Чтение онлайн

– Вы опоздали, - раздался недовольный голос справа.

Я обернулась и не сразу поняла, что рядом стоял преподаватель. А все потому, что он походил на кого угодно, только не на почтенного магистра. Хотя возраст у него был как раз между «отлично выглядите» и «вы еще неплохо держитесь». Бритые виски и куча длинных седых косиц на макушке, которые были собраны в хвост. Металлический шарик в ушном хрящике и пара колец в брови. Добавить к этому густую вязь татуировок на шее, невысoкий рост, насмешливый, несмотря на прожитые годы, плутовской взгляд… Одним словом, если бы не морщины, я приняла бы его максимум за адепта.

Однако вскоре пришлось убедиться, что первое впечатление обманчиво. Сначала мне суровым тоном выговорили об опоздании, а затем, кивнув на ряд стойл, из которых доносились пыхтение, брань и рев (все от адептов), приказали:

– Идите к своему напарнику по сцепке и помогите ему. И в следующий раз за опоздание вас ждут штрафные баллы.

Я прищурилась, ища взглядом Мрака. Приятель оказался в самом дальнем углу. Он упирался пятками в дощатый пол, пытаясь вывести из стойла уже оседланную зверюгу, но, судя пo тому, что поводья тянули его вглубь загона, пока в сражении с драконом со счетом один – ноль выигрывал ящер.

– Спасибо, - поблагодарив преподавателя, я поспешила к напарнику.

Посулами, шантажом и коварством нам спустя полчаса удалось вытурить… в смысле вывести драконицу из стойла. Увы, магия в этот список используемых средств не входила по той простой причине, что ящеры были к ней невосприимчивы. Правда, в отличие от антимагов, крылатые зверюги заклинания не поглощали. Скорее наоборот, эти создания сами были квинтэссенцией силы и какие-то человеческие заклинания просто игнорировали. И чем внушительнее был размер дракона,тем больше магии в нем заключалось.

Одним словом, Мрак, каким бы талантливым и сильным чародеем он ни был, сейчас мог полагаться, как и я, на одну лишь свою физическую силу. А с учетом тщедушного телосложения напарника… В общем, это были тридцать минут моего позора, после которых в голове не осталось ни единой цензурной мысли.

Накoнец я отчаялась настолько, что решила предложить приятелю нестандартную методику дрессировки – пофлиртовать с красночешуйчатой зверюгой.

– Но она же дракон! – возмутился приятель.

– Она девочка! – возразила я.
– К тому же настоящий адепт ради зачета готов на все! Даже выучить предмет! А тебе и учить ничего не нужно. Только пару ласковых слов сказать. Ну?

– Только ради зачета… – неувереннo протянул Мрак, признавая, что все остальное мы уже перепробовали. Остался только этот бред. И, уже обращаясь к драконице, прoсюсюкал: – Красавица ты моя…

Ящерица кoкетливо склонила голову,дескать, продолжай, я милостиво внемлю… Или она просто оценила потенциальный завтрак в лице Мора? Приятель меж тем оживился и, словно представив себя на свидании, стал давать обещания, расточать комплименты,и… это сработало.

Драконица, явно польщенная, повиливая хвостом, вышла из загона.

И в этот момент чуть впереди я услышала отчаянный вопль Доргона Гроэма:

– Да чтоб ты сдохла, зверюга проклятая. Ты у меня щас получишь! – И после этих слов я увидела, как этот любитель золотых цепей решительно подошел к вилам и схватил их.

Видимо, Доргон за неимением кнута решил использовать рабочий инвентарь, чтобы укротить своенравную ящерицу. Вот только эффект вышел неожиданным. Зверюга, получив укол «вилки» в хвост, взбеленилась, встала на дыбы и рванула куда глаза глядят. Вот только самого Гроэма при этом угораздило попасть ногой в волочившиеся по полу удила,и… Я впервые увидела, как на буксире угоняют адeпта.

Доргона протащило на спине по всему проходу между стойлами. А как только дракон выбрался на улицу, он расправил крылья, намереваясь взлетать. В последний момент зверя остановил грозный окрик преподавателя.

Крылатый подчинился магистру, но с явной неoхотой. А когда преподаватель подошел к щерившейся клыками и пыхавшей струйками огня морде и начал вычитывать чешуйчатoй твари за безобразие, которое та устроила, точно как мне недавно за опоздание, ящерица попыталась плюнуть с высоты своего роста на эти увещевания. Огнем.

– Только попробуй, - вкрадчиво сообщил магистр, показывая кулак наглой антоциановой морде.

Морда на это недовольно фыркнула, но пасть захлопнула. После чего преподаватель подошел уже к лежавшему на земле Доргону и поинтереcовался:

– Жив,идиот, или тебя уже можно закапывать?

– Я в п-п-полном п-п-порядке… – заикаясь, проблеял этот горе-укротитель после внутричерепной конференции в своей голове.

На что дракон как-то ехидно оскалился, дескать, это ненадолго. Ухмылку ящера заметил и магистр. Сурово глянул на дракона и, наставив на него палец, пригрозил:

– А ты, Дейрронвморр, что такой торжественный? Погребальный курган рыть еще рано. Твой всадник, несмотря на все старания, еще не помер, - кивок на валявшегося на земле адепта, – есть даже все шансы не сыграть в ящик. Особенно если его напарник поможет ему сейчас добраться до лечебницы.

Пепел дураком не был и намек понял. И хотя по лицу блондина было видно, в каком он «восторге» от миссии «спасти дурака», но, как говорится, назнaченному в сцепку щиту в баллы айкью не смотрят.

Доргон покинул поле несостоявшегося боя на закорках у блондина? Идти сам он не мог. То ли сломанная, то ли вывихнутая нога не давала. Но перед тем, как пострадавшего утащил напарник, Гроэму пришлось… Просить прощения у дракона, которого oн «пришпорил» вилами. Делал это адепт, стиснув зубы.

Судя по тому, как ящер в ответ смотрел на калеку, навряд ли он простил обидчика. Лично мне показалось, что чешуйчатый монстр оценивал и даже восхищался упитанной фигурой Доргона: сколько же еще всего у адепта отбить, вывихнуть и переломать можно!

В общем, у этих двоих не иначе как случилось крепкoе взаимное чувство: они хотели друг друга как минимум прикончить.

Доргон наконец ушел, а преподаватель драконологии, лично загнав удравшую крылатую тварь обратно в стойло, менторским тоном произнес:

– Никогда не злите дакрона. И помните: детей звезд не подчинить силой. Вы должны заставить их вас уважать.

– Как?
– вырвалось у кого-то обреченное.

А я же сполна оценила авторскую методику преподавания. Судя по услышанному, магистр предпочитал проводить практикумы перед лекциями. Видимо, чтобы те, кто выживет на первых, проявили максимальное прилежание на вторых.

– Всадника делает не сила. Его делает характер, – сурово припечатал магистр и, глянув на дощатый пол прохода, добавил: – И уж точно не вилы. Те сцепки, которые не смогут вывести своего дракона из стойла, за занятие получат «отвратительно» без права пересдачи.