Чтение онлайн

— Простите, ваше высочество, мне необходимо было отлучиться, — она переводила взгляд с Эроны на чародея. — Надеюсь, принц Ориол не позволил себе ничего…

— Не позволил, — принцесса поднялась, не глядя на мужчину. — Можешь быть свободна, Серпента. Спокойной ночи, принц.

— Отведи меня к Маргриту, — потребовал Серп, стоило им с чернокосой покинуть покои Эроны. — Или лучше к Харьеру.

— Они сейчас заняты. Но я передам, что ты желаешь поговорить. Что-то случилось? — Змейка оставила свои улыбочки и ужимки, говорила серьезно.

— Мне срочно нужно увидеться с кем-то из них. А уж они пусть рассказывают тебе, коли захотят.

— Как угодно, — не стала спорить девушка. — Твою просьбу передам незамедлительно. Жди у себя.

Ждать чародею пришлось недолго. Только он с кубком вина устроился в кресле у камина и погрузился в раздумья, вытянув ноги к огню, как в дверь постучали, и вошел Маргрит.

— Сумел что-то выяснить? — помощник Харьера сразу приступил к делу. — Серпента сказала, ты был заметно взволнован, — мужчина, повинуясь жесту чародея, уселся в кресло напротив и покачал головой, отказываясь от предложенного вина.

Серп оставил свой кубок и рассказал о странном наваждении, подробно описав ощущения, но ни словом не помянув Иволгу.

— У тебя сильно развито чувство долга, — заметил Маргрит, откидываясь на спинку и задумчиво разглядывая собеседника. — Совладать со столь сильным желанием не каждому под силу.

— Я предпочитаю находиться в пыточной в роли палача, — невесело усмехнулся чародей.

— Почему ты так уверен, что это были чьи-то козни? Тебе приходилось влюбляться?

— Нет, — заявил Серп, чувствуя, как отчего-то начинают пылать уши.

— Как же ты можешь быть уверен, что это не любовь? Наверняка ведь слышал баллады. Может, и стихи читать приходилось? Каждый второй бард, говоря о любви, твердит о наваждении, о невозможности противиться ее силе.

— Ты сам-то влюблялся? — вспылил Серп. — Или тоже по книжкам судишь?

— Бывало, — улыбнулся Маргрит. — Иной раз в самом деле не отличишь от злокозненных чар. Поэтому в некоторых странах привлекательных женщин часто объявляют ведьмами. В том же Оксисе…

— Здесь что-то другое, — перебил Серп. — Принцесса тоже действовала против воли.

— Светлое Солнце! Эрона — девственница! Ты что, не знаешь, как они любят ломаться? Делать вид, что близость им противна и страшна?

— Со мной не ломались, — фыркнул чародей, снова вспоминая Иволгу.

— Ты получил от нее силу?

— Да, но…

— Какие могут быть "но"? Ты черпаешь силу из плотского наслаждения. Здесь-то тебя не обмануть! Говорила она одно, чувствовала совсем другое. Да и вела себя, судя по твоему рассказу… Юная девочка, неопытная, страстно влюбилась. Как не списать неподобающий порыв на какое-то наваждение?

— Хорошо, допустим, ты прав, — Серпу не хотелось пускаться в длинные объяснения, говорить, что плоть слаба, что заставить ее трепетать от наслаждения не так уж трудно, нужно лишь уметь. А он из-за своего источника умеет это лучше многих, и руки его давно научились действовать сами по себе, без веления головы или сердца. Убежденность Маргрита к тому же давала шанс на быстрое обретение свободы. Харьер не потерпит, чтобы внучка бросалась на палача с вполне определенными намерениями. Что до странного наваждения, о нем непременно нужно будет сообщить Илексу. Уж он-то поймет, раз тоже черпает силу из жара плоти. — Нас обоих внезапно поразила глубокая взаимная любовь. И что теперь делать? Как я могу дальше выполнять задание, не подвергая риску себя и принцессу?

— Для принцессы-то какой риск?

— Она вряд ли обрадуется, когда узнает, кто я на самом деле.

— К чему ей об этом узнавать?

Серп огорошенно уставился на Маргрита. Тот улыбался спокойно и уверенно, а в спину чародею будто дохнуло холодом. Вот тебе и свобода! Или, сам того не подозревая, Серпилус случайно обнаружил главного заговорщика?

— Что ты имеешь в виду? — спросил чародей, взяв себя в руки.

— Серпилус, я думаю, ты догадываешься, — губы помощника Харьера скривила усмешка, почти такая же змеиная, как у Серпенты. — У тебя появилась отличная возможность стать мужем Эроны.

— Это проверка? — вкрадчиво поинтересовался чародей. — Если да, то довольно топорная.

— Ты же можешь отличить правду от лжи. К чему какие-то вопросы? Отвечу все же. Да, это проверка.

— Лжешь… — Серп вовсю напрягал чародейское чутье, пытаясь обнаружить подвох. Какой-то хитрый амулет, неизвестная волшба? Ничего не было. Маргрит оказался чист, лишь один из его перстней служил для определения правдивости слов собеседника. — Значит, это не проверка. Это и есть тот самый заговор.

— Побежишь рассказывать Харьеру? — спокойно осведомился мужчина.

— Нет. Ты меня заинтересовал. Хотелось бы узнать о твоих планах подробнее, — ничуть не покривил душой чародей.

— Видишь ли, Серпилус, сейчас я обладаю властью почти королевской, поскольку Харьер стар и во всем полагается на меня. Но как только Эрона выйдет замуж и получит корону, я потеряю свое положение. Она станет править сама, возможно, с помощью мужа. Я подумал, что ты, став супругом принцессы, не забудешь моих услуг и оставишь при себе.

— Полагаешь, я захочу делиться властью?

— Ты чародей, а по совместительству еще и палач. Если и ухитришься захомутать девчонку без моей помощи, я легко спихну тебя, раскрыв тайну.

— А если я, женившись на принцессе, устраню тебя?

— Зачем? У тебя не будет причины делать это. Власть я смогу удержать, лишь оставаясь при тебе. Я-то не могу стать мужем принцессы, происхождение не то. Значит, я сам заинтересован в прочности твоего положения.

— Хм, убедительное обеспечение, — кивнул Серп. — Но ничего не выйдет. Мне не скрыть свою одаренность. Брачный обряд должен совершать чародей, и он сразу поймет, кто перед ним.

— Тут нам повезло. Харьер хочет, чтобы внучку сочетал браком, а потом и короновал его друг-чужеземец. Наместник пользуется уважением и доверием Альнуса, главного чародея Пиролы. Значит, его желание будет…

— Кстати, а как посмотрит на твой план Харьер? — перебил Серп.

— Не все ли равно, как он посмотрит, будучи в новом воплощении? — подмигнул Маргрит.

— Ты собираешься убить его?

— Глупый вопрос, Серпилус, — скривил рот мужчина. — Так вот, у меня в дальних странах тоже есть приятели-чародеи. И один из них прекрасно справится с ролью друга Харьера. Старика все равно никто в Регисе не знает в лицо.