Змеиный танец
Шрифт:
— Забери. Это. Из. Моего. Дома. Немедленно!
— Ладно-ладно! Не нужно так нервничать! У нас так или иначе был договор, но попробовать же стоило. — Блондин, ничуть не испугавшись моего угрожающего тона и заискрившегося воздуха, невозмутимо спрятал тетрадь в черной обложке обратно в пространственный карман.
— Но, я хочу поблагодарить отдельно вас Лиз. Я прекрасно понимаю, что этот сухарь и пальцем лишний раз не пошевелил бы если это могло бы хоть как-то запятнать его репутацию.
Похоже сегодня Люциус решил побить свой собственный рекорд в доведении меня до белого колена. Я отвернулся и подошёл к окну. Пальцы непроизвольно уцепились и сжали подоконник. Нет, я не опущусь до того чтобы бить рожу этому наглому павлину подобно пьянчужкам из самых низов. Но основная причина была в том, что я не хотел падать столь низко в глазах Лиз.
— Мог бы я что-либо сделать в ответ на вашу доброту? — Малфой продолжал заливаться соловьём.
— О, ну я признаться ни о чем подобном не думала…
— Не спешите, я все понимаю. Как упоминалось ранее, вы всегда можете рассчитывать на ответную услугу.
После этого Люциус наконец распрощался и покинул мой дом в добром расположении духа.
— Фух, я уже думала он никогда не уйдет. — Лиз облегчённо откинулась на спинку дивана. Оказывается, не только мне этот визит был в точность. — Завтра нужно будет сходить на болота и спрятать хорошенько все это барахло.
— Не нужно было вообще это все брать. Лишние хлопоты. За хранение одного такого гримуара уже светит как минимум десять лет Аскабана.
— Ну, не стоит злиться. — Она мило мне улыбнулась и хитро прищурилась, склонив голову на бок. — Разве ты не слышал, что чем больше человек тебе благодарен, тем дольше его можно использовать?
Я хмыкнул.
— Ох уж эти когтевранцы. Любите умные игры.
— Отчасти. — Лиз тоже подошла к окну и слегка постучала по стеклу пальцем. — Но я не лучший пример для характеристики этого факультета.
Я был склонен с ней согласиться, но решил уточнить:
— Почему ты так считаешь? Даже не смотря на то что ты сейчас на Слизерие, раньше ты же училась на Когтевране.
— Я никому об этом не говорила. Раньше это могло принести мне неприятности. Но сейчас многие вещи утратили для меня свой смысл. И в сохранении этой тайны, пожалуй, больше нет смысла. — Она оперлась на локти рядом со мной и продолжила, глядя на зеленеющее в солнечных лучах болото. — Когда я проходила свой первый отбор, распределительная шляпа сказала, что мне прямой путь на Слизерин. Другие факультеты мне практически не подходили. Но я всё равно пошла на Когтевран.
— Но почему? Ты же полукровка, тебя может и неохотно, но приняли бы. — Я искренне недоумевал. В свое время передо мной тоже встал этот выбор, и шляпа предлагала мне несколько вариантов, но я чётко отстоял свое искреннее желание попасть на факультет змей.
— Ну, ты правильно сказал, меня бы приняли бы. Но для круга Слизерина я всегда была бы чужая. Многие двери остались бы для меня закрыты. И если ты ещё не заметил, я подобно истинной змее люблю комфорт и размеренную жизнь в свое удовольствие. — Она пожала плечами. — Учеба на Слизерине стала бы для меня ежедневным испытанием и борьбой. Это утомляет. А я себя слишком люблю. К тому же этот мой поступок принес немало огорчений моему папаше.
Лиз тихо засмеялась.
— Зато на Когтевране ко мне не лезли, пусть и не сложилось у меня особой дружбы с сокурсниками. Я могла со спокойной совестью проворачивать свои делишки, и никто не вмешивался в мои дела, главное было делать вид побезумней. Если ты не знаешь, то у когтевранцев это своего рода отличительная черта, по которой можно понять, что человек в плену некой гениальной идеи и его лучше не сбивать с мысли.
— Н-да, весьма уважительная причина.
— Да, очень! — Она рассмеялась в этот раз громче.
Теперь мне стало понятно почему у нее так отменно получалось играть роли и врать. А эта ее тяга к всевозможным многоходовочкам… И как я раньше этого не понял? Змея в птичьих перьях, спокойно греющаяся на солнышке. Но в уме ей не откажешь как ни посмотри. Вот только все ли причины она назвала? Если по своей сути она должна была попасть на Слизерин, то у любого ее поступка может быть двойное дно. Что ж, так даже интереснее.
Я ощутил предвкушение. Обычно со мной такое бывает только когда я встречаю особенно сложную задачу по своему предмету. Одна из многих деталей встала на место и мне ещё больше захотелось увидеть цельную картину. Похоже этот год будет интересным.
— А что это была за тетрадочка? Ты наверняка знаешь, что это, судя по твоей реакции.
Последний вопрос, заданный как бы невзначай, враз испортил все настроение.
— Это вещь Лорда которую он отдал Люциусу на сохранение. Это все что я знаю. Но ее так просто не спрячешь в грязи. Ты может с этим не сталкивалась, но у нее весьма специфическая аура.
— Да я почувствовала, она сильно отличается от остальных. — Лиз задумчиво покивала, а я встрепенулся. Это как она почувствовала? Только волшебники, непосредственно имевшие дело с темными силами, могут ощутить это зловоние. Собственно, об этом я и спросил.
— Ну, было одно дело. Да и раньше… Ты же не забыл кто мой отец. — Показалось, что Лиз не хочет говорить на эту тему. Оно конечно понятно, но девчонка явно что-то скрывала. Подзабытое любопытство вспыхнуло в крови с новой силой. Я раскрою твои тайны Элиз Принц, можешь в этом не сомневаться!
***
Визит Малфоя оставил двойственное впечатление. Я весь вечер думала, вспоминала, анализировала, но так ни к чему и не пришла. Похоже Северус что-то для себя решил, но, как всегда, не удосужился посвятить меня в свои планы. Что ж, пускай. Мое время ещё придет. Терпение, это то немногое что мне успешно привили на Когтевране. Терпение и упорство в поиске сокрытых знаний.
Я в очередной раз попеняла на себя за то, что едва не спалилась. Это же надо было так расслабиться… Но вроде отговорка была достаточно правдоподобной. В любом случае дополнительных вопросов не последовало и то хлеб.
На рассвете следующего утра мы вместе отправились на болота. Северус решил лично проконтролировать успешность захоронения Малфоевых цацек. Я не была против. Гулять по болотам с теми, кто досконально их изучил в свое время и знает название каждого кустика, гораздо интереснее чем слоняться по ним же самостоятельно.
Задавая то тот, то иной вопрос об окружающей нас флоре и фауне я узнавала для себя все больше. Северус всегда казался мне необыкновенным преподавателем зелий, но оказалось, что в его голове настоящий храм знаний. Наверное, я убила бы тонну времени на поиски нужной информации о свойствах шкуры и крови вот этого рогатого кролика, которого почему-то окрестили Белозуном. И таких примеров было множество.