Чтение онлайн

— Это я не хочу!? Сир!!!

— Не надо, барон. Вы — советник короля. Это не значит, что вы должны узнать любыми путями, чего именно хочет король, и затем посоветовать ему — сделать так, как он хочет. Чтобы советовать королю, вы должны знать о деле, по которому советуете, не меньше короля… А то и — больше. Как же иначе советовать?

— Но Вы, сир…

— Хотите сказать, что наше положение сходно? Вовсе нет. Я, как вам известно, не советник короля. А потому не даю советов. Я приказываю, барон… Но приказываю не от фонаря, не с бухты-барахты, не по капризу своей левой ноги… Я приказываю делать только то, что сделать необходимо, без чего победа не состоится либо будет оплачена слишком дорогой ценой, — Василий встал и заходил по кабинету. — Не думайте, что всё так просто: я сказал, и побежали исполнять. Нет, барон. От людей нельзя требовать невозможного — они не подчинятся. Невозможное совершают добровольно, по зову души, по зову сердца… И только тогда, когда нет выбора…

— Выбор есть всегда, сир. Илорин, например, мог отступить…

— Нет, барон, не мог. Есть такие понятия, как долг и честь. И они сильно ограничивают выбор у того человека, который следует им в своей жизни. Не мог Илорин отступить, запустив Безликого в Раттанар. Он должен был сделать всё, что было в его силах, чтобы не пустить, или хотя бы ослабить врага. И выиграть для нас время… Вот так и совершается невозможное. Не каждый способен на это, но мы учимся, мы развиваем умение исполнять свой долг, как и умение не совершать бесчестных поступков. Илорин был готов пожертвовать собой ради долга, и каждый его солдат, видя эту готовность командира, последовал его примеру. Долг и честь, барон! Долг и честь! Поэтому, стремясь к власти над людьми, нужно чётко себе представлять, как далеко вы сами способны зайти. Вы понимаете меня, Геймар?

— Вряд ли я бы остановился, если бы даже пришлось повесить каждого сотого из моих подданных…

— Значит, не понимаете. Жаль. Я не о расправах вам говорю. Знаете ли вы границу, до которой дойдёте сами — ради народа, подвластного вам? Готовы ли выкупить у Судьбы его благополучие ценой собственной жизни, собственной головы? Один мой друг так учил меня: если ты не готов за свои убеждения, за своё дело в любой момент заплатить своей кровью, то или убеждения твои ничего не стоят, либо ты сам ничего не стоишь, либо и то, и другое ничего не стоит. Вы, бароны, как раз и не понимаете, что власть имеет обратную сторону: тебе будут подчиняться до тех пор, пока ты сам подчиняешься необходимости. Король — не всевластный бог! Король — главная жертва на заклании во имя процветания государства!..

Астар и Готам переглянулись: у обоих мелькнула мысль, что не напыщенного Геймара поучает сейчас король — по лицу советника было видно, что ни одно слово Василия не затронуло чёрствого сердца упрямого барона — а объясняет своему вице-королю те тонкости и нюансы власти, которые уже успел прочувствовать на собственной шкуре. Василий просто делился своим опытом недолгого правления с теми, кто такого опыта не имел. Говорил король ещё долго, и Готам, которого этот разговор касался в меньшей мере, чем Астара, не пропустил ни единого слова короля.

Потом приехали Брей, сын Готама, и Котах. Они и были теми людьми, которых ждали в кабинете у короля. Собственно, задание у Василия было для Котаха, но тот, вместе с остальными пятью бывшими разбойниками, служил под началом у Брея, а через голову командира король действовать не хотел. Котаха, после обмена приветствиями, он сразу ошарашил вопросом:

— Сэр рыцарь, считаете ли вы, что все ваши долги народу Скиронара уже уплачены?

Котах побледнел, и шрамы, полученные в бою под Скироной, проступили на лице багровыми рубцами.

— Сир, я… Мне…

— Я задал вам этот вопрос, потому что хочу знать: любое ли задание вы готовы выполнять, или только на поле боя, лицом к лицу с явным врагом? Не торопитесь с ответом: моё задание может оказаться неприемлемым для вас, для ваших понятий чести. Я не неволю вас: вы вправе отказаться от него, но я не знаю ни одного человека, который бы лучше подходил, чем вы.

