Чтение онлайн

– Да, можно, – удивленно сказал я, озираясь по сторонам с большим удивлением.

Но два манипулятора вышли из-под верха витрины и, ловко развернув одну из пачек сыра, отрезав тончайший ломтик, протянули его мне, предлагая либо взять руками, либо сразу взять кусочек ртом. Я решил все-таки воспользоваться руками, и, уловив мой жест, манипулятор опустился пониже, чтобы мне это было максимально удобно сделать. Я откусил кусочек сыра, сыр действительно был само совершенство. Я очень люблю сыры. Когда перестала работать печень, сыры были самой большой потерей в моем рационе.

– Ну как вам этот вид?

– Прекрасно, а что есть не из козьего, а из твердых сыров?

– М-м-м, да вы профи, могу предложить вам Гардизон или Мачкилу. Один вид сыра из молока коров, которые пасутся на высоте больше тысячи метров над уровнем моря. У него тончайший аромат и высокая степень твердости. Второй вид сыра – от коров, которые с предгорий. Оба сыра имеют трехлетнюю выдержку.

– Давай оба, будет интересно.

Я провел минут пятнадцать в этом магазине и попробовал с два десятка разных сортов. Но поняв, что меня ведь ждет ягненок и нужно двигаться, я поблагодарил витрину за приятный экскурс и удалился, испытав забавное чувство, что, даже несмотря на то что я ничего не купил, витрина вроде как осталась благодарной. А я запомнил названия нескольких сыров, которые мне очень понравились, и двинулся дальше.

На небоскребе, на самом верху, был шикарный ресторан. Когда я еще поднимался в лифте, мне на коммуникатор пришло несколько сообщений, что в этом небоскребе я могу выбрать квартиру для проживания, что мне выпущена дисконтная карта со 100 % скидкой на три месяца для того, чтобы завтракать, обедать и ужинать в этом самом ресторане. И что мой сегодняшний обед мне дарят владельцы этого здания, за то, что я пришел к ним. Еще мне пришло несколько предложений по работе в этом здании. Ну как несколько, мне предложили все, от сантехника до управляющего. Я с интересом пробежался по условиям работы: очень приличная зарплата и договор составлен таким образом, что работать я могу ровно столько, сколько посчитаю нужным.

Меня обслуживала прекрасная официантка, яркая блондинка с ярко-синими глазами, в платье, которое достаточно неожиданно заканчивалось в самых неподходящих для этого местах. Я бы назвал это не платьем, а полузакрытым купальником с мини-юбочкой. Но оно эффектно показывало и прекрасную трешечку, и точеную фигуру этого прекрасного экземпляра женского рода. Кстати, то, что это женский род, в общем, тоже было недостаточно сильно скрыто. Настолько недостаточно, что мои обновленные чресла второй раз за несколько часов вдруг напомнили о том, что я мужчина. Мурашки пробежали по телу, и горячая волна побежала по внутренней стороне ног. То, что девушка – робот, меня, конечно, смущало, но мужики ведь как устроены: сначала глаза, потом уже мозг. Мне нравилось мое состояние, не то чтобы я хотел броситься и завалить этого модуля прямо тут на столе, нет, все-таки мне было уже за шестьдесят, и, несмотря на апгрейд моего тела, гормональный фон был спокойным. Но то, что я сейчас испытывал серьезное влечение к противоположному полу настолько, что мне было даже все равно, что это робот, нравилось мне само по себе. Я настолько широко улыбался, что наверняка выглядел похотливым дебилом со стороны. Но в милой девушке программа была зашита правильная, и потому она, продолжая светить своими прелестями, стояла и ждала, когда я сделаю заказ.

– Кхм, мне говорили, что у вас для меня ягненок подготовлен.

– Да, конечно, мы готовились к вашему приходу, ягненок будет готов с минуты на минуту, а сейчас не желаете ли аперитив?

– А желаю, давайте мне белого сухого на ваш выбор.

Ну а чем черт не шутит, из всего алкоголя в Родном я только и мог, что пить белое сухое. Мой организм так и не научился употреблять ничего крепче слегка забродившего виноградного сока. Да и его я не мог выпить больше стакана. А мне тут принесли целую бутылку какого-то изысканного вина. На коммуникаторе пришло сообщение, в котором был рекламный видео ролик о том, что первый винный дом “«Табула”» презентует мне вино, которое является вершиной коллекции, и ему больше ста лет. Я промотал до описания сомелье, который рассказывал о том, какой вкус и какое послевкусие должно быть у этого вина.

