Чтение онлайн

Директор мне очень обрадовался и с гордостью показал новые террариумы для змей, накрытые сверху ярко-малиновыми двускатными крышами.

Я очень удивился, поскольку знал, что он образованный человек с хорошим вкусом, но директор пояснил:

– Конечно, я понимаю, что выглядит ужасно, но посетителям очень нравится. Мы, израильтяне, любим яркие цвета.

– Ну, допустим, - поморщился я, - но ведь теперь змей не видно! Они все сидят под крышами, поближе к лампам. Почему нельзя было сделать крышки ящиков плоскими?

– Ты не понимаешь. Плоские крыши - это арабский стиль, арабский менталитет. Наш, израильский менталитет предполагает двускатные крыши.

Может быть, израильтяне отчасти правы, когда не берут на работу "русских", подумал я. Все-таки понять людей другой культуры и вправду непросто. Во всяком случае, я тут многого не понимаю.

Новый автовокзал Тель-Авива - настоящий Миносский Лабиринт, даже местные жители нередко блуждают в нем по два-три часа. Только большой опыт путешественника помог мне довольно быстро найти свою платформу. Купив напоследок мороженого, я забрался на верхнюю палубу двухэтажного автобуса, занял переднее сиденье и покатил обратно в пустыню, чувствуя, что возвращаюсь домой. "Не забыть сказать Бене, если будет на автовокзале, пусть зайдет на первый этаж - там в зимнем саду такой классный древовидный папоротник" - подумал я, засыпая с палочкой от мороженого в руке. Ничто так не выматывает, как битвы с бюрократией.

Когда я проснулся, за окном мелькнул бетонный куб придорожной тюрьмы значит, Беер-Шеву давно проехали. Вдоль дороги тянулись щебнистые равнины и голые холмы - в эту часть Негева весна еще не добралась. Только у подножия горы, на которой виднелись колонны Авдата, древнего города набатеев, зеленело пятно травы - древняя система сбора дождевой воды все еще работала, хотя почти разрушена.

В Рамоне я сошел с автобуса, поскольку собирался заглянуть на местную биостанцию - центр по изучению грызунов. Его директор как-то подвозил меня из Эйлата в Хай-Бар и пригласил в гости.

Биостанция оказалась настоящим русским заповедником. Кроме директора, все шесть сотрудников и сотрудниц приехали из Совка. Не удивительно, что их рабочий день состоял из перекуров и чаепитий, хотя изучение грызунов все же шло достаточно неплохо. Как раз перед моим приездом ребята поймали под Ниццаной новый для Израиля вид гербиля (мелкой песчанки) - колонии этих зверьков с украшенными кисточкой хвостами разбросаны в Негеве повсюду, где есть хоть какая-нибудь растительность.

Наконец я добрался до Эйлата и позвонил Джин-Тонику.

– Вовка!
– закричал он.
– Как удачно, что ты приехал! Для тебя есть классная работа!

– И сколько там платят?

Он назвал цифру.

– Не может быть!
– это было больше, чем средняя зарплата по стране недостижимая мечта для иммигранта.

– Может-может. Там рабочий день четырнадцать часов. Русских, конечно, не берут, но я прикинулся американцем и сказал, что рекомендую им моего друга из Англии. У них начальник отдела кадров англичанин из Лондона, он сразу клюнул. Завтра у тебя с ним собеседование.

– Но у меня же в удостоверении личности написано, что я родился в Москве.

– Скажешь, что родился в Москве, а жил в Англии.

– Подожди. Как же я закошу под англичанина, если в жизни не был в Англии, а вешать лапшу на уши придется настоящему лондонцу?

– Ничего, у тебя язык хорошо подвешен. За такие деньги придется сыграть роль как следует.

– А акцент? Я же не так говорю по-английски, как ты!

– По документам ты уже год в Израиле, а русский акцент похож на ивритский. Все, хватит ныть, лучше подумай, что ты будешь о себе рассказывать. Жду тебя в десять утра у "Принцессы".
– И он положил трубку.

Я пошел на пляж, растянулся на горячем песке и задумался. На такой работе сумму, необходимую для поездки в Индию, я скоплю за месяц. Да и пора уже: скоро там начнутся муссонные дожди. Значит, надо побыстрее оформлять паспорт, потому что вот-вот придется уезжать.

Теплая волна ласково лизнула мне пятки. Прогулочные яхты, урча моторами, возвращались к пирсу. Горы слева понемногу заливались алой краской, а справа ползла на город густая синяя тень. В безоблачном небе проплыл к северу гусиный клин.

Я представил себе, каково сейчас в Москве. Если в Израиле зима теплая, значит, там наверняка холодная. Февраль - ледяные улицы, слякоть, позеленевшие без солнца рожи, чернуха в газетах... Но скоро и там начнется весна. И вообще, Россия - прекрасная страна, только народ сволочной, природа скучная и климат отвратительный.

Отправив открытку Ирочке, я пошел в избушку Центра Кольцевания, помог Реувену обработать вечерний улов (занятно было смотреть, как с каждой неделей одни виды мигрантов сменяются другими), а когда он уехал, лег на лавку и проспал до утра, рассчитывая, что "легенду" для отдела кадров придумаю в последний момент. Когда некуда деваться, всегда начинаю лучше соображать.

Все, кончаются знойные блядки,

Сладкий кайф на горячем пляжу.

Из субтропиков путь без оглядки

В полуночные страны держу.

И влечет меня к дому надежда,

Что забыть обо мне не должны,

Что все так же застенчива нежность

В ласках северной нашей весны.

Что не вся моя жизнь - дорога,

Что вернусь я в начало пути,

Что меня не прогонят с порога

А, быть может, предложат войти.

12. Официант

Люди холопского звания

Сущие псы иногда...

А.Н. Некрасов

Десятиэтажное здание гостиницы "Принцесса" торчало на берегу моря в семи километрах южнее Эйлата, прямо у КПП на египетской границе. По ту сторону КПП виднелась точная копия отеля - старая "Принцесса". Раньше граница с Египтом проходила на три километра южнее, за местечком Таба. Потом Египет через Международный суд в Гааге отсудил Табу со всей инфраструктурой, созданной израильтянами среди пустыни. Мистер Прикс, владелец отеля, бросил его и построил новый, а старым теперь командуют египтяне. Он отличается от нового только вдвое меньшей ценой, но народу там мало - реклама не так поставлена.

Что касается новой "Принцессы", то это самая дорогая гостиница в Израиле и одна из самых дорогих в мире, хотя даже в Эйлате есть три-четыре отеля с лучшим сервисом и удачнее расположенных. Цены на отели вообще редко совпадают с их качеством. Собственно, гостиницы Эйлата по-русски правильнее было бы назвать пансионатами или домами отдыха - сюда приезжают только для того, чтобы отдохнуть.

Начальник отдела кадров встретил меня радостной улыбкой:

– Приятно повстречать земляка! Давно из Лондона?