Чтение онлайн

— Господин, мы привели вам девушку! — мадам Юна вталкивает меня в комнату. — Это Берия, господин. Она почтет за честь скрасить вам времяпровождение, — и, шепотом мне. — Он уже почти «готовенький», не думаю, что будет сильно утруждать. Главное, отвлеки его, дай Лити передохнуть.

— Будет сделано, мадам!

Хоть, на первый взгляд граф и казался строгим, напряженным, но, присмотревшись, можно было догадаться, что он всего лишь пытается сидеть прямо, не смотря на шторм внутри. Но в то же время его взгляд сохранял осознанность. To, что мне и нужно!

— Господин, — одариваю мужчину лучезарной улыбкой, и подсаживаюсь к нему, с трудом удерживая себе, чтобы не одернуть подол юбки, который при таком положении задрался, а разрез слишком много оголил. — Я Берия, и сегодня буду развлекать вас! Не желаете еще вина?

Граф чуть заторможено кивает головой, и приказывает танцовщице остановиться и сесть рядом с нами. Пока я наливала вино в бокал, оценивающим взглядом окинул меня и Лити, особенно задержавшись на груди.

Выиграла Лити, обладающая пышными формами.

Очень пышными…

Только сейчас замечаю, что граф, оказывается невысокого роста, и, даже не может ее полностью обнять. Но, мужчине, похоже это не нужно. Он лишь счастливо вздыхает, кладя голову на грудь танцовщицы.

— Хочу спать!

— Нельзя, господин. Спать можно только дома! — покачала Лити головой, а мне взглядом указала на пустую тарелку, мол, накладывай, что я и поспешила сделать. — Лучше покушайте! Это очень полезно.

Граф внимательно осматривает тарелку, куда я наложила всякого мяса, салатов, призадумался, посмотрел на пышную грудь девушки, и сделал выбор в пользу еды.

Ну и правильно! Поспать всегда успеет. За сон тут не платят. А вот за еду можно выставить солидный счет.

— Господин, а вы вот эту курочку пробовали? А зелень? Нет? Ай-яй-яй! Давайте я вам ее положу! — я внимательно следила, чтобы тарелка графа была всегда полной. А что? Сказали же следить!

— Больше не могу. Вина налей! — он, как истинный аристократ красиво вытер губы салфеткой и откинулся на спинку дивана, и пригубил вино. — Девочки, а расскажите мне сказочку!

Я переглядываюсь с танцовщицей. Если мой взгляд был ошеломленным, то у Лити вполне спокойный. Похоже, она и не такое видала.

— Нет, хватит! — мужчина поморщился. Литии была прекрасной танцовщицей, но обладала немного грубоватым голосом. — Лучше ты рассказывай!

Ну… Ладно…

— В общем. Жила была красная шапочка. И пошла одна однажды в лес. Знаете, как там страшно? Все очень темное, опасное, и из кусток доносится рык. А через минуту тропинку девочки преграждает огромный волк! Его пасть оскалена…

— Прекрати! Бррр! И кто только пишет такие страшные сказки!? Мне лучше про феечку! Или про золотую рыбку!

Мальчику в детстве ни мама, ни нянечка сказок недорассказали? Ну, бывает… Среди аристократов такое не редкость. Уже постепенно привыкаю, что тут все ведут себя как маленькие дети…

В какой-то момент танцовщице удается поменять тему, упомянув корабли.

Ну, все, у мужчины крышу снесло!

— Вы понимаете? Древесина должна быть именно такой толщины! Иначе ждать беды! Не выдержит она! Вода, она такая, опасная. Ее удар сразу тоненькую дощечку снесет, может даже разломит! А вы знаете, как работает руль у корабля?

— Господин, вы так хорошо разбираетесь в кораблях! Настоящий талант! — состроила восхищенную рожицу. — У вас был потрясающий учитель!

— Мой отец — самый главный учитель! — гордо отвечает тот. — Он сам всему меня научил. Таскал по всем мастерским судостроения! Говорил, нельзя никому доверять, нудно всю работу самим проверять!

Подливаю в бокал вина, с удовлетворением отмечая, как стал заплетаться язык графа. Еще немного, и можно приступать к допросу. Лити, к счастью, мужчина отпустил, когда набрал обороты в своем учении, а, значит, нет свидетелей, что я шпионка.

Постепенно я добралась до интересующихся вопросов. Граф, окончательно опьянев, уже не следил за языком, и довольно охотно отвечал на вопросы. Ответы я старалась запоминать, но не удерживать долго в памяти. Даже если забываешь что-то, понфик все равно увидит это.

Речь графа стала хуже, но вполне понимаемая.

— Ба-а-али там это… книги! Даже пи-и-ишлось в металлические ящики убра-а-ать!

— Почему?

— Да странные они, — мужчина с досадой махнул рукой, и даже нарисовал в воздухе знак святой Девы. — Звуки, ка-а-ажись, издают, вот и убрали-и-и от греха подальше. Матросы говорили, что это проделки тьмы! Да и тот, кто отдал книги, говорил, проклятые они. Нечистоту несут в себе. Лю-у-уди такие странные, чего только не хотят приобрести. Вот бы картину, или золото нормальное. Ан, нет, порой такое хотят, что и поседеть можно! Уж и за корабли страшно. Всегда зову святого, чтоб удачу к ним призвал, и очистил от всякого зла!

— А кто их заказал?

— Проклятые вещицы? Да вся-а-а-акие тащат.

— Нет, книги.

— А, это! Да какой-то мужик. Граф, по-моему. Какой-то Каринго. Деваху свою впечатлить хотел. Уверен!

— Рядом с ним была девушка?

— Говорил же. Молодая вся такая. А уж чего только стоит меч! От книг недалеко ушел. Вечно тьмой светится. Уж матросы хотели сбросить, да тысячу золотых жаль. Вот и терпели!

Тысяча золотых!?! Даже для меня, разбогатевшей на кондитерских, эта сумма пусть была и давно достижимой, но оставалась все еще огромной для моего восприятия.

— А кто купил этот меч?

— Да темный какой-то. Даже под плащом не разглядеть. Но точно молодой — руки-то я видел. Уверен, богатенький сыночек. Один перстень из лунного металла с солнечным камнем уж недешево стоит!

Ну и ну и. С чем толь не приходится сталкиваться контрабанде. И клиенты им под стать. Вернее, под стать товарам.

Двери в комнатку распахиваются, и вбегает рассерженный мужчина — секретарь графа.

— Ваше сиятельство, уже поздний час, и ваша жена волнуется!

При упоминании о жене, мужчина побледнел, даже вспотел, и попытался сесть ровно.

— Волнуется? — шепот, полный паники, и судорожный вдох. — К-как сильно?

— Очень сильно. Я видел у нее в руках веер, когда покидал поместье. Черный! Тот самый, что самый тяжелый! Если не поторопимся, вам не миновать его!

И графа словно смело ураганом. Бегал он отменно, но, увы, если бы его траектория бега была более прямой, то покинул комнатку бы гораздо быстрее. Страже даже пришлось помогать ему. Я же радуюсь столь быстрому расставанию. За таким волнением он не вспомнит обо мне, и о теме нашего разговора.