Вино принес официант-мужчина, который представился Томом. Он открыл вино настоящим штопором, сделал это галантно и изысканно, и налил мне в бокал на дегустацию. Я взял бокал тремя пальцами и пригубил вино. Оно действительно было изумительным и чудесным, и я кивнул. Том налил мне полный бокал до краев.

– Благодарю, а где девушка?

– Она сейчас принесет вам сыр к вину, вы не будете возражать?

– Нет конечно, сыр – это изумительно.

– Мы взяли на себя смелость и выбрали сами для вас сыры из тех, что вам понравились в сырной лавке, вы не будете возражать?

– Возражать? Нет, что вы, я сейчас все-таки, видимо, в раю.

– Нет, “«Рай”» – это вон на той крыше, а у нас тут “«Небеса”».

Это что у робота, юмор? Или просто он ответил серьезно? Но мне шутка зашла в самую душу, я смеялся от всего сердца, а Том, вежливо улыбнувшись, оставил бутылку и исчез.

Появилась девушка и принесла тарелку, где в форме египетской пирамиды был выложен сыр, который со всех сторон был полит медом и еще чем-то. В пирамиде были воткнуты пластиковые шпажки, чтобы можно было брать ломтики сыра, не испачкав руки. Девушка представилась:

– Если вам будет удобно, вы можете называть меня Мила. Мы рассчитали комфортное время вашего пребывания у нас и будем приносить блюда по этому времени, оно у вас в коммуникаторе. Если вы желаете ускорить или поменять что-то, вы можете это сделать и голосом, и через коммуникатор.

– О нет, все прекрасно.

Я пил вино и смотрел на город с высоты птичьего полета. Я удивился двум факторам: что мой организм стал совсем по-другому реагировать на алкоголь, точней он перестал на него реагировать вообще. Я вспомнил отчеты, что те самые плоды, на которых я провисел несколько дней в радуге, каким-то образом перестраивают метаболизм человека, что он перестает пьянеть. Ну вот и славно, мне лично это только на руку. Пить вино ради его вкусовых качеств я мечтал всю жизнь. И я проглотил ради эксперимента фужер вина в три глотка. Том нарисовался как из воздуха и налил мне фужер опять.

– Как вам вино?

– Это изумительно, спасибо.

Я смотрел на Табул с высоты птичьего полета, город был прекрасен. Это был ультрасовременный город, совершенный в своем роде. Недалеко от башни, где я был, шла стройка. Там работали краны и все время летали квадрокоптеры. Все небоскребы были с изюминкой, каждый из них чем-то отличался от другого. Синее, как небо, стекло с золотой каймой на прямой башне. Или небоскреб в форме ракеты, который уходил в небо, оставляя ощущение того, что эта ракета сейчас улетит в это самое небо. Зеленое стекло с ярко-синей каемкой, которая переходила в цвет морской волны, в виде поломанной параллелограммы. Все эти небоскребы, которых было не меньше сорока, представляли из себя достаточно гармоничную картину. Табул, видимо, был богатым городом с богатой историей, да и просто богатый город. Богатство города было в этих самых небоскребах, вокруг которых были дома поменьше, такой архитектуры, как тут, у нас не было ни в одном из городов. Разве что Табул можно было сравнить с Дубаем последних лет. Но тут не было моря, была только река, которую я сейчас как раз и рассматривал. Река Табул была большой и извилистой равнинной рекой с небольшим течением. Я прочитал, что в этой реке водится за рыба, но понял, что ихтиолог из меня плохой. Коммуникатор подбирал названия по моим ассоциациям, но ассоциаций у меня было немного, и в итоге в перечне у меня значились четыре вида щуки и семь видов плотвы, так как на этом мои знания о речной рыбе действительно заканчивались.

Принесли ягненка по-табульски, это было зрелище не для вегетарианцев. Ягненок был надет на четыре шампура таким образом, что казалось, будто он стоит на блюде на ногах. Он был с головой, а по всей спине у него был нанесен белого цвета соус. А на самом подносе, на котором он стоял, была уложена зелень, так что при небольшой фантазии можно было себе представить, что это живой ягненок, который пасется вот так на небольшом лугу.

Мила поставила ягненка передо мной и спросила:

– Вам какую часть в первую очередь?

– Каре, – сказал я, что пришло мне в голову.

– Вам тонкими кусочками?

– Да, чем тоньше, тем лучше.

И она начала ловко отрезать слой за слоем, нарезая кусочки размером чуть больше миллиметра. А я, обжигаясь раскаленным мясом, начал его есть. В Табуле умели делать ягненка, но я уже наелся сыра и напился вина. Но все равно смог съесть столько, что теперь вопрос передвижения пешком до вокзала показался мне уже не очень хорошей идеей. К тому же мой мозг требовал еще, хотя желудок уже был не в состоянии принимать пищу.