Чтение онлайн

— А вы, господин инквизитор, неблагодарная зараза! Я спасла вашу задницу, могли бы поблагодарить!..

— А я вас об этом не просил. Зачем, ну зачем? — я не смог сдержать горестного стона, глядя на ее страшную посиневшую голову. — Зачем вы это сделали с собой?

Я попытался провести рукой по лысой макушке, но Лидия опять уклонилась.

— Что, теперь я вам вдвойне противна? Но вам все-таки придется поцеловать меня…

— Вы сдурели? Вы хоть понимаете, что вам грозит за то, что вы выдали себя за инквизитора? Это преступление против веры! Стоит маш-уну или послу встретиться с настоящей Нишкой, и вам конец! И мне тоже… Надеюсь, у вас хватит ума не щеголять лысой головой и надеть парик.

— Чересчур большое у вас самомнение, — развязно фыркнула Лидия. — Хотя с таким-то достоинством можете себе позволить. Но все же, поверьте, ваши прелести не настолько бесценны, чтобы ради них лишаться волос.

Пока я возмущенно пытался придумать что-нибудь в ответ, Лидия устало вздохнула и поддела себя под ухом. Под моим изумленным взором она стянула с себя отвратительного вида кожаную шапочку, отлепила восковые нашлепки и встряхнула рассыпавшейся по плечам копной волос. Я не сдержался и провел рукой по ее локонам, не веря своим глазам.

— Как так?..

— Мокрый бычий пузырь, немного воска и краски, ловкость рук и никакого мошенничества. Так где мое спасибо?

— Я… я благодарен вам, но вы же понимаете, что это не решает вопроса. Если кто-нибудь…

— Ваше спасибо в карман не положишь, и к губам не приложишь, — плотоядно ухмыльнулась Лидия, привстала на цыпочки и обвила мою шею руками. Ее лицо оказалось совсем близко, и у меня не хватило мужества ее оттолкнуть. Я застыл столбом.

— Вы нарушили обещание. Вы не уехали в монастырь. Вы не смолчали при разговоре. Вы…

— Я не обещала вам уехать в монастырь. Я обещала заняться вашей похищенной реликвией, — когда она говорила, ее дыхание смущало горько-сладким теплом, а губы едва касались моей щеки. — И я ею займусь, но позже. И молчать я вам не обещала, это вы мне кое-что пообещали… И я хочу получить обещанное.

— Где мальчишка-слуга? — выдохнул я, придерживая ее за талию и тщетно пытаясь отодвинуть от себя.

— Пусть вас это не беспокоит… — наши уста разделяло всего ничего, и я предпринял еще одну попытку.

— Я был в "Золотой лисице". Вам интересно, чем обедал Гук Чин перед смертью?

— Нет, — выдохнула Лидия и прильнула к моим губам.

Меня словно парализовало. Я стиснул губы, не в силах признаться даже самому себе, насколько сильно хочу ответить на этот жадный поцелуй и дразнящий язычок. Лидия чуть отстранилась, как будто что-то почуяв, и прошептала, не сводя с меня сияющих глаз:

— Вы обещали поцеловать, а даже не разомкнули губ. Так не годится… Не засчитано, господин инк…

Я запустил руки в золото волос и притянул ее голову к себе, наплевав на все сомнения. Мне показалось, что я до сих пор чувствую сладость рисового печенья на ее губах, их жадный отклик, оглушительное биение собственного сердца в висках и захлестнувшую меня отчаянную беспомощность. Когда дыхания уже не хватало, я просто уткнул ее голову себе в плечо, продолжая сжимать Лидию в объятиях.

— … визитор… Все равно не засчитано, — упрямо продолжила она, а я уставился поверх ее головы, ничего не видя. — Вы не умеет целоваться, вы знаете? Вам надо больше практиковаться. Но ничего, это поправимо, я думаю, что в следующий раз…

Я не хочу… Я не хочу видеть, как меркнет серебро в ее глазах, как выцветает разум, и как заполняется пустотой безумия, лучше самому… И сразу стало легко и горько, потому что решение было принято. Я получу доступ в архив Святой Инквизиции к записям о деятельности ордена духовных спасителей, чего бы мне это не стоило.

Я невпопад отвечал на вопросы профессора Адриани, попросив его, не мешкая, отвезти меня к кардиналу Яжинскому. Голова шла кругом в попытках придумать что-нибудь, не подставив эту дуру под УДар.

— Кысей, можно я дам тебе совет? — осторожно спросил меня профессор. — Я не знаю, что там у вас случилось в посольстве…

— Прошу вас, никому не говорите, что видели Лидию. Боже мой, что я скажу кардиналу… Он же все равно узнает!..

— Я все-таки дам тебе совет. В большинстве случаев лучше говорить правду. Но не всю, а только ту ее часть, которая тебе выгодна. Твои опасения на счет посла подтвердились?

— Да, — кивнул я. — Меня хотели подставить, только не так, как я думал. Демон, откуда они вообще узнали?

— Узнали о чем?

— Не важно. Я что-нибудь придумаю. Надеюсь…

Кардинал, несмотря на поздний час, принял меня без промедления. И я с ходу ринулся в атаку:

— Монсеньор, почему меня не поставили в известность о претензиях посла по поводу сорванной помолвки его сына?

Церковник немного опешил, потом укоризненно покачал головой:

— Что за тон, Кысей?

— Посол в бешенстве, а маш-ун с ним заодно. Меня пытались подставить, подложив мальчишку-невольника и обвинив бог знает еще в чем. Простите, но мне не до вежливых расшаркиваний.

— Во-первых, сядь и успокойся. Сведения о помолвке княжны Юлии с северным воягом являются секретными и не подлежат разглашению во избежание нежелательных волнений. Посол тебе сам о них сказал?

Я кивнул, упрямо продолжая стоять.

— Это никак не связано с дознанием, поэтому просто забудь. Ты сказал, тебя пытались подставить.

Надеюсь, у них не получилось?

Я выдержал томительную паузу, играя у кардинала на нервах. Старик заметно волновался и, в конце концов, не выдержал.

— Да говори уже!

— Нет, — я сделал еще одну паузу, набирая воздуха, словно перед прыжком в воду. Если я совру кардиналу, пути назад уже не будет, поэтому стоило попробовать сказать не всю правду. — Я подстраховался.

Благодаря своевременному вмешательству, невольника из борделя "Храм наслаждений" удалось вывести с территории посольства и спрятать. Также пришлось пригрозить послу разглашением подробностей о его сыне и получением подтверждающих свидетельств от этого невольника. Но мне удалось склонить посла к сотрудничеству и получить от него информацию.