Чтение онлайн

— Грис! — обрадовался Мэдисон. — Точно! Я его самый близкий друг! Я должен с ним повидаться, должен!

Офицер подался вперед и сквозь решетку внимательно посмотрел на Мэдисона. Потом вдруг отошел. Мэдисон занервничал: он видел, как офицер говорит по видеофону со двора.

Но вот офицер вернулся и велел открыть ворота — чуть-чуть, чтобы Мэдисон смог протиснуться. Затем он подал знак, и ворота с лязгом закрылись. Двое часовых перестали изображать истуканов. Они подхватили Мэдисона под руки с обеих сторон и повели, приговаривая: "Хап! Хап! Хап!" — так же, как делали его уголовники, когда пели. Неужели он арестован?

Вслед за офицером они вошли в парадное и прошествовали по просторным гулким коридорам. Наконец офицер открыл какую-то дверь, и они очутились в зале. Мэдисона провели через весь зал и остановили перед другой дверью. Офицер обыскал его, забрал удостоверение и вошел в дверь. Затем вернулся и широко распахнул ее.

Двое охранников втолкнули Мэдисона в помещение. Это была комната с каменными стенами, на полу лежал роскошный ковер. На массивный каменный блок, с виду напоминающий стол, была наброшена богатая драпировка. В кресле за столом сидел, уставясь в окно, пожилой человек, обряженный в черное.

Старик развернул к Мэдисону вращающееся кресло, взял в руки его удостоверение, глянул на него и вперил в Мэдисона ледяной взор.

— Значит, вы — друг Солтена Гриса. Так-так. А я лорд Терн. Здесь вы можете говорить свободно.

Мэдисон считал, что они остались наедине, но вдруг за спиной у него что-то звякнуло. У дальней стены стоял офицер, не сводя с него глаз.

— Я только хотел убедиться, что с ним все в порядке, — пролепетал Мэдисон. — Мне бы с ним повидаться.

— А королевское разрешение у вас есть?

— Нет.

— Так как же вы могли рассчитывать, что сможете увидеться здесь с заключенным?

— Я состою в очень добрых отношениях с Ломбаром Хисстом, представителем его величества.

— Хм-м. Скажите-ка мне… Мэдисон, вы что-нибудь знаете о преступлениях Гриса?

— Но, сэр, я пришел сюда не для того, чтобы давать показания. Возможно, он…

— Нет-нет, здесь не зал суда, да и допрашивать имеет право только суд в полном составе. Я сформулирую вопрос по-другому. Вы знаете офицера его величества Джеттеро Хеллера?

— М-м… да, ваша честь…

— Ваша светлость, — поправил его издали офицер.

— Ваша светлость, — повторил Мэдисон. — Я действительно знаю Джеттеро Хеллера.

— Вам известно, где он находится?

— Н-нет, ваша че… ваша светлость.

— Проклятье! — вырвалось у лорда Терна.

— Я знаю, что имеется общий ордер на его арест, — сказал Мэдисон, — и был бы рад…

— Общий ордер? Вздор! Я держу Гриса здесь в заключении. И уверен, что у Джеттеро была основательная причина поместить Солтена Гриса под стражу. Но мне бы очень хотелось, чтобы Хеллер дал мне как-нибудь знать, что же этот Грис натворил!

Мэдисон смешался. Он понимал, что не может признаться, что Грис — преступник из преступников, поскольку уже сказал, что является его другом, в надежде получить свидание с ним. Поэтому не исключено, что теперь его арестуют за неуважение к судье или введение его в заблуждение. На него навалился бездушный холод этого мрачного здания.

— Я сам разыскиваю Хеллера! — проговорил он, изо всех сил стараясь говорить убедительно.

— И вы его не нашли?

— Нет, ваша светлость, но я забросил удочки.

Лорд Терн взглянул на посетителя и рассмеялся сухим отрывистым смехом. Потом нажал пару кнопок на столе, и на пороге возник клерк.

— Этого человека зовут Мэдисон, — сказал ему судья. — Теперь я понимаю, что все это значит. Это еще одна попытка Ломбара Хисста обойти общепринятые процедуры. По какой-то причине он не хочет выдавать королевский ордер на арест или хотя бы королевский пропуск. Он прислал этого человека повидаться с Грисом. — Лорд Терн обратился к офицеру: — Вы обнаружили у Мэдисона какой-нибудь яд?

— Нет, ваша светлость.

— О Боже, — промолвил Мэдисон. — Да не посылал меня сюда Хисст, не посылал!

— Но вы же только что сказали обратное, — возразил Терн.

— Просто я хотел убедиться, что с моим другом все в порядке, — плачущим голосом проговорил Мэдисон.

Вызванный другой кнопкой, в комнату вошел, гремя ключами, тюремный надзиратель.

— С заключенным Грисом все в порядке? — спросил у него лорд Терн.

— Да, ваша светлость. С утра до ночи диктует свое признание. Уже третий рулон пленки пошел. Щебечет как птичка певчая, ваша светлость.

— Что ж, может, вскоре мы узнаем, что к чему, — сказал Терн. — Это все, надзиратель. — Он обратился к клерку: — Взгляните на это удостоверение. Снимите его оттиск и распорядитесь на КПП, чтобы Мэдисона беспрепятственно впустили, когда он выяснит, куда запропастился наш славный Джеттеро.

— А можно мне хоть на минутку повидаться с Грисом? — спросил Мэдисон, сбитый с толку подобным великодушием.

— И еще, — продолжал лорд Терн, обращаясь к клерку, — издайте приказ: Грису запрещается стоять у окна. Мне кажется, что Хисст намеревается его убрать. — Он повернулся к Мэдисону: — Теперь что касается вас. Если я узнаю, что вы установили местопребывание Джеттеро Хеллера и не сообщили об этом мне, я прикажу арестовать вас, посадить в камеру предварительного заключения и держать там до тех пор, пока вы не сознаетесь, почему скрывали от меня информацию. — Он взглянул на офицера: — Вышвырнуть его отсюда!

Мэдисон поднялся с мостовой, досадуя на то, что охранники поняли слова приказа буквально. Щелк выждал, пока ворота закроются, подбежал к Мэдисону и, стряхивая с него пыль, повел к аэромобилю.

— Говорил я вам, не суйтесь сюда, — укоризненно говорил он.

Мэдисону не понравилось, что его рейтинг в глазах водителя падает.

— Эх, не надо было хвататься за клинок этого офицера. Надо было схватить его за глотку.

— Кометы небесные! Хорошо еще, что вас бросили за ворота, а не в камеру. Даже его величество, и тот опасается связываться с этим народом.

Забираясь в аэромобиль, Мэдисон заметил, что солнце уже почти закатилось, и велел Щелку подняться на несколько тысяч футов. Поломав немного голову, Балаболтер вдруг обнаружил в ней созревший план.

Он привел в порядок одежду, придал лицу выражение уверенности и позвонил Крошке.

Та откликнулась немедленно.

— Так-то лучше! — сказала она. — Я уверена, — в голосе ее зазвучали угрожающие нотки, — что новости у тебя хорошие. Ты виделся с этим (…)?

— О, разумеется, — соврал Мэдисон. — Крошка, то есть ваше величество, вы будете просто в бешенстве. Я говорил о вас, а он просто нагло расхохотался — никогда не слышал более оскорбительного смеха.