Чтение онлайн

– Смотри, медвежата! – тихо сказала Тоди.

– Медвежата означают, что здесь их мать. Мы должны немедленно уходить! – ответил Сареф.

Он протянул Тоди руку, но было уже поздно. Взрослая медведица встала из кустов, метрах в десяти от Тоди. Мать-медведица осмотрела их обоих и зарычала. Медвежата всполошились и бросились к ней. Слыша рычание медведицы, Тоди замерла от страха. Она почувствовала, как её ноги онемели, и она не могла пошевелиться. Потом она услышала, как Сареф издал громкий крик, и увидела, как он бросился наперерез, чтобы оказаться между ней и медведицей. Медведица бросилась вперёд, и хотя Сареф весил не меньше её, она свалила его на землю и оказалась над ним. Тоди издала вопль страха, но Сареф не собирался так легко сдаваться. Он быстро бил и лягал медведицу, запутывая её и сбивая её атаки, пока один из взмахов её лапы не пришёлся ему по шее. Тоди видела это и поняла, что это случилось из-за того, что левая рука Сарефа потянулась за кинжалом. В следующую долю секунды он вонзил кинжал медведице в основание шеи, прямо над ключицей, и удержал кинжал в теле.

Внезапно Тоди поняла, что больше не была парализована страхом. Она сняла со спины арбалет, ступила в стремя, натянула тетиву и подбежала поближе, чтобы увереннее прицелиться. Примерно в пяти метрах от Сарефа и медведицы она упала на колено и положила стрелу в канавку. Сареф продолжал драться с медведицей на земле, и Тоди боялась стрелять. Слёзы катились из её глаз, и она чувствовала, что её руки устают держать арбалет навесу. Как будто почувствовав это, Сареф ударил медведицу ногой и коленом в живот, а затем сгруппировался и толкнул её обеими ногами вверх. Застигнутая врасплох, медведица встала на задние лапы, и Тоди всадила стрелу ей прямо в грудную клетку. Медведица отошла на пару шагов назад, рыча, и этого оказалось достаточно для Сарефа, чтобы подняться на ноги и наброситься на неё. Он всадил свой кинжал в её горло, пониже подбородка. Он использовал всю свою массу, чтобы опрокинуть медведицу, а когда она упала, он прижал её к земле, навалившись всем своим весом на рукоятку кинжала. Медведица перестала шевелиться, а потом и дышать. Сареф ещё раз ударил её ногой в живот, но туша была мягкая и безжизненная. Медведица была мертва. Он сел, вытер кинжал об траву и убрал его в ножны. Тоди повесила арбалет за спину и ждала указаний.

– Тебе придётся меня зашить, – сказал он, не поворачивая головы.

– Мне что? – ахнула Тоди.

– Она порвала мне шею, – объяснил он. – Подойди и взгляни. Насколько всё плохо?

Тоди бросилась к нему и взглянула на глубокий порез над ключицей, который он обнажил из-под куртки. Лоскут кожи свисал, и кровь лилась из его шеи. Тоди упала на колени, сжимая одну руку в другой, в отчаянии.

– Насколько плохо? – переспросил он.

Она молча подняла три пальца, показывая длину пореза. Сареф вынул запечатанный пакет первой помощи из нагрудного кармана, разорвал упаковку, прижал тампон к ране и забинтовал, как мог.

– Разожги костёр, – сказал он затем.

– Прости, что? – она не могла поверить услышанному.

– Да, принеси хвороста, который видно отсюда, сложи его в костёр и разожги огонь. Положи сухие сучья снизу, а стволы потолще и влажные сверху, чтобы дыма было побольше. Мы хотим, чтобы хищники не приближались сюда.

– А, поняла! – осознала она, что он имел в виду.

Когда всё было сделано, и поблизости начал разгораться костёр, Сареф встал.

– Пошли, – сказал он. – Не дай мне потерять сознание в лесу. Врядли я потеряю его, но помни об этом по пути. Если я упаду без сознания здесь, мы оба умрём.

Тоди всхлипывала всю дорогу до хижины, которая показалась длиной в вечность. Когда они, наконец, вернулись, Сареф начал снимать куртку и рубашку. Тоди придержала их полы и помогла ему снять рукава. Левая сторона его рубашки пропиталась кровью, и её руки начали дрожать. Она почувствовала тошноту и её сердце забилось чаще.

