Чтение онлайн

— Конечно! — сказал Никита. — Скажите, а они, ну эти, они действительно крысята?

— Не суть важно. В знак благодарности — не желаете поделиться со мной информацией?

— Какой, Фёдор Аркадьевич?

— Той, которую вы, насколько я понимаю, тщательно собираете, господин детектив.

"Ни-че-го себе!.. Вот теперь он меня будет допрашивать. И как быть?!"

— Да я не собираю, господин учитель. Я просто так играю, ну, понимаете…

— Успокойтесь и не лгите, — сказал Демуров. — Пыток не будет. Полагаю, сударь, мы с вами преследуем общие цели.

— Наверное, господин учитель, — сказал сыщик. — Но вы же со мной не будете информацией делиться.

— В любом случае, могу вас уверить, что всё это… — Демуров неопределённо помахал рукой. — Что все перипетии Карцева и Заворской — не моя заслуга. Это вы понимаете, надеюсь?

— Ну… наверное, да. Вы нарочно при мне говорили — ну, со стариком? Нарочно, да? Чтобы я вам поверил?

— Да нет, Никита. Впрочем, я рад, что вы это так восприняли. — Куратор помолчал и, без особой, видно, надежды, спросил: — Скажите мне, что вам удалось узнать?

— Господин учитель… Всё, что я узнал, я узнал не очень-то законными путями.

— Никаких репрессий с моей стороны, сударь. Обещаю. Более того — оградить лично вас от чужих неприятностей я вполне способен.

— А Карцева не можете?

— Нет, Никита. Не могу. Только косвенно — и вот здесь нам стоило бы договориться.

— Фёдор Аркадьевич, — сказал сыщик. — Вы ведь знаете, кто за ними… ну, охотится, что ли. Вы знаете, да? Тогда почему же вы…

Тут Демуров вздохнул и отвёл глаза.

— Вот эту сторону вопроса мы обсуждать не будем, сударь.

— Фёдор Аркадьевич. Видите ли, я… Я тоже знаю.

— Даже так? — снисходительно спросил Демуров. — Могу ли я услышать вашу версию?

Тогда Никита назвал имя — а назвав, убедился в своей профессиональной пригодности наилучшим из возможных способов: безмерное удивление мелькнуло на лице куратора, мелькнуло и бесследно пропало — но сыщик заметил.

— Это уж, право, нелепо, Никита! — сказал Демуров. — Вы и впрямь заигрались. Смешно было бы даже предположить…

— А теперь вы неправду говорите, господин учитель.

Господин учитель покачал головой и усмехнулся.

— И с кем ещё вы поделились своими догадками?

— Ни с кем, — сказал сыщик. — Я не был уверен… и вообще.

— А теперь, стало быть, уверены?

— Да, — сказал сыщик и, не удержавшись, добавил: — Спасибо, господин учитель.

— Туше, — сказал Демуров. — Далеко пойдёте, Никита Александрович. Признаться, не ожидал. И как прикажете с вами поступать теперь?

— Вы сказали, что мы можем договориться, — напомнил сыщик.

— Партнёрство предлагаете, господин детектив?

— Я ведь ещё не маг, Фёдор Аркадьевич…

— Ещё нет, — сказал Демуров.

— Мне одному не справиться. Так что если вы согласитесь мне помочь…

— Буду рад, Никита.

— Спасибо. Только вы мне всё-таки расскажите… Ну, сторону вопроса.

— Карты на стол? — спросил Демуров. — По рукам, сударь. Но не подыскать ли нам другое место для беседы? Вы не против?

"Так-то, господа! Вот она, достойная награда за неделю в девчоночьем платье! Я и вправду крутой! Йес! Й-е-е-с-с!!!"

"…хренов рыцарь. Безупречная формулировочка! Язык бы рыжему поганцу оторвать, а не хвост! Мог бы смолчать — и без того кисло. Благо, мне таки не пятнадцать, ведь нажил бы комплекс на веки вечные. А всё повидавшим мужикам себя утешить — как два пальца об асфальт. Стечение обстоятельств, да условия не те, да правительство дурное, да поколение потерянное…

Чего ж не занесло меня в герои-любовники?! Ублажал бы вдовушку-герцогиню, фаворитствовал, вина экзотические потягивая, генералам ценные указания бы давал — лепота! А то — мечи, мля, джедаи…

Господин Демуров, доведённый, видно, моими приключениями до соответствующей кондиции, обошёлся со мной ночью весьма круто — за что я ему, иезуиту и волку позорному, даже и благодарен. Так мне, рыцарю хренову, и надо! Пепел на голову, вериги под рубашку и башкой об стенку — вот чем надлежит вам заняться незамедлительно, сударь мой Андрей Евгеньевич, герой одинокий, недоделанный… Самобичевание опускаем — тут уже всё схвачено.

Барышне в глаза смотреть тяжко — уж барышня моя в герои первый кандидат! В натуре, коня на скаку остановит. А я так, пописать вышел.

Против ветра, да-с…

Но, господа хорошие!!! Разъясните ж мне любимому, какой такой белкой мы Лёхиному сучьему колдуну поперёк глотки стоим?! Я уж все рукава проглядел — не завалялось ли в каком козырей? Или я в шкафу бесценный артефакт храню, сам того не подозревая?!

А ведь без козырей и артефактов вся эта история здорово смахивает на банальную игру кота с мышами. Сытого, ленивого, скучающего котяры.

Ну, положим, от съедения мышей этого котяру наш гимназийский статус удерживает. Я уж не говорю о ЕГО статусе! Я бы на месте директора такой кадр незамедлительно уволил — то есть, ежели это не сам директор. Хотя, признаться, чем дольше тут живу, тем меньше верю, что сей колдун из числа местных преподов. Разве что бывших — вроде дяди Вовы. По слухам-то он из гимназии по собственному желанию ушёл, а там кто знает! Может, и на службе заклинашки от порки раздавал, благодетель наш…

Такие, словом, дела… и с бутылкой никуда.