— Задание связано с моим прошлым? — Котах спросил глухо и как-то потеряно.

— Лишь частично. По дороге в Скирону мы столкнулись с людоловами. Вам знаком такой способ зарабатывать деньги?

— Слышал, сир. Но я…

— Я понимаю, что вы не занимались подобным промыслом. Но мне сказали, что в Скиронаре людоловами леса кишмя кишат. С этим я и обращаюсь к вам. Можете ли вы, используя свой прежний опыт, свои прежние знакомства, очистить леса Скиронара от этой пакости? Я думаю, что и другие королевства страдают тем же недугом.

— Сир, вы же видели герб, которым наградила меня шкатулка сэра Эрина. Разорванная бандитская маска и девиз: ЖИВУ БЕЗ МАСОК. Весьма остроумно и двусмысленно. Если людоловы поставляют лысых для Безликого, то я… Я воюю с Масками, сир, а, значит, и с людоловами. Кому я буду подчинён?

— Военному министру непосредственно. К вам в руки могут попасть очень важные сведения, поэтому — и начальнику разведки полковнику Джаллону. Вас свяжут с его людьми, или он сам с вами встретится.

— Что мне делать с пойманными людоловами?

— Допросить, и по степени вины… Хотя, какая там может быть степень, кроме высшей… Решайте сами, сэр Котах…

А ночью молчавшая весь день Капа решила поболтать:

«— С началом охоты на козлов, сир!»

«— Не понял, извини».

«— Сколько сегодня было козлов? Начальник школы — раз. Мы его — ба-бах! Лжесвидетели — я их даже не сосчитала — два. Их тоже — ба-бах! Крейн — тот ещё козёл! И его — ба-бах! Геймар — козёл неисправимый, но вывернулся, гад. Ничего, от нас не уйдёшь. Когда-нибудь и его — ба-бах!»

Утро короля началось с вороха новостей самого разного качества. Были новости хорошие, были и плохие. К плохим король сразу отнёс прорыв конницы пустоголовых через аквиннаро-хайдамарскую границу. Это означало, что Разрушитель сохраняет надежду на перелом войны в свою пользу, и следовало ожидать новых от него сюрпризов, вплоть до применения неизвестных видов оружия. Куда мог направляться этот отряд? Какова его цель?

Королю покоя не давал вопрос, почему белое пламя больше не используется? Судя по всему, его запасы были размещены во всех королевствах Соргона, как гарантия лёгкой победы над сторонниками погибших королей. Если считать, что аквиннарский запас был истрачен на сожжение города, раттанарский — благополучно спален Бальсаром вместе с армией Безликого, хафеларский всё ещё находился на территории Хафелара, то опасаться стоило использования огненных запасов в Скиронаре, Хайдамаре и Эрфуртаре.

К тому же, не закрытые границы Хайдамара с Рубенаром и Шкодераном, и почти прозрачные — Аквиннара с Тордосаном и тем же Рубенаром делали вполне вероятной доставку белого пламени практически из любого королевства, занятого Разрушителем. Был ли этот опасный груз у прорвавшихся конников? Или их задача — достать из тайников спрятанное пламя на территории Скиронара и Эрфуртара? Куда двинется враг, скрывшийся в лесах Аквиннара? На какую территорию будет пробиваться? Или у Разрушителя другие соображения?

Всё же медленно работала каменная связь. Пока дозовёшься… Пока передашь, через посредника в Горе, указания… Пока получишь ответ… Пока… В общем, не телефон это, и не радио. Разрушитель всё ещё имел информационное преимущество, и скорость реагирования у него была практически мгновенной.

«— Сир, Вам звонят!»

«— А!? Что!? Кто!? Куда!?»

«— Эрин добивается разговора. Пущать наружу, или унутре поговорите? В голове, то есть…»

«— А, пущай наружу, пока никого нет. Да, и не входит ко мне в спальню никто без спроса».