– Принеси оливково-зелёный баул со словами 'Первая помощь' из внутреннего кармана моего рюкзака, – сказал Сареф.

– Несу! – воскликнула Тоди.

Она вернулась с необходимым, спустя секунду, хотя ещё не умела читать.

– Теперь разведи огонь в плите и вскипяти воды, пока мы заняты.

Пока она высекала огонь, Сареф вытер кровь с рук и расстегнул баул. Тоди вернулась и глазами следила за его действиями.

– Вот бутылка со спиртом для обеззараживания, – сказал он. – Вот пузырёк йода для ещё лучшего обеззараживания вокруг раны. А вот бинт и ватные тампоны, для перевязки. Иглы и нитки в этой коробке. Вот зажим и ножницы. Самое сложное в том, что ты никогда не зашивала рану, и кровотечение усложнит твои действия. Я должен буду встать, чтобы уменьшить кровотечение. Тебе тоже придётся встать на скамейку, чтобы твои руки были выше моих плеч. Ты готова?

– Не знаю, – призналась Тоди. – Шить так же, как одежду?

– Да… дружок, точно так же, – Сареф улыбнулся. – Ты будешь делать всего один стежок и завязывать узел. Протыкай кожу у конца пореза, с одной стороны, а потом с другой. Оставляй достаточно нитки, чтобы завязать узел, не слишком туго на коже, но туго на нитке. Когда завязала, обрезай нитку над узлом и повторяй всё в пяти миллиметрах дальше по порезу. Ты готова?

– Готова, – всхлипнула Тоди. – Должна быть.

– Тогда начинай. Сними рубашку. Вымой руки с мылом. Не вытирай их полотенцем, просто обтряси их и используй спирт на пальцах и ладонях. Давай!

Тоди подчинилась. Когда она была готова, Сареф продолжил: «Теперь вдень нитку в иглу».

Постоянно поглядывая на Сарефа и видя, как он стоит, расставив ноги шире, чем обычно, опираясь на стол правой рукой, Тоди понимала, что ему больно. Она старалась не давать рукам дрожать, но это было сложно. У неё заняло несколько попыток, вдеть нитку в кривую иглу.

– Умница, – сказал он, когда ей удалось. – Теперь возьми её в зажим. Просто открой и сожми ручки, пока не запрутся. Хорошо. Вставай!

Тоди взобралась на скамейку. Сареф размотал бинт, по-прежнему прижимая тампон к шее, а потом он открыл ещё один пузырёк правой рукой. Он наклонился и вылил немного жёлтой жидкости из пузырька в рану и вокруг неё и вытер кожу от крови.

– Кровь свёртывается, густеет уже?

– Да.

– В ране есть что-нибудь постороннее? Земля? Сосновые иголки? Трава?

– Нет, ничего!

– Хорошо. Шей первый стежок. Ты можешь опираться на меня, если нужно, но не давай каплям слёз или пота попасть в рану!

Он упёрся обеими руками в стол и наклонил голову вправо.

– О, боже! – Тоди набрала полную грудь воздуха. – Сейчас сделаю!

Как она всегда шила порванную одежду, она нашла самую удобную позу и вонзила иглу в кожу Сарефа. Она почувствовала, как он напрягся и задержал дыхание, и она поняла, что ему было больно. Она закусила губу и завязала узел.

– Готово, – прошептала она.

– Умница, – ответил он. – Жди.

Сареф встал и потянул за нитку вверх и вниз.

– Чуть слабовато, – спокойно сказал он. – Этот годится, но следующий завяжи чуть туже над кожей. Хорошо?

– Сделаю, – всхлипнула Тоди.

– У тебя получается, – улыбнулся он. – Следующий!

Он снова опёрся на стол, и Тоди завязала второй стежок.

– Этот потуже, – прошептала она.

– Я чувствую. Просто продолжай.

– Кровь идёт, – отметила она.

– Вытри её свежим тампоном, пропитанным жёлтой жидкостью, – велел ей Сареф.

Она заметила, что его руки тоже дрожат. На удивление, это придало ей уверенности. Спустя минуту, Тоди зашила всю рану. Ощупав её, Сареф сел и попросил зеркало. Он осмотрел шов, прижал к нему другой тампон и снова улыбнулся.