Чтение онлайн

Три громких выстрела прозвучали один за другим.

– Всё кончено, – громко сказал он. – Пошли.

Тоди подобрала тележку и последовала за ним. Теперь на земле лежали три мёртвых медвежонка. Она глубоко вздохнула, чтобы прогнать слёзы.

– Я тоже не желал зла медвежатам, раз они нам не вредили, – сказал Сареф голосом, которого Тоди от него никогда не слышала. – Но мы оба знаем, какая судьба ожидала их. Быстрая смерть гораздо лучше, чем нестерпимая боль и страх от голода или зубов хищников. Пора грузить их всех на тележку. Подвези её прямо сюда и поставь задом прямо перед медведицей.

– Как ты собираешься это сделать? – изумилась Тоди.

– Верёвкой и рычагом, – объяснил Сареф. – Иди сюда. Нам надо сделать импровизированную лебёдку.

Он прошёлся по лесу поблизости и срубил пару молодых деревьев. Тоди поняла, что он в них искал: крепкую развилку, где ветка почти такой же толщины, как и ствол, росла под тупым углом к нему. Он принёс оба ствола обратно к тележке и связал их противоположными концами в разные стороны. Потом он обвязал верёвку, которую принесла Тоди, вокруг передних лап и шеи медведицы. Тоди начала догадываться, видя приготовления Сарефа. Она поняла, в чём состоял его план, когда он привязал другой конец верёвки к ближайшему дереву, которое росло по другую сторону от тележки, а затем обернул середину верёвки вокруг своей самодельной лебёдки.

– Иди, помоги мне её подтянуть, – позвал он. – Ты и я будем наматывать верёвку на эти вилки, используя стволы как рычаги. Готова?

– Да! – просияла она. – Начнём?

– Давай, – ответил он.

Они потянули, чтобы сделать первый виток. Сначала было просто, но как только верёвка натянулась, потребовалось больше усилий. Они тянули, и к изумлению Тоди, туша медведицы начала двигаться вперёд, на тележку, по мере того, как верёвка наматывалась на лебёдку. Им пришлось постепенно отступать к дереву, и, в конце концов, верёвка закончилась.

– А что теперь? – недоумевала Тоди.

– Не волнуйся, – ответил Сареф. – Я добавлю длины.

Он отвязал верёвку и снова перевязал её, высвободив несколько метров. Они вернулись с лебёдкой ближе к тележке и возобновили наматывание. К тому времени, когда верёвка снова закончилась, медведица полностью лежала на тележке. Раскидав костёр и погрузив медвежат на тележку, Сареф направился домой. Они шли молча.

– Мне жаль медвежат, – наконец, вздохнула Тоди.

– Мне тоже их жаль, – вздохнул и Сареф.

– Совсем не было никакой малюсенькой возможности, чтобы они выжили?

– Никакой. Если бы они были на три-шесть месяцев старше, то это было бы почти наверняка, но не сейчас.

– Жизнь жестока, – сказала Тоди. – Или ты съедаешь кого-то, или кто-то тебя.

– Прямо в точку, дружок, – ответил Сареф. – Чтобы подняться над этим законом природы, требуется невероятный характер. Подчиняться ему просто. Воспротивиться ему очень трудно. Большинство предпочитают плыть по течению, подчиняясь ему.

– А ты что выбрал?

– Ты простых вопросов не задаёшь, дружок. С тех пор, как я открыл этот закон, я старался противодействовать ему, как мог. Просто не хотел быть таким, как все.

Тоди посмотрела на Сарефа и ахнула.

– Что, милая? – спросил он. – У меня опять кровь пошла?

– На бинтах пятно крови!

– Не волнуйся, – успокоил он её. – Это, скорее всего, из самого первого, слабого стежка. К вечеру она остановится, как только я смогу отдохнуть.

– Прости!

– Не стоит. Это был твой первый, и ты не знала, насколько туго его затягивать. У тебя получилось удивительно хорошо для новичка, – улыбнулся Сареф. – Я всё ещё удивлён, что ты не потеряла сознание.

Тоди подняла руку, держа большой и указательный пальцы совсем рядом.

– Я была вот настолько близка к этому! – усмехнулась она.

– Мы почти пришли. Можешь сама все дела сделать? У меня совсем сил не осталось.

– Конечно, я приберусь, покормлю коз и…

– …и вытопишь медвежий жир.

– Ой… ладно.

Пока Тоди принялась хозяйничать, Сареф сел отдохнуть. Порхая между хижиной и сараем, она всё время встречалась с ним взглядом, и это успокаивало и утешало её. Ей не давала покоя мысль о том, что если бы он погиб, а она каким-то чудом пережила встречу с медведицей, то точно умерла бы с голоду позже. Она встряхнула головой и посмотрела Сарефу в глаза. Он улыбнулся ей. Жизнь снова казалась прекрасной.

НЕСКОЛЬКО дней после встречи с медведицей Сареф продолжал менять повязки на ране. Сначала он делал это раз в день, потом каждые два дня, и наконец, он позвал Тоди и попросил её снять швы.

– Но у тебя же опять откроется порез! – изумилась она.

– Но не спустя семь дней, – возразил он. – Прошла целая неделя. Кожа зажила.

Он обмакнул ножницы и пинцет в йод и передал их Тоди.

– Обрежь ножницами прямо у кожи одну сторону стежка и потяни другую пинцетом, – сказал он.

Она нахмурилась, надула губы от сосредоточения и перерезала первый стежок. Это было легко, поскольку он был слабо затянут. Следующий был туже, и она поняла, что сначала надо было оттянуть его. С этого места стало проще, и она сняла их все. Фиолетовый шрам появился там, где был порез. Испытывая желание покончить с происшествием, она смела нитки со стола и бросила их в печь.

– Ну вот, у тебя ещё один шрам, – в сердцах сказала Тоди.

– Да, они имеют привычку накапливаться, – усмехнулся Сареф. – Но ты же не собираешься ругать меня за них, не так ли? У тебя тоже есть несколько.

– Нет, – улыбнулась она. – Меня просто расстроило, что ты поранился.

– С другой стороны, мы в лучшем положении, чем были, – весело воскликнул Сареф. – Ты гораздо увереннее стреляешь из арбалета и в общем тебя в будущем будет гораздо труднее испугать. Ты научилась зашивать раны, перевязывать их и пользоваться лебёдкой для тяжестей.

– Надеюсь, что да, и ещё я надеюсь, что в будущем так уж часто пугаться мне не придётся, – парировала Тоди.

– Надежда – плохой советчик, – сказал Сареф. – Она ничего ценного не даёт, лишь необоснованные ожидания. Готовься, закаляйся, наблюдай, запоминай и рассчитывай, и ты окажешься впереди по сравнению с тем, как если бы ты только надеялась.

– Звучит, как если это был урок для меня, – вздохнула Тоди. – Но не сделает ли такое меня хладнокровной стервой? Что, если моё сердце против такого? Как мне себя переломить и превратиться в кусок льда?

– Тебе не следует! – покачал головой Сареф. – Это совершенно разные вещи: иметь горячее сердце и холодный разум. Они могут сосуществовать внутри тебя, не мешая друг другу. Ты можешь чувствовать, согласно зову сердца, но действовать, согласно дисциплине ума. Это оставит плохой вкус, как правило, но ты окажешься впереди. Не спрашивай, откуда я знаю.