Чтение онлайн

— Никто не вернётся, госпожа баронесса — ни один не отказался от долгого пути из юнкеров в офицеры. Ничего удивительного в этом нет, господа — весь Раттанар рвётся служить в победоносной армии короля. Вербовочные пункты Раттанара переполнены желающими, и король приказал ограничить набор в армию из числа мастеров любых специальностей. Велес составляет списки, кого — не брать ни при каких обстоятельствах, кроме крайней на то нужды… Если все уйдут в армию, то кто же будет обеспечивать потребности населения? Оставшимся на гражданке мастерам придётся работать за двоих, чтобы не снижать уровня довоенного производства…

— Думаете, справятся, господин министр? — это в разговор вступил Тусон, прилюдно демонстрируя своему старому другу строгое соблюдение субординации. Причина для этого была — король, назначив Вустера министром, не повысил его в звании, и в подчинении у капитана теперь находились полковники, командор и генерал: такое вот щекотливое положение. И проявление Тусоном дружеских чувств со стороны могло выглядеть, как панибратство с низшим по чину начальником.

— Король надеется, что — да! Гечаур и Велес того же мнения. Будем на это рассчитывать и мы…

Двери обеденного зала распахнулись, и в них вошёл, почти вбежал, солдат в форме дворцового стража:

— У меня срочные донесения для министра Вустера и генерала Эрина!

— Что-то случилось с королём? — встревожился Эрин. — Беда?

— Я — с озера Глубокого! — солдат достал два свитка и протянул один Вустеру, другой — Эрину. — Лейтенант Илорин принимает бой против всей армии эрфуртарского Безликого! — и такая тоска прозвучала в словах вестника — мол, там дерутся, а ему письма возить — что казалось, солдат вот-вот расплачется от незаслуженной им обиды.

— Бой!? — Вустер быстро пробежал глазами короткую записку Илорина. — Вот как!.. Бой!..

Эрин тоже прочитал и двинулся к выходу из зала:

— Сообщу королю!

— Третье письмо — для короля! — прокричал ему вслед вестник. — Но, говорят, его нет в городе…

Эрин обернулся:

— Когда выехал с озера, солдат?

— Прошлой ночью, сэр Эрин!

— Меньше двух суток! Молодец, быстро добрался! Иди со мной — доложишь сам… Министр, вы идёте?

Не смотря на все попытки Василия, прямая связь ни с кем, кроме Эрина ему пока не удавалась. Срочность доклада и серьёзность положения, безусловно, требовали присутствия, при докладе королю, и Вустера, и вестника.

— Поднимайте роты, командор! От моего имени объявите общую тревогу по Раттанару: чтобы через два часа все были готовы к походу на север! Эх… — и Вустер кинулся догонять Эрина.

Тусон, Яктук и Тахат уже покидали обеденный зал баронессы, когда заметили бесчувственную Сулу.

— А с ней-то что? — командор и не подумал задерживаться.

— Обморок… — отозвалась дама Сайда. — Как услышала про бой, так и упала…

— Вы, обе, — на ходу бросил Яктук Сальве и Огасте, — занимайтесь подругой! И чтобы в расположении роты я ни одну из вас не видел! Хоть сейчас-то не путайтесь под ногами…

— Прошлой ночью… — пробормотала Сальва. — Жив ли ещё?

— Тш-ш-ш, — шикнула на неё Огаста. — При Суле — никаких сомнений, что — жив…

На лестничной площадке никого не было, не было ни души и внизу, в вестибюле, и для экономии времени Эрин вызвал Василия, едва вышел из зала, только предусмотрительно закрыл двери. Связь с королём установилась сразу: Василий словно ждал вызова Эрина, и изумлённый вестник увидел прозрачную фигуру короля над уходящей вниз лестницей.

— Что случилось, генерал?

— Пустоголовые атакуют из Эрфуртара: прошлой ночью Илорин встретил их на берегу Глубокого…

— Вестник? — король увидел позади гнома дворцового стража. — Докладывай!

— Письмо Вашему Величеству от господина…

— Читайте, сэр Эрин!

«Ваше Величество! — писал Илорин. — По донесению разведчика из команды полковника Джаллона армия пустоголовых движется по льду на наш берег», — дальше кратко указывалась численность наступающих войск и примерный план битвы. Таких писем Илорин написал три, и они ничем не отличались одно от другого. Разве что — адресатами: король, министр, генерал…

«— Как же ему, наверное, было страшно, сир! — воскликнула Капа. — Шансов-то выжить — никаких…»

«— Да, смелый мальчик… Там, ведь, ещё и Бальсар, Капа! Бальсар! Бальсар там!»

— Где разведчик Джаллона, солдат?

— Н-не знаю, сир, остался там, наверное — чтобы сражаться…

— Вы понимаете, Вустер, что это значит? Впервые за всё время мы узнали о приближении Безликого раньше, чем его увидели. Как разведчику удалось предупредить Илорина? Почему он не пропал бесследно, как все разведчики до него? Приказ по войскам: разведчикам Джаллона в битвах участия не принимать, разве только — спасая собственную жизнь. Нет ничего важнее для них, и не может быть ничего ценнее, чем те сведения, которые они несут. Приказ — немедленно. Что предприняли, господа?

— Я объявил тревогу, сир, с готовностью к выступлению через два часа…

— Куда выступаете?

— На озеро Глубокое, сир!

— Выступление отставить — ваша задача защитить и сохранить Раттанар. Наших войск и вполовину нет от армии Безликого. Хотите по частям всю нашу армию положить? Конные заслоны отправить на север — из самых лучших солдат и самых быстрых. В бой пусть не ввязываются: их задача — успеть предупредить армию о подходе Безликого. Пошлите за Паджеро и Ларнаком — пусть поторопятся. Всем ждать их подхода под стенами города. Я выезжаю к армии тот час же…

Король, как и обещал, ранним утром следующего дня был уже в расположении своих войск. За прошедшую ночь он заметно осунулся и приобрёл явно нездоровый вид. В лихорадочно блестящих его глазах любой мог увидеть не только усталость, но и страдание, и боль. Судьба дворцовых стражей, каждого из которых он хорошо знал в лицо и помнил памятью Фирсоффа, судьба Илорина, судьба сапёров-магов и, главное, судьба Бальсара, сильно тревожили короля во время долгой бешеной скачки назад, в столицу. Как тревожили его и судьба Раттанара, и судьба Соргона… Поэтому, едва покинув седло и передав повод Грома коноводу, Василий приказал созвать военный совет.

С войсками, оказалось, дело обстояло не настолько плохо, как решил король накануне. Узнав о грядущем повторном нападении на столицу лысого табуна, защищать Раттанар поднялось всё население города. На стены вышли даже женщины и дети, заняв место рядом с раттанарскими мужчинами, и командовала этой разнородной армией из неумелых жителей сама королева. Её сотня стражей заняла башни Скиронских ворот, в одну из которых принесли для королевы удобное кресло.

Тут же находилась и Апсала, а белые сутаны жриц Матушки были хорошо заметны среди усеявших стены горожан. Под лазареты высвобождали ближние к городской стене дома, и хозяева обижались, если в плане Апсалы не появлялась пометка: дом такой-то, можно разместить с десяток раненых. Нет, города Безликому было не взять! Но вот встретить его в поле, чтобы разбить наголову — тут силёнок, и впрямь, королю не хватало. Даже если вывести на ратище всю квартальную охрану — вместе с ротами Тусона да гномами Эрина едва-едва тысяч десять наберётся, всего лишь половина от войска пустоголовых: надеяться, что слабый отряд Илорина мог нанести большой урон Безликому никак не приходилось.