Чтение онлайн

Сердце Хёну дрогнуло. Он протянул руку и ласково провел по его скуле, а потом погладил по волосам, облегченно выдыхая.

– Я знаю. Все хорошо.

Мог ли он позволить себе надеяться, что именно это спасет Кая? Что постепенно эта сила будет возвращать его чувства все чаще и на более долгий срок и что в какой-то момент они останутся навсегда? Никакой ясности не прибавилось, но даже слабая призрачная возможность заставляла его ощущать теплое распирающее чувство в груди. У них наконец-то появилась хоть какая-то надежда.

– Могу я… – Кай вдруг взял его за руку и повернулся к нему, лишив дара речи.

Хёну никогда прежде не видел его лицо таким, даже не подозревал, что он вообще может так выглядеть: Кай смотрел снизу вверх, его глаза с черными стрелками ресниц были вопрошающе распахнуты, брови чуть подняты, верхняя губа вздернута. Пантера… сейчас он выглядел как котенок. Пожалуй, самый невинный и очаровательный котенок на свете.

– Могу я называть тебя так?

Хёну чуть не взвыл от щемящей нежности, которая буквально рвала его сердце в клочья.

– Господи, конечно… Конечно, ты можешь, – он сгреб его в охапку и крепко прижал к себе, стараясь не задушить от обилия чувств. Каким образом эта трогательная наивность уживалась в нем с чувственной сексуальностью? Просто невероятно.

Кай обнял его в ответ, несмело прижавшись грудью. Хёну почувствовал, как громкие удары его сердца эхом раздаются внутри, его собственное сердцебиение, казалось, ускорялось, чтобы уравнять ритм.

– Твое сердце так колотится, – Хёну гладил его по спине, ощущая теплый шелк под пальцами.

– Я давно не чувствовал столько всего сразу, – тихо признался он и уткнулся носом в плечо Хёну.

Они какое-то время сидели так – Хёну шептал ему на ухо всякие нежные глупости и успокаивающе гладил, ощущая исключительную правильность происходящего, а Кай пытался справиться с наплывом чувств в его объятиях.

Через несколько минут Кай поднял голову.

– Дай угадаю, у нас все еще есть дела? – Хёну нехотя разомкнул кольцо рук.

– На самом деле… я думал, что мы могли бы уехать куда-нибудь прогуляться, в место поспокойнее.

Хёну некоторое время раздумывал над его словами. Предложение было чертовски романтичным и соблазнительным, но…

Но у него все еще осталась невыполненная задача, ради которой они приехали сюда.

– Я думаю, сначала мне стоит кое-что закончить, – он поднялся и поправил одежду. – Я хочу выяснить, ощущаю ли я энергию всех людей так же слабо, или дело было в той девушке. Просто чтобы впоследствии понимать, какую проблему решать.

Кай смотрел на него внимательно, видимо, сразу прокручивая в голове варианты, как именно это можно сделать.

– Тогда оптимально будет уехать в клуб поменьше – в вип-зале это провернуть не получится, думаю, девушки все еще там, а спускаться в толпу…

– Давай просто спустимся. Я не хочу тратить на это больше времени, чем требуется, – Хёну правда совершенно не хотелось искать другой клуб, он надеялся все выяснить в ближайшие полчаса и уехать куда-нибудь вместе, как и предлагал Кай.

– Хани, – он немного смутился, ему все еще непривычно было произносить это, так же как Хёну было непривычно слышать, – мне не кажется, что это хорошая идея. Тебе может стать плохо.

– Если это произойдет, ты просто выведешь меня на свежий воздух, ничего страшного, – он поймал его руку и легко сжал ладонь. – Я правда хочу поскорее уехать, но так, чтоб больше не возвращаться к этому вопросу.

Кай смотрел на него, хмурясь.

– Если почувствуешь, что что-то не так, – сразу скажешь мне, идет?

Хёну активно закивал и потянул его за руку, выводя из красной комнаты.

Они спустились в основной зал и остановились в полумраке лестницы, глядя на танцпол. Средний градус алкоголя в крови танцующих повысился, судя по тому, что танцы стали на порядок более развязными. Наклонившись к уху, Кай как бы между делом спросил:

– Тебе обязательно целовать их?

Хёну мягко улыбнулся и поправил его рубашку аккуратными движениями.

– Я не буду, не волнуйся, – его руки на несколько секунд задержались на ткани, облегающей грудь, он глубоко вздохнул, обернулся и вошел в толпу танцующих.

Проходить в центр не было нужды, ему было достаточно просто немного углубиться в толпу, чтобы попробовать осуществить задуманное. Хёну слегка двигался в такт музыке – конечно, его танец нельзя было сравнить с танцем Кая, но чей вообще можно? Пританцовывая и чувствуя, как дискомфорт от скопления людей набирает обороты, он на пробу мимолетно коснулся одного из ребят поблизости. Парень удивленно обернулся к нему, и Хёну сложил руки в извиняющемся жесте.

Энергия была такой же блеклой и слабой. Паршиво.

Он двинулся дальше, осторожно лавируя в этом человеческом море, иногда едва ощутимо касаясь чьих-то рук, локтей или плеч. Со стороны выглядело так, как будто он пытался пройти к кому-то в центре танцпола. Люди заинтересованно оборачивались на него, но, так как воздействие было минимальным, быстро теряли интерес и снова погружались в танец. А Хёну все больше нервничал и зажимался. Мысль о том, что он чувствует их всех одинаково плохо, – тоже не помогала.

Потоки варьировались по мощности, но все были несравнимо слабее энергии сверхъестественных существ. Они были даже слабее потока той девушки, если подумать. Оттенки энергии тоже отличались, но оставались крайне невыразительными для всех. Энергию скольких людей ему нужно было поглотить, чтобы это было сопоставимо хотя бы с поцелуем Кая? Неужели у него в самом деле нет никаких вариантов, и он так и будет постоянно истощать Кая, чтобы не сдохнуть с голодухи?

Как какой-то паразит. Ему стало мерзко от себя. Он замер с протянутой рукой, так и не коснувшись следующего человека.

А смысл? Он уже понял все, что хотел. Сколько он еще будет пытаться найти какого-то человека, чья энергия будет другой, перед тем, как признается себе, что это все бессмысленно? Перед тем, как окончательно сдастся? Стоило прекратить обманывать себя и посмотреть правде в глаза: лучшее, на что он может рассчитывать, – что ребята из Круга и Кай не отвернутся от него, когда узнают о том, какой он сломанный, и будут время от времени подкармливать из жалости, как прибившуюся ко двору бродячую собаку.