ЖАНРЫ

Змей – история одного злодея
Шрифт:

– Погоди, не горячись, Алексей, давай по порядку. Почему тебя бил Элронд?

– Я когда к нему пришел, попросился пожить у него какое-то время, уж больно меня тоска взяла из-за Элизы и Лили. А он говорит, что пустит меня, если я буду его спарринг-партнером в течение того времени, пока я буду у него жить. Никогда не соглашайся быть спарринг-партнером эльфа и, упаси бог, Элронда. Он избивал меня и издевался надо мной, как только мог. Но надо отдать должное, он научил меня держать оружие в руках и бить первым. Это спасло меня в дальнейшем, потому-то я и говорю, что он видит не так, как мы, он видит в будущем. И то, что казалось его развлечением, оказалось моей подготовкой.

– И чему он тебя в итоге научил?

– Сражаться, на мечах.

– Ты убивал?

– Да.

– Вот откуда у тебя такой взгляд.

– Ты тоже заметил?

– А кто еще?

– Да, я сегодня перед зеркалом перед твоим приходом минут двадцать стоял, пытался понять, что же во мне изменилось.

– Ты стал взрослым, вот что изменилось. Ты перестал быть мальчиком.

– Да, и я это понял.

– Так, а что там у тебя с бабами-то опять не заладилось? Ну женился ты в том измерении, и что такого?

– Да ничего такого, я привел ее сюда, только вошли в наше измерение, самолет пролетел, она в ужас пришла, воняет, говорит. Ну я временно ее к Элронду повел, она ведь беременна от меня, не мог же я ее бросить там. Ну а там Элиза! И тоже беременна, и тоже от меня.

– Ого. Значит, она реально к тебе неровно дышала, она говорила, что если решит когда завести ребенка от человека, то это будешь ты, но я не знал, что она все-таки решила это сделать.

– Решила она, а тут я с другой бабой, тоже беременной. Элронд меня вот чуть не убил и отправил черти-куда черти-зачем.

– Ну ты и правда, конечно, создал ситуацию. Я себе представляю, она такая вся из себя звезда, с великой гордыней, решила снизойти до тебя, смертного человечка, и родить тебе ребеночка, а ты, сука неблагодарная, уже другой бабой обзавелся. Да, ударил ты по гордыне ее в самое сердце.

– Да вот так и есть, все поломал наглухо.

– Ладно, бабы во все времена действительно были злом для мужчин, но с другой стороны, они нас и заставляют двигаться и не стоять на месте.

– Да, с этим я согласен теперь на все сто. В гаремах я это увидел собственными глазами. Там мир застрял в глубоком средневековье и даже не пытался оттуда выбраться. Я всего-то дал им основы гигиены и научил варить самогон, но, по словам того старца, я нарушил равновесие, которое приведет к изменению в этом мире.

– Основы гигиены?

– Ну да, они ведь мерли там от любой царапины. Сражались на арене, ходили к бабам и мерли один за другим. Просто потому, что не знали, как обрабатывать раны хотя бы вином. Я просто им помог поначалу с этим вопросом. Ну а потом меня опять как несло по течению. Я, сам того не подозревая, построил там чуть ли не больницу. Какой-то местный кастрат, бывший палач, научился с моей помощью вырезать аппендицит и наладил производство простых антибиотиков.

– По течению.

Я рассмеялся от души. Алексей действительно был молодой и невинный в своей простоте. Он дал человечеству в том измерении толчок под задницу длиною в триста лет. Но при этом сам это понимал лишь наполовину. Как и в гаремах, он нашел способ, как разрушить протокол, который был совершенен настолько, что практически неуязвим. Он решил эту задачу, даже не понимая, что же он в итоге создал. Но, правда, теперь и я задумался, а так ли уж случайно я оказался в том мире? Ведь не было бы меня там, был бы у человечества шанс на выживание? Ведь я тоже сыграл там неслабую роль? Какой шанс на то, что именно я, кадровый офицер внешней разведки, с очень нужной специализацией, оказался именно в это время в том месте вместе с молодым программистом-повесой? Да шанс один из миллиарда! А может, и меньше.

– Да, Алексей, такое течение само по себе, наверное, практически невозможно. Пожалуй, ты прав, то, что мы с тобой вдвоем оказались в Техно и выполнили ту работу, тоже очень непросто назвать совпадением. Но мы там оказались вдвоем и выполнили ее.

– Ну там-то большую часть работы я выполнил.

– Ну конечно ты, твою значимость никто не оспаривает, но если бы меня там не было, вряд ли бы ты выбрался оттуда живым.

– И то верно.

Я не стал Алексею рассказывать про свою часть работы, признание в глазах Алексея мне было не нужно, ну и вряд ли он сейчас сможет понять, несмотря на то что он уже очень серьезно повзрослел.

– А что это за старец такой, о котором ты поминал?

Это отец Фартин! Это какой-то нереальный мистический персонаж. Ну во-первых, он там был самым старым, что вообще было очень большой редкостью. Во-вторых, я попал именно в тот город, где он был. В-третьих, он как раз начал процесс сломки той системы, которая была создана в этом измерении, и я попал в то самое время, когда человек, который был выращен им вопреки действующей системе, находился одной ногой в могиле. Одно то, что я вытащил его с того света, уже бы внесло изменения в систему эволюции общества в этом мире. Да, и последнее: этот самый отец Фартин и есть творец этого мира.

– Как это, творец?

– Ну вот так, это творец. Когда до меня это дошло, я чуть не кончился прямо там, сидя в его келье. Он такой еще вид на себя напустил и говорит, типа, лучшее, что я создал в этом мире, это чай, который тебе, Леха, и завариваю.

– Ну прямо мистицизм какой-то попер, я как-то все избегал всех этих тем с творцами. Хотя в Техно мне Элиза про Икахху все уши прожужжала, что знакома, мол, с ним лично, и что мы, люди, по-другому живем, нежели они, Эльфы. Что ценность нашей жизни ниже, чем у них.

– Да, она и мне это говорила, и Элронд это говорил, что мы живем больше чем один раз, а они вот один, хоть и долго. Типа нас творец, которого они зовут Первый, лучше сотворил. Хотя лично он так и не считает. Ну так вот, если я правильно понял, то отец Фартин, он творец, который пришел в свой мир. Но особенность творения в том, что созданные правила не могут быть нарушены самим творцом между точками альфа и омега. Он может их нарушить в теории, но как он мне сам говорил, последствия этого чуть ли не перезапуск всей системы, а этого он очень не хочет. И потому он ищет способы влияния на эволюцию менее затратными способами. ВО СФОРМУЛИРОВАЛ!

– Да-а, мудрено. Хотя для моего мозга атеиста ты подобрал прямо золотые слова. Хоть все равно мне это тяжело дается. Весь мой жизненный опыт говорит о том, что человечество это стадо самовлюбленных обезьян, которые двигаются все больше хаотично, всеми силами стараясь убить друг друга, но все-таки очень тяжело отрицать вектор управления, который создает определенное направление в движении человечества.

– Ну я не такой, наверное, закостенелый человек, как ты, Змей, все-таки стадо обезьян звучит обидно. Мне хотелось бы все-таки побольше светлого в описании рода, к которому я сам отношусь.

Поделиться с друзьями: