного друга.– Что за мужики нынче, языком метут, как метлой машут.

– Виноват. Признаю. Молчу как рыба об лед,– Серега положил голову на стол.– Вот шея, добавляй.

– Не-е-т. Ты рассказывай,– запротестовала Катюша.– Чтобы мы вас могли поругать. Начнете скрытничать, и тогда придется за вами "Трояна" запускать, чтобы подсматривал и нам докладывал.

– Не надо "Трояна",– испугался Серега, я их с детства боюсь.

Утро следующего дня началось с поспешных сборов и на этот раз в пирамиде Мазари-Шарифской, сюрпризы их не поджидали. Как доложил "Ваня":– Все чисто.

– Ну что ж, разбиваемся на тройки?– предложил Петр Павлович.

– На тройки не получится. Восемь человек нас,– Серега окинул всех присутствующих взглядом. Предлагаю оставить Леонидовича с женщинами здесь на этом уровне, пусть проводят экскурсию по хранилищам. Им это должно быть интересно, а остальным сходить на нижние уровни. Интересно взглянуть на жилье Рерюфа. Пятьсот метров, хороша квартирка. Я взглянул на схему-план. Там у него даже бассейн есть, метров на пятьдесят. Спортсмен видать был.

– Ты же говорил, что туда доступа нет, и охрана действует автономно от этой. Что силой, что ли вломимся?– Мишка вопросительно взглянул на друга.

– Силой туда мы вломиться не сможем. Закрыто все наглухо. Я сейчас сяду на базу и попробую обойти допуски, ну как обычно, а вы пока уровень четвертый и пятый пройдите. Там система допусков та же что и на первом.

– А третий?

– Третий вспомогательный для второго. Там чистая механика и соваться туда рискованно и без надобности. Система подъемников и прочая хрень там сосредоточена. Ну что? Я разберусь и догоню. Без меня не суйтесь. Шлемофоны оденьте и связь по ним.

– Я с вами можно?– Катюша вцепилась в руку Мишки.

– Нет. Там возможно придется в "Завесы" обряжаться, а тебе нельзя. Оставайся с матушкой. Походи, посмотри на экспонаты. Очень интересно.

– Ладно уж, идите,– вздохнула Катюша.– За обедом теперь встретимся.

Четвертый уровень встретил их тишиной и шорохом манипуляторов. Здесь, так же как и на верху, шла постоянная приборка. Длинный туннель, в который они шагнули из дверей лифта, освещенный скрытыми светильниками, был похож на туннель второго уровня и так же темнел серыми дверными полотнами с обеих сторон.

– Что там по плану в этих помещениях?– поинтересовался Петр Павлович.

– Хранилища. Все те же книги и экспонаты. Музей – одним словом,– ответил ему Мишка.– Заходить будем?

– Любопытно взглянуть, но это епархия Федора Леонидовича. Вот кто доберется со временем сюда и душеньку отведет,– Силиверстович хмыкнул и постучал в первую ближайшую дверь.– Со слухом у меня конечно не так как у Сереги, но свистеть и я умею.– Силиверстович высвистел ноту и, нажав на полотно, убрал его вверх.– Прошу!

– Ишь, как вы настропалились,– шагнул Петр Павлович в дверной проем и, хлопнув рукой, уже привычно по клавише выключателя, включил свет.

– Ох, ни фига себе книжки!– воскликнул он, увидев стеллажи из прозрачного пластика, заставленные предметами даже отдаленно не напоминающими книги.– Да это склад стрелкового оружия. Автоматы, пулеметы, винтовки с оптикой,-

Петр Павлович пошел по метровому проходу между прозрачными кубами с прозрачными же полками. Оружие казалось висящим в воздухе, и рассматривать его можно было во всех подробностях.

– Будто только что после чистки. Вон и смазка поблескивает,– удивился Силиверстович, следуя за ним. Из соседнего прохода высунулся паученок, блеснул сегментами видеокамер и, приложив манипулятор к корпусу, "отдал честь".

– Ну, Серега, молодец. Не дай Бог такой за ногу схватит,– прошептал, вздрогнувший при появлении "прапора" Силиверстович.– Интересно как доставать это железо из ящиков этих? Не вижу ручек или отверстий. Глухо упаковано. Запаяли что ли?

– Вполне возможно,– Мишка постучал костяшками пальцев по пластику, и он отозвался глухим звуком.

– На ноты не похоже. Вряд ли свистом тут обойдешься. Потом глянем в инструкциях. Нафига это здесь заскладированно?

– Достижение человеческой мысли, надо полагать, зафиксировали,– предположил Петр Павлович.– Странно, что под книги это замаскировали или вы глядели невнимательно?

– Да нет же, я сказал книги и экспонаты. Это, наверное, экспонаты. Мы же не стали листать по помещению каждому. Пару штук листнули – книги действительно, ну и дальше опустились на пятый уровень.

– А там что?