Чтение онлайн

Проговорив все, женщина села, а я в предвкушении потерла ладони, словно уже держала в руках письмо, а лучше бы и посылку в придачу.

Отчего-то захотелось коробку конфет или упаковку Никейских вафель с шоколадом. А еще я бы не отказалась от теплых перчаток из шерсти вильмара и от шапки из меха этого же зверька. Ну очень теплые вещицы, да еще и непромокаемые, что на севере весьма важно.

Письмоноши есть не стали. Видимо, прибыли на место уже сытые. Посидели, дождались, пока практиканты закончат с завтраком, а затем поднялись с мест, вышли в центр зала и встали так, чтобы их видели все, кто присутствовал внутри.

Один из мужчин достал свиток. Встряхнул его, раскрывая, и начал читать.

Фамилии шли по списку. Когда названный поднимался, ему отдавали письмо и приходил черед следующего.

Я с нетерпением ждала, когда же прочтут мое имя. На букве «В» правда невольно замерла, но имя Марка не прозвучало и молодой боевик покинул зал торопливым шагом. Катерина тоже письмо не получила, зато ее ждала посылка. А вот я бы предпочла новости из дома, а потому, когда в воздухе прозвучало мое имя, живо подпрыгнула и направилась к письмоношам.

– Госпожа Александра Туманова? – взгляд мужчины, державшего в руке толстый конверт, скользнул по моему лицу.

– Это я, - ответила быстро.

Он широко улыбнулся, разглядев нетерпение в моих глазах, и отдал письмо.

Я схватила конверт, быстро поблагодарила письмоношу и зачем-то оглянулась на Джурича, который уже поднялся из-за стола, но задержался, разговаривая с Соколовым.

Письма ему не было, да я и не удивилась. Все, о чем я мечтала, это прочитать свое.

Мужчина повернул голову в мою сторону, будто бы услышав мои мысли, и кивнул. А затем подняв руку показал пять пальцев, и я с благодарностью ответила улыбкой, потому что поняла, что он дал мне время до нашего занятия, чтобы я прочитала новости из дома.

Нет, я конечно же, потом перечитаю письмо снова и снова. И напишу обязательно ответ. Но сейчас взгляну хотя бы глазком и прочту столько, сколько успею.

Покинув зал, миновала темный коридор, в котором когда-то застала Марка и Наталью целующимися, направилась дальше, туда, где находилось окно с широким подоконником и уже там, встав лицом к окну, вскрыла конверт, безжалостно разорвав край дорогой бумаги с вензелем своего рода.

Руки отчего-то задрожали. Наверное, сказалось волнение, ведь я еще никогда не была так далеко от своей семьи. Даже когда жила в общежитии в академии, отлично знала, что дом и родители рядом. Что стоит лишь вызвать экипаж и буду дома, где и стены родные, и лица любимые.

Внутри конверта нашла два письма. Одно было от отца, а вот другое от Алеши и именно его я прочитала первым, потому что оно было с любовью украшено его рисунками. Меня тронули до слез собственный портрет, написанный рукой мальчика, и пейзаж с нашим домом, перед которым опять же стояла я, вся такая красивая, с кружевным зонтом в руках и в летнем платье.

Письмо от Алексея было коротким. Скучаю, целую, люблю. Зато с множеством вопросов о том, нравится ли мне на севере? Как скоро вернусь домой? Видела ли я снежных драконов и многое другое в стиле любопытного братца.

Улыбнувшись, отложила письмо младшего и взялась за послание отца.

Он писал о том, что они все очень переживают из-за меня. Что матушка целую неделю после моего отъезда пила успокоительные травы и что к нам наведались Вознесенские. Дескать, они пытались заверить отца, что Марк непременно одумается и что на севере он поймет, какая Александра, то есть я, прекрасная девушка и, возможно, что мы с княжичем вернемся назад уже парой, готовой отправиться под венец.

Я невольно опустила глаза и подумала о том, что напрасно Вознесенские лелеют надежду на наш союз. Мне кажется, Марк решил все окончательно для себя и для меня. Впрочем, я была на него так зла, что и сама более не рассматривала данный союз как удачный.

– Туманова?

Голос раздался прямо за спиной, и я едва не выронила из пальцев письмо.

– Я дал вам пять минут, и они прошли, - заявил горец.

Сложив письма в конверт, развернулась к Джуричу ответив:

– Я готова, господин капитан.

– Отлично, - только и сказал он, а затем шагнул вперед и мне ничего не оставалось, как последовать за ним прочь из здания, на заснеженный полигон.

**********

– И что, Тиян, ты совсем ничего не помнишь? – спросил командующий, стараясь придать голосу дружелюбия и несвойственной мужчине мягкости.

Мальчик посмотрел на высокого Воронцова и повернул голову в сторону Лиры, ожидая, пока старшая целительница переведет вопрос.

– Эт на, - ответил мальчик. Я, сидевшая подле одного из джарганских малышей, незаметно для себя прислушивалась к разговору и уже даже без перевода Дельмар поняла, что мальчишка сказал: «Нет».

– У меня такое ощущение, что с его памятью поработали, - сказал Джурич, пристально глядя на мальчика, который немного поежился от излишне пристального взгляда горца. Казалось бы, они оба, и маленький, и старший, принадлежали к одному народу, но мальчишка остерегался высокого капитана. Не доверял.

Я следила за ребенком, пытаясь понять, что меня невольно настораживает, и пока не понимала.

Опустив руки, шевельнула пальцами, а затем и вовсе встряхнула ладонями, сбрасывая усталость. Оставалось доработать на сегодня еще совсем немного, а мне казалось, будто меня выжали, как сочный фрукт для создания сока, оставив только пустую оболочку.

«Еще один малыш и буду заканчивать, - велела себе. – Иначе Лира с меня шкуру спустит!» - отчего-то мне казалось, что она из тех женщин, кто не бросает слова на ветер. А Дельмар в прошлом нашем обсуждении методики лечения детей дала четко понять, что мне не видать хороших оценок, если не буду щадить свою силу. Нет, она, конечно, была права. Но мне так отчаянно хотелось помочь детям и пока не получалось. Создавалось впечатление, будто я выливаю свою магию в сосуд с пробитым дном. У детей наблюдалось слишком незначительное улучшение и мне казалось, что надо принимать более серьезные меры, иначе, одни боги знают, сколько они вот так могут проспать. И проснутся ли вообще.

Я укрыла поплотнее малышку одеялом и поднялась на ноги. Оглянулась на госпожу Дельмар, которая отпустила Тияна и теперь с вопросом во взоре смотрела на мужчин, стоявших напротив.

– Я бы хотел применить к нему силу, - осторожно начал капитан. – Стоит попробовать пробиться в его сознание и узнать, что на самом деле произошло в деревне и куда подевались все взрослые.

Я перевела взгляд на Джурича, заметив, что он следит за передвижением мальчишки. Наверняка, тоже что-то чувствует. Интересно, что? Возможно, он просто лучше знает свой народ, подумалось мне и отвернувшись, присела рядом с маленькой девочкой, темноволосой и бледной.

Устроившись на табурете, откинула немного одеяло, обнажив шею и ключицы девочки. Затем протянула руки, раскрыла ладони и принялась вливать в бездвижное тело силу, отдавая свое тепло и жизненную энергию.

Уже через пять минут на щеках у ребенка проступил румянец, но меня это не обрадовало, потому что и вчера, и два дня, даже три назад, эффект был аналогичный, но как оказалось, увы, временный.

– Достаточно, Туманова, - рука Лиры опустилась на мое плечо, и я невольно вздрогнула, оборвав поток энергии и осознавая, что не заметила, когда женщина ко мне подошла и когда из лазарета успели уйти Воронцов и Джурич. Значит и вправду пора заканчивать, если стала немного терять связь с реальностью. Мне нужны горячая еда и отдых.