Злые умыслы
Шрифт:
Пять футов. Будь у нее сила Ларанты, прыжок был бы пустяком. Но…
— Один раз, — она вдохнула, выдохнула со словами. — У тебя только один шанс.
Она расставила ноги шире, мышцы напряглись в ее проекции и в беспомощном теле без сознания вдали.
«Госпожа! Тень!» — завыла Ларанта.
— Иду, — прорычала Айлет.
Она прыгнула.
И обломки рушились под ней.
* * *
Сжимая ладонь Лизель, Серина бежала по ступеням в замок. Не важно. Никакие стены, высокие или толстые, не защитят от Фантомной ведьмы.
Но она не могла стоять и ждать смерти.
— Где Красный капюшон? — крикнула она первому попавшемуся слуге.
Юноша с большими глазами в форме гонца глядел на нее, читая ужас на ее лице, отражая эту эмоцию.
— Эм, он… он у заднего входа на проверке, — пролепетал он, указывая на замок.
— Веди, — потребовала Серина. Она поняла, что сжимала Лизель, отпустила ее и сказала. — Поищи сестер! Прячьтесь в часовне! Скажи им просить Богиню о помощи!
— Что? Нет, — Лизель покачала головой, золотые кудри взлетели. — Я тебя не брошу, Серина. Я обещала, что присмотрю за тобой.
Протесты копились на языке Серины. На это не было времени. Она повернулась к юноше и приказала:
— Веди меня к Красному капюшону. Скорее! — и побежала по замку за ним, Лизель двигалась за ними, шурша шелковыми юбками. Юноша знал все коридоры Дюнлока, провел ее быстро к задней двери и открыл ее.
Серина вышла наружу, моргнула от яркого света. Она увидела венатора на каменной дорожке рядом с насыпью. Забыв его имя, она сложила ладони у рта и крикнула:
— Красный капюшон!
Мужчина повернулся, увидел ее и с вопросом склонил голову.
Тьма вспыхнула в воздухе за ним.
— Нет! — завизжала Серина.
Руки ведьмы обвили шею эвандерианца и плечи, ее длинные ногти впились ножами в его кожу. Они оба пропали, оставив лишь участок гниющего воздуха и магии.
Лизель схватила Серину за руку, давя до боли, и выдохнула:
— Там была Фейлин?
Серина не ответила. Казалось, она больше не пошевелится, не вдохнет. Она опустила взгляд на камешек, который еще сжимала в руке. Бриллиант смотрел на нее, дьявольски сверкая.
Серина с криком побежала по каменной дорожке к насыпи. Она взмахнула рукой, чтобы выбросить камешек в воду. Она метнула его изо всех сил, отправляя якорь по дуге в воздух.
Еще черная вспышка. Ладонь из ниоткуда поймала камешек, когда он стал спускаться, и Фейлин — или ведьма в Фейлин — рухнула на землю и перекатилась, прижимая якорь к искаженной груди. Она распрямилась и встала.
— Это было глупо, сестрица, — сказала она, крутя камешек тонкими пальцами. — И это до добра не доведет.
Это был голос Фейлин, и он вылетал изо рта Фейлин.
Серина отпрянула на шаг, подняв руки перед собой. Фейлин шагала к ней, лохмотья когда-то прекрасного свадебного платья трепетали вокруг ее длинных голых ног. Ее волосы ниспадали на спину, рыжие, как огонь, в свете солнца. Но тьма пульсировала под ее кожей, в уголках целого глаза, лилась меж острых зубов, когда она улыбалась.
— Думала, я позволю тебе занять мое место? — сказала она. — Думала, я позволю тебе украсть у меня Герарда? Я знаю, он тебе всегда нравился, Серина. Но опуститься так низко! И так скоро после моей… трагической гибели.
Серина упала на колени, сжав дрожащие ладони, словно в молитве. Она раскрыла рот, глядя на чудище в теле Фейлин, говорящее о боли Фейлин, играющее эмоциями Фейлин.
— Что? — захваченная тенью приближалась, глаз пылал злой магией. — Никаких возражений и оправданий? Ты точно хочешь что-нибудь сказать своей дорогой сестра!
— Ты — не моя сестра, — выдохнула Серина. Она покачала головой. — Я не буду говорить с тобой… только с Фейлин.
Лицо ведьмы исказил оскал, и тьма под ее кожей стала глубже. А потом она моргнула. На миг магия угасла, странный свет тени потускнел, словно тучи расступились, открыли голубое небо в ее здоровом глазе. Губы Фейлин двигались беззвучно, она смогла с дрожью сказать:
— Серина?
Последовал жуткий визг, и захваченная тенью девушка откинула голову, терзала свое лицо и волосы руками. Когда она посмотрела на Серину, свет тени вернулся, пылал. Она молниеносно ударила. Серина упала с криком боли, держась за руку, оглушенная.
— Оставь ее!
Вихрем шелка и золотых волос Лизель пронеслась мимо Серины.
— Лизель, нет! — закричала она, фрейлина бросилась на захваченную тенью, яростная, как медведица, защищающая свое дитя. Ведьма так удивилась, что не сразу отреагировала.
А потом с хлопком тьмы существо в Фейлин вышло из этого мира, Лизель ударила по воздуху. Лизель подавилась воздухом другой реальности и отпрянула, мотая головой.
Она не успела сделать и двух шагов, ведьма вернулась за ней. Рука Фейлин обвила ее шею и сдавила. Лизель задыхалась, терзала когтями руку, пыталась вырваться, но не могла.
Помня, как Красный капюшон пропал из этого мира и не вернулся, Серина подбежала и схватила Фейлин за руку.
— Не забирай ее! Не вреди ей! — завизжала она, ее голос был почти безумным от ужаса. — Я сделаю все, что ты хочешь. Я пойду, куда ты хочешь. Я не буду перечить, Фейлин. Но не вреди ей. Она — твоя подруга. Подруга!
Глаза Лизель закатились. Ее лицо стало багровым, она задыхалась. Она обмякла в руках ведьмы. Фейлин бросила ее на землю, повернулась и схватила Серину за запястье.
— Хорошо, сестренка. Я позволю ей жить. Ты пойдешь со мной, и мы посмотрим, кого из нас Герард любит больше, ладно?
Серина на жуткий миг поверила, что ее утащат из этого мира в темный, куда так легко убегала ведьма. Но существо в сестре развернулось и повело ее в открытую дверь замка. Гонец ждал там, боясь бежать или биться, застыв от ужаса у порога.
Фейлин поймала его за волосы на макушке, подняла его голову.
— Ты, — сказала она, — возьмешь самого быстрого коня и найдешь своего принца. Скажи ему, что пора вернуться домой ко мне, его Фейлин. Время до заката, иначе, — ее зубы сверкнули в улыбке, — я убью всех в этом замке и начну с дорогой сестренки.
ГЛАВА 19
Кровь. Она чуяла кровь.
Айлет закинула руку на выступ утеса, пальцы скользили по камню. Она подтянулась и выбралась. Ее проекция рухнула и дрожала, ободранная в сотне